"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

И дико завизжала от восторга.

Подскочившая Льюна заглянула в тайник и с такими же сумасшедшими криками накинулась на Рыжую, сжимая в объятиях.

***

Змея. Чёрная гадюка.

Таинственно поблёскивает хрустальными гранями чешуя. Свёрнутый в кольцо хвост и изогнутое в спираль тело – изящная ножка кубка, а распахнутая хищная пасть – сама чаша. Острые клыки на верхней кромке – пугающие, отталкивающие. Пить из-за них, пожалуй, неудобно…

Хотя из такого сосуда вряд ли кому-то придёт в голову выпивать.

Скорее напрашивается мысль, что таинственная Чаша сама жаждет, чтобы её напоили.

Кровью.

Так гласит старая легенда – могущественное оружие способна оживить только кровь бессмертного.

Снова змея. Как-то слишком часто в последнее время жизнь сталкивала Рыжую с пресмыкающимися.

Настя взяла магическую Чашу обеими руками, с опаской, словно эта ядовитая гадина и вправду могла ужалить. И почудилось Рыжей – пальцы сжимают глыбу льда. Её обдало таким могильным холодом, что не осталось никаких сомнений – вот она, та самая Чаша Вэйканарифь!

– Я и не думала, что она из камня… – Льюна смотрела на кубок в руках Романовой широко распахнутыми глазами.

– Наверное, это тоже морион, – предположила Настя. – Лэдрау носила его кристалл на шее. Слушай, а давай её попробуем…

– Умом повредилась! – отскочила лэфиарни, будто от прокажённой.

– Ну, пару капель крови! – не отступалась Настя. – Уколи пальчик об зуб, а! Это совсем не больно. Мы просто попытаемся… Вдруг сработает!

– Вот именно! – ужаснулась Льюна. – Что ты будешь делать, если сработает, если ты разбудишь тварь, которая внутри этого камня прячется?

–Так он же, вроде, должен служить тому, кто Чашей владеет? – пожала плечами Дэини. – Типа раб лампы…

– Вроде? Ох, смертные! Какие же вы безрассудные, до глупости безрассудные!

– Ладно, я не настаиваю, – скривилась Настя. – Давай тогда выбираться отсюда!

Рыжая решительно направилась к двери, пока ещё слабо представляя, как её отпереть.

Но делать этого и не пришлось. Резные створки распахнулись навстречу Дэини.

Тёмные глаза Моруварка скользнули по комнате, остановились на каменной змее в руках Рыжей.

Старший Советник безмолвно развернулся, запер дверь, отшвырнул ключ в дальний угол. Сумрачный недобрый взгляд впился в побледневшее Настино лицо.

– Дай сюда!

Приказ обрушился, как глыба с вершины горы. Никакой тебе больше чарующей магии и игры в соблазнение!

Настя попятилась непроизвольно, спрятала руку с Чашей за спину, как маленький ребёнок.

– Так я и думал, какой-то подвох во всём этом есть…

Лэдрау надвигался неотвратимо и страшно. Смуглый, чёрный, злой. Он больше не казался Насте красивым. В узком точёном лице проглядывало что-то от хищной птицы. И даже изумрудный бархат его одежды сейчас показался тёмным, как ночь.

– Терпеть не могу крыс! Так и норовят пробраться, куда им не позволено, – зловеще прошипел герсвальдский демон. – И стащить то, что им не принадлежит…

Он протянул руку, выразительно глядя Дэини в глаза.

Настя шмыгнула носом и отчаянно затрясла головой.

Раскрытая ладонь медленно сжалась в железный кулак. И Рыжая захрипела, свободной рукой схватившись за горло, будто пытаясь сорвать невидимые путы.

Она чувствовала, как впивается в кожу невидимая удавка. Невозможно вдохнуть или выдохнуть. От ужаса и мучительной боли в глазах потемнело.

