Танат 5. Долг вестника - Виктор Айрон

Её окружало несколько человек. Почти все разные, кроме пары девушек с тёмными волосами. Но они лишь кажутся похожими. Ведь отлично видно, что они разные внутри. Глаз у неё наметан. Одна более весёлая и открытая, а вторая суровая и сосредоточенная.

Но что удивительно, она не помнила таких лиц. Что это за оболочки? Откуда у них такие доспехи и почему лица не белые. Обе девушки довольно смуглые, тот парень, которого назвали Элом, и вовсе темнокожий. Что тут происходит?

— Хорошо, Честер, — сказала весёлая девушка парню со странными глазами. Они напоминали глаза кошаков, но на известные кимбары не похожи.

— Там парень с каталки соскочил, голый в угол забился. Сейчас плачет, целует землю и поминает матерь Марию. Твой профиль. Вроде испаноговорящий, а ты язык знаешь.

— Sí, señor. — Девушка изобразила шутливый книксен. Затем снова посмотрела на очнувшуюся девушку. — Её я узнаю. Лейтенант Валери Бастьен. Пилот. Пахомов и Суханов изучали её дело.

— Иди уже, раздолбайка. Разберёмся.

Вторая девушка развернула сестру и отправила ту в нужном направлении хлопком по попе. Та обиженно вскрикнула, а потом убежала.

— Сёстры. Близнецы, — произнесла та, кого назвали Валери Бастьен. — Не одинаковые оболочки. Это значит…

Слёзы полились из её глаз. Она всё вспомнила. Получилось. У них всё получилось. Нико и Даргул дошли до Центра, перезапустили его и доказали, что можно вернуться домой.

Вернее, только Нико. Алира сообщила ей, что Даргул погиб в схватке с Тенями. Но момент перезапуска мира, когда всех словно по голове ударили, Валери помнила отлично.

— Всё верно, Валери Бастьен, — произнёс темнокожий парень, что провёл по ладони девушки каким-то сканером. — Удивительно. Отпечатки у всех совпадают, хотя это по сути тела клонов.

— Эл, — одёрнула парня вторая близняшка, — ты её состояние проверил?

— Тамилла, я похож на дилетанта? Как у всех остальных, просто идеальное. Никаких отклонений. Только у одной девушки два сердца. Той, что напоминает индианку из Северной или Южной Америки.

— Ишара. Она кочевница. Не хотела возвращаться в свой мир. Кха, ушла с нами. Пить.

— Сейчас. Вот, — Тамилла поднесла к губам закрытый стакан с трубочкой, — пей спокойно. Не торопись, моя хорошая.

Тамилла ласково погладила Валери по голове, пока та утоляла жажду. Это была не вода, а какой-то освежающий напиток. И наверное, тонизирующий, так как к девушке начали возвращаться силы.

Рядом люди в скафандрах пронесли парящие носилки с мужчиной, который смотрел на всё вокруг с ошарашенным лицом. Молодой парень, но его выдавали глаза. Такие бывают у стариков, что прожили долгую жизнь и повидали всякое.

Ещё один, укутанный термоодеялом, сидел на соседних. Двумя руками, которые мелко тряслись, он пил из большого стакана.

— Вы говорите по-французски? Я сотрудник Департамента Чрезвычайных Ситуаций Мануэль Фернандес. Как вас зовут? Представьтесь, пожалуйста.

Валери, как и сидящий мужчина, дёрнулась от звуков родной речи. По щекам потекли слёзы, которые кто-то стал аккуратно вытирать. Мужчина также едва сдерживал слёзы.

— Капитан Жан-Пьер Франсуа Леклерк. Военная корпорация Сентком. Медицинская служба.

Леклерк судорожно сглотнул и посмотрел на Фернандеса как-то испуганно.

— Мы арестованы? Если так, то прошу проявить снисхождение к этим людям. Как старший офицер среди них, я…

— Лечиться ты отправишься, — перебил мужчину Фернандес. — В санаторий Департамента. Потом можешь всё рассказать историкам и парням из Инспекции. Это их работа, а я спасатель. Никто вас ни сейчас, ни потом арестовывать не будет.

— Не шутите так с нами. Это очень жестоко и…

— ¡Madre mía! — не выдержал Фернандес. — Да не нужны вы никому. Последняя Война больше ста лет назад кончилась. Мир у нас давно. Мы живём, работаем, создаём. Вот ты врач? И я врач. Пройдёшь переаттестацию, поучишься новым стандартам и работай.

— Где?

— Да где хочешь. Хоть на Земле в твоём Французском секторе, хоть в колониях или у нас в департаменте. Всё, Жан-Пьер. Отдыхай и сил набирайся. Знаешь, сколько у меня таких ещё?

Вдруг в пещере раздался громкий треск, и впереди что-то засверкало. Спасатели отреагировали быстро, прикрыв собой спасённых людей. Действовали они слаженно и оперативно.

Повернув голову и заглянув за спину своих спасителей, Валери увидела, как светящийся шар начал переливаться разными цветами.

— Установить нанощит!

Спасатели не успели ничего сделать. Хрустальный шар поднялся ещё выше в воздух, засверкал ещё ярче и внезапно тихо рассыпался на кусочки. Они ещё оседали на пол пещеры, а спасатели рванули к устройству в центре комнаты, что напоминало олам. Нет, это реанимационная капсула, только невероятно футуристичная, как и всё снаряжение спасателей Департамента.

— Командир!

— Инспектор, нет!

— Суханов!

Бегущие к капсуле люди кричали на разных языках. Валери только поняла, что случилось нечто ужасное. Кто такой Суханов? Она от кого-то слышала это имя. Кажется, от…

— Нет, — закричала девушка, чем вызвала беспокойство Тамиллы и медика Эла.

Почему? За что? Чем он это заслужил? Пусть это будет неправдой.

Такие вопросы крутились в голове Валери, пока спасатели возились с капсулой.

— Тело в норме. Жизненные показатели стабильны.

— Мозг активен, но показатели почти нулевые. Словно всё вдруг пропало. Не понимаю.

К мужчинам подошла шатающаяся девушка. Длинные волосы, смуглая кожа и характерная для некоторых индейских народов форма носа. Валери вдруг увидела рядом с капсулой знакомую пирамидку тельмаха.

Из одежды на Ишаре было лишь одеяло, которое она обернула вокруг бёдер. Наклонившись к тельмаху, кочевница достала из него такой знакомый предмет — лечебный ульм. Девушку поддерживал один из спасателей. Ему она и передала живой шприц с неким лекарством внутри.

— Вот, возьмите. Он просил передать, если сам не сможет.

— Что это такое?

— Жизнь, — просто ответила Ишара, вложив в руку медика ульм. — Там лекарство. Оно должно помочь его другу. Его зовут Дмитрий