Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

На перрон уже лёг первый неуверенный снежок, серое небо обещало добавить ещё, но пока пребывало в раздумьях.

Выходя из бронированного вагона поезда, Фридрих Стефанович увидел перед собой достаточно много встречающих и от удивления вскинул брови.

— Граждане, вы ничего не перепутали? Или вместе со мной на этом поезде приехал сам император? — громко спросил герцог и звонко рассмеялся. — Даже не знаю, кого начать обнимать первым.

— Давай тогда начни с меня, дружище, — сказал Герасимов и уверенным шагом двинулся к нему, раскинув руки в стороны.

— Куда же я без тебя, Анатолий? — ответил герцог, обнимая коллегу и приятеля, звонко хлопая его по спине. В прорезавшихся сквозь строй облаков солнечных лучах взметнулось облачко потревоженных пылинок.

Следующей на очереди была Евгения. Её Фридрих Стефанович обнимал более осторожно и нежно. Затем герцог повернулся ко мне.

— Что ж, Иван Владимирович, — сказал Лейхтенбургский с улыбкой, но в то же время внимательно изучая меня, — с полезным в походе на территорию Аномалии целителем я уже давно знаком. Но теперь мир заиграл новыми красками. Утёнок оказался прекрасным лебедем, да ещё и завидным женихом для моей любимой племянницы.

Фридрих Стефанович протянул мне руку, которую я крепко, почти по-родственному, пожал.

— Очень приятно видеть вас снова, — сказал я, так же улыбаясь. — И очень рад, что у нас намечаются новые, великолепные перспективы.

— Вот об этом, Иван Владимирович, я как раз и хотел поговорить, — с довольной улыбкой произнёс герцог, по-прежнему пристально глядя мне в глаза. — Но не здесь и не сейчас. Сейчас очень хочется съесть чего-нибудь полезного или не очень, а потом уже можно будет и побеседовать.

— Тогда поедемте сразу ко мне, — предложил я. — Повар к вашему приезду особенно расстарался, а слуги уже накрывают на стол. Его кулинарное умение славится на всю округу.

— Меня с собой возьмёте? — нарочито жалобным голосом спросил Анатолий Фёдорович, сложив брови домиком и изображая попрошайку.

Мой наставник никогда не перестанет шутить и поражать меня неуёмной фантазией. Только он мог выдать что-то подобное, на что даже не знаешь, как поначалу реагировать.

— Без вас, Анатолий Фёдорович, вообще никуда, — уверенно заявил я, обхватив мужчину за плечи. — Как моему наставнику, вам подготовлено место во главе стола.

— Так это вы с Евгенией должны сидеть во главе стола, — возразил Анатолий Фёдорович.

— Когда придёт пора, тогда и посидим, — возразил я, усаживаясь в машину напротив него. — А пока что вы, как мой наставник, а также ваш научный руководитель, Фридрих Стефанович займёте это место.

— Главное только «горько» не кричи, — тихо сказал мне Анатолий Фёдорович, видимо, надеясь, что больше никто не услышал. — Мы с герцогом не настолько близки, знаете ли.

— Скорее всего, захочется, но я постараюсь сдержаться, — пообещал я, с трудом сдерживая улыбку.

— А если я не смогу сдержаться? — спросил вдруг сидевший позади Герасимова Матвей.

— Тогда я превращу тебя в Лешего, — сказал ему Анатолий Фёдорович, изобразив зловещую улыбку.

— Понял, принял, молчу, — пожал плечами Матвей и с невозмутимым видом уставился в бойницу, мимо которой проплывало здание железнодорожного вокзала.

* * *

— Проходите, Фридрих Стефанович, присаживайтесь сюда с Анатолием Фёдоровичем, — сказал я, указав ему на место во главе стола.

— Занять место князя? — удивился Лейхтенбургский. — Ну это, право, негоже.

— Вы мой почётный гость, — ответил я, довольно искренне улыбаясь. — Так что вам сегодня почётное место.

— Ну спасибо, уважили, Иван Владимирович, — произнёс герцог, усаживаясь на предложенное место и окидывая взглядом накрытый стол. — А вы и, правда, отлично подготовились, такие разносолы я только в столице встречал. Тогда давайте поднимем бокалы за нашу прекрасную встречу.

С этими словами герцог поднял стакан с клюквенным морсом.

— Нехорошо первый тост под компот говорить, — упрекнул его Герасимов.

— И от кого я это слышу? — громко удивился Фридрих Стефанович. — От человека, который по жизни ни капли?

— Времена меняются, Фридрих, — усмехнулся мой наставник. — Но ты за меня не переживай, а то вон взглядом прожжёшь, зелёный змий меня не атакует, предпочитает обходить стороной, так безопасней.

— Вот на открытии научного центра тогда игристого и выпьем, — примирительным тоном сказал герцог. — А сейчас и морс подойдёт, чтобы сохранять ясность ума для великих дел.

Гости приступили к дегустации блюд, непрерывно нахваливая повара и неоднократно напоминая, как мне с ним повезло.

— Знаете, Иван Владимирович, — начал герцог, снова сделав глоток морса. — А я ведь, когда узнал, что моя любимая племянница собирается выйти замуж за князя Демидова, поначалу насторожился. Я ведь слишком сильно её люблю, чтобы выдать замуж за кого попало, будь то даже Демидов. Но, когда узнал, что Демидов под маской обычного человека ходил со мной в походы на территорию Аномалии, что это тот самый целитель, которого так нахваливал Владимир Алексеевич, называя не по годам умным, трудолюбивым и целеустремлённым, у меня прямо от души отлегло. А теперь, когда я вижу, как вы за такой короткий период времени здесь обжились и обустроились, я точно уверен в вашей хозяйственности и благонадёжности. Теперь моя ненаглядная Женечка точно будет в надёжных руках!

— Спасибо, Фридрих Стефанович, — ответил я с улыбкой. — Очень приятно слышать такие слова именно от вас. И я вас заверяю, Евгения в надёжных руках, я её никому в обиду не дам.

— Разве что только завалит работой в лаборатории, — сказала Евгения, довольно улыбаясь при этом.

— Чему ты будешь только неизмеримо рада, — добавил я, улыбаясь ей в ответ.

— Вот и отлично, — подвёл итог Лейхтенбургский. — Теперь я за племянницу абсолютно спокоен, в том числе за её будущее. А ты, дорогой мой друг, — сказал герцог, обернувшись к Герасимову. — Возглавишь новый научный центр по изучению Аномалии. И это не обсуждается!

— Окстись, Фридрих Стефанович! — замахал руками мой наставник. — Ишь, что придумал! Что это на тебя нашло? Может, ты что-то не то съел или выпил? Иван Владимирович, выкладывай честно, что ты подмешал ему в морс?

— Узнаю своего друга Анатолия, — громогласно провозгласил герцог, похлопав коллегу по плечу с такой силой, что тот невольно крякнул от неожиданности. — Тщеславие — это не про