Но Рыжая всё равно не выпустила из левой руки ледяную каменную Чашу. Даже когда её накрыла слабость беспамятства, и она ухнула на колени, понимая – это конец!

Правой рукой она ещё пыталась сорвать несуществующую петлю, но дрожащие пальцы слушались с трудом.

Льюна закричала пронзительно, гневно, отчаянно. Набросилась на лэдрау, словно птица, что защищает своё гнездо. Но что могла она теперь – безоружная и слабая?

Моруварк ударил лэфиарни наотмашь, на миг выпуская Дэини из смертельных тисков.

«Дочь неба» подскочила опять. Кровь, стекая по разбитому лицу, заливала белокаменный пол. И вновь «сын тьмы» отмахнулся от нападавшей, как от надоедливой мухи.

Льюну отшвырнуло в стену. Обмякшее хрупкое тело в серебряных шелках сползло вниз бесформенным мешком.

Настя, получившая несколько спасительных мгновений, жадно хватала ртом воздух. Он раздирал и обжигал горло. Но в глазах постепенно светлело.

Моруварк подошёл неторопливо, остановился рядом, смотрел с высоты своего роста, будто стервятник, поджидающий, когда добыча потеряет последнюю способность сопротивляться. Не в силах подняться Рыжая упрямо поползла прочь, с грохотом волоча по полу чёрную гадюку.

– Упрямая крыса!

Лэдрау, усмехнувшись, поставил ногу на спину Насти, прижал к полу, нагнувшись, вырвал Чашу из ослабевших пальцев. Этого ему показалось мало, вцепившись в рыжие локоны, «сын тьмы» поднял Романову. Она мучительно вскрикнула.

– Меня забавляют упрямые, – проникновенно доложил Старший Советник. – Знаешь, я не стану тебя убивать. Прямо сейчас не стану. Ты позабавишь меня ещё какое-то время. Прежде чем сдохнуть.

Он схватил её за горло, пытливо всматриваясь непроницаемо-тёмными глазами в бледное лицо.

– В тебе ведь нет крови бессмертных, да? Ты – пустышка, странная подделка. А я-то вначале решил, что заполучил проклятую кровь лэдэинов. Ничего… Кровь я заберу у твоей подружки. А ты…

Моруварк провёл языком по её щеке, Настю передёрнуло от отвращения. Сейчас ей казалось, что он мерзок, будто какой-нибудь таракан или червь. Она затрепыхалась, безуспешно силясь отстраниться подальше от гадкого демона.

– Иначе мне послужишь… Клянусь, ты горько пожалеешь о том, что явилась сюда и пыталась меня одурачить!

Мучительный стон отвлёк внимание «сына тьмы» от Насти.

– Глянь-ка, а вторая крыса тоже упряма! Я думал, она сдохла, – весело сообщил лэдрау, отбросив Романову на постель. – Ничего, это я быстро исправлю. Никуда не уходи, золотце! Я сейчас…

Лэфиарни поднялась на ноги, цепляясь за стену, по которой растекалось кровавое пятно. Настя видела, как в руках у Моруварка появился широкий изогнутый нож. Он по-хозяйски поставил Чашу Желаний на камин и неспешно двинулся к «дочери неба».

Настя постепенно приходила в себя. Медленнее, чем хотелось бы. Но приходила…

Сейчас перед ней стоял мучительный выбор – бросится к Чаше или на помощь Льюне. Тщетность того и другого порыва была очевидна, но бездействовать и смиренно ждать печальной развязки Романова не умела.

Моруварк не дошёл до Льюны пару шагов, когда резная двухстворчатая дверь вздрогнула под колоссальным ударом. Прогнулась, будто тряпичная.

Лэдрау обернулся на вход, изумлённо приподняв чёрную бровь. Второй удар сотряс тишину замка, и сорванная с петель дверь с треском рухнула внутрь белокаменных покоев.

***

15 Чаша

Две рослые фигуры шагнули в проём