Кехо - Дмитрий Александрович Билик

— Твари!

— Не может быть.

— Как они сюда прорвались?

— Надо уходить. Мы не справимся.

Юти протянула крохотную ручку и её ладонь скрылась в латной перчатке. Генерал удовлетворённо кивнул, а после стал распоряжаться.

— Все на холм! Быстрее, если хотите выбраться живыми из этой заварушки! Мирхэ, — обратился Фарух к Ерикану. — Не могли бы вы как-нибудь усилить наши ряды. Здесь только один настоящий Мастер-элементи.

Учитель коротко кивнул, присев на корточки не просто коснувшись земли, а запустив в неё руки. Почва вздыбилась, однако теперь сам холм приподнялся ещё выше. Вокруг него завертелось с десяток смерчей, больших и малых, а залитый водой подступ к возвышению, покрылся длинной ледяной дорожкой.

Наёмники нехотя строились в ряды, всё же соблюдая определённую дистанцию от старика. Юти поманила пальцем Нараха, которого Призрак с явным неудовольствием отпустил, и за руку пропихнула его в самый центр Одарённых.

— Что мне делать? — спросил испуганный амиста.

— Стараться не умереть, — ответила Юти, не испытывая ни страха, ни возбуждения от предстоящей схватки.

Она вышла в первый ряд защитников, ловя на себе восхищённые взгляды, и встала подле с Ериканом. Не прошло и нескольких секунд, как слева появился Фарух Победитель, похрустев шейными позвонками и вытягивая меч перед собой в защитной стойке. Генерал лишь на мгновение поглядел на Юти, улыбнувшись, и в этот момент девочка, казалось, заглянула в самую душу Одарённого. В его потаенные закутки и поняла, что за человек находится перед ней. Потому уголки её губ ответно поползли вверх. А после начался бой.

Глава 27

У тварей не было имени. Так сказал Ерикан. Никто не мог дать их, потому что после встречи с порождениями Скверны, никто не выживал.

Учитель обронил ещё кое-что. Сухую фразу, свидетельствующие о всех тех эмоциях, которые наставник испытывал, глядя на приближающиеся осквернённые создания. «Я надеялся, что они вымерли».

— Как они здесь оказались? — спросила Юти, наблюдая за бесформенной тёмной массой, перекатывающейся острыми шипами.

— Прорвали одну из застав. Твари слишком быстрые, чтобы стражники могли угнаться за ними.

— Разве твари разумны?

Всю свою жизнь Юти считала, что осквернёнными созданиями движет только одно чувство — голод. Твари были не способны думать, как те же собаки. Сырая плоть являлась для этих порождений проклятого бога хлебом, а кровь вином.

— Разумны настолько, чтобы выполнять приказы.

Юти не удивилась, не потому что ожидала подобной информации. Озарение попросту погасило вспыхнувшую эмоцию. Не гори сейчас Кольцо разума, девочка и так бы свела одно с другим. Твари могут подчиняться только одному человеку, если его можно, конечно, так назвать. Воплощению проклятого бога, который собирает в Пустоши сторонников и обретает силу. Только одна причина могла заставить Инрада или того мальчишку, который им представлялся, бросить сюда полчища тварей. И имя этой причины было Юти.

Легче покончить с девочкой, пока она не стала истинной Аншарой, пока не обрела все Обручи. И кто знает, как обернулось бы всё, окажись сейчас Юти одна или лишь с учителем? Но на помощь ей неожиданно пришёл Фарух Победитель и его слегка перетрусившие наёмники.

Антрацитовые воды набежали стремительно, грозя погрести под собой всё живое, однако запнулись у самого подножия холма. Острые когти тщетно пытались ухватиться за что-либо, но лишь царапали лёд. Огромные туловища тварей сваливались, накатывали друг на друга, беспомощно шевелились, пытаясь подняться на лапы.

Не давая осквернённым существам возможности оправиться от первого шока, Ерикан соединил две руки и, сверкая обручами на правом запястье, обрушил на несчастных стену белого, как снег на пиках Хребта Дракона, огня. Повалил густой пар, запахло вкусным жареным мясом, отчего у девочки заурчало в животе. Правда, после сразу пахнуло духом палёной шерсти и смерти. И аппетит пропал.

От утробного рева десятков тварей Юти вздрогнула, однако жалости к треклятым мразям не испытала. Казалось, те одновременно выдували медь, как вышколенные сигнальщики. От этого звука закладывало уши и голову сдавливало со всех сторон. Однако девочка, сначала среагировавшая на скорбный рёв тварей, теперь и бровью не повела.

Всё, что интересовало Одарённую — как долго сможет Ерикан удерживать подобный натиск? После боя с наёмниками, наставник и так здорово выложился в стихийной магии. Сейчас же Юти буквально чувствовала кожей, как силы покидают учителя.

Внезапно на помощь пришла парочка из выживших элементи. Крохотный коротышка с глубоким кровоточащим рассечением на лице и крепыш с толстой шеей, смотрящий на мир исподлобья и медленно поворачивающий головой.

Юти ощутила, как сила выходит из наёмников, неторопливо, будто заискивающе подбирается к Ерикану, где подчиняется чужой, более мощной силе. Пламя, вставшее плотной пеленой за стеной огня учителя, было ослепительно оранжевого цвета. Да и слой его оказался значительно тоньше, явно не таким жарким. Однако помогли поджарить несколько прытких уродцев, прорвавших первую линию стихийной обороны.

Твари столпились вокруг огненной стены, гневно порыкивая, то ли разговаривая между собой, то ли грозя страшными карами защитникам. Если первые, самые храбрые и глупые (Юти считала, что эти два слова частые спутники друг друга) существа пытались проскочить через пламя, то последующие уродцы оказались более осторожны. Они злобно щёлкали зубами, втягивали ароматный запах предстоящего ужина, видели замершие в неподвижности куски плоти, однако подобно паломникам, пришедшим к храму Аншары, уповали на лучшую из существующих добродетелей — терпение.

И Юти, как бы презрительно не относилась она к гадким порождениям Скверны, вынуждена была признать, что план тварей работает. Постепенно стена огня стала сужаться. Само пламя задрожало, будто свеча, поднесённая к раскрытому окну, и принялось медленно оседать на землю с растаявшим льдом. Огонь наёмников к тому времени и вовсе погас. А сами элементи хоть и держались на ногах, однако сражаться уже не могли.

Девочка быстро подсчитала с помощью Кольца разума потери, понесённые тварями. Тридцать две мёртвые туши усеяли подножие холма. Они превратились в своеобразную стену, первую линию обороны. Обугленные, дымящиеся, с лопнувшей кожей и развороченным от жара нутром.

Однако за ними уже нетерпеливо переминались с лапы на лапу остальные. Ожидали, когда можно будет своими уродливыми телами прорваться через стену огня. Когда пламя уже не сможет серьёзно повредить им. Когда крохотный клочок свалявшейся шерсти станет самой страшным последствием атаки. И вскоре подобный момент настал.

Когда рванули твари, казалось, дрогнула сама земля. Заплакало мироздание, разрезав небо ослепительной молнией, похожей на раскидистые корни дерева. Неосознанно, подчиняясь первобытному страху, сбились в плотную кучу наёмники. Хотя им, Одарённым, которые умели неплохо сражаться, разумнее было бы напротив разбиться на небольшие группы, давая