Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

Проводница — симпатичная но безликая женщина с причёской и в накрахмаленном фартуке. Несёт поднос с чаем. Фарфоровые чашки. Сахар — не кусковой, а рафинад в вазочке.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

СВ-вагон. Спальный. Мягкий. Для тех, кто может себе позволить. Я в таком никогда не ездила. Это тебе не плацкарт.

Камера движется по коридору. Двери купе закрыты. За одной — смех. Женский.

Камера останавливается.

Дверь купе приоткрыта.

Внутри — трое.

Камера входит в купе.

Мягкие диваны, обитые зелёным бархатом. Столик с белой скатертью. На столике — ваза с фруктами, бутылка минеральной воды «Боржоми», колода карт.

Занавески на окне — тяжёлые, тёмно-зелёные, с кистями. Свет приглушённый. Уютно. Дорого.

У окна, в углу дивана, сидит ГУЛЬНАРА КАРИМОВА. Тёмные волосы убраны в тугой узел на затылке. Прямая спина. Взгляд — как у человека, который привык, что его слушают. В руках — книга. Толстая. На обложке — формулы.

Стоп-кадр. Титр: «ГУЛЬНАРА КАРИМОВА. КАПИТАН. ЦЕНТРАЛЬНЫЙ БЛОК» Клички — КОРОЛЕВА.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Гульнара Каримова. Ташкент. Капитан Ташкентского «Автомобилиста». Двадцать четыре года, физфак ТашГУ, красный диплом. Дочь партийного работника — большого партийного работника, — но попробуй ей об этом напомнить. Она всё сама. Всё — сама. Тренировки до седьмого пота, разборы игр до трёх ночи, требования к команде — как в армии. Опоздала на пять минут — получи. Схалтурила на тренировке — получи. Посмела возразить — получи вдвойне.

Каримова переворачивает страницу. Не поднимая глаз.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Мы играли против неё. Она нам тогда устроила… сюрприз. Покрытие на площадке оказалось скользким. Мячи — с гелием, да еще и давление повышенное. Сама Каримова и ее «басмачи» не дали нам продыху… если бы не Лилька — проиграли бы к черту.

Каримова поднимает глаза от книги. Смотрит прямо в камеру. Чуть улыбается. Одними губами.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Её девиз — «не можешь выиграть честно — просто выиграй». Девчонки ее терпеть не могут. Я отношусь… неоднозначно. Конечно она — змея. Матерая такая гадюка с ядовитым жалом, но… приятно когда она на нашей стороне.

Камера смещается.

На противоположном диване — ЗУЛЬФИЯ РАХИМОВА. Маленькая, худенькая, ноги поджаты под себя. Чёрные волосы распущены, глаза огромные, смеётся чему-то своему. В руках — журнал «Советский экран», открытый на фотографии индийской актрисы.

Стоп-кадр. Титр: «ЗУЛЬФИЯ РАХИМОВА. ДОИГРОВЩИЦА» Клички — ГАЗЕЛЬ. ЗИТА-ГИТА.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Зульфия Рахимова. Двадцать лет. Из кишлака под Самаркандом — я даже название не выговорю. Прыгает как газель, бегает как газель, и такая же… лёгкая. Весёлая. Шумная. Душа компании. Знает все песни из всех индийских фильмов. Все. Может петь часами.

Зульфия начинает тихонько напевать что-то себе под нос, читая журнал. Покачивается в такт и кивает головой, улыбаясь.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Говорят, она встречается с тренером мужской команды. Женатым. Я не спрашиваю. Не моё дело. Но если это правда — девочка играет с огнём. Впрочем, она всегда играет с огнём. На площадке — тоже.

Камера смещается к окну.

У окна, спиной к остальным, стоит НАДЕЖДА ВОРОНОВА. Высокая — выше Каримовой, выше Зульфии, выше всех в купе. Широкие плечи. Короткая стрижка. Смотрит в окно. В руке — папироса «Беломор». Дым вьётся к потолку.

Стоп-кадр. Титр: «НАДЕЖДА ВОРОНОВА. НАПАДАЮЩАЯ» Клички — СИБИРЯЧКА. ВОРОН.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Надежда Воронова. Двадцать три года. Новосибирск. Приехала в Ташкент по распределению и с тех пор страдает. Жару не переносит. Говорит — «в Сибири минус сорок, и то легче дышать». Курит «Беломор», матерится как сапожник, может послать любого — включая тренера, включая Каримову, включая партийное начальство.

Воронова затягивается. Выпускает дым в приоткрытое окно.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Метр восемьдесят шесть. Атака — как кувалдой. Когда она бьёт — мяч не летит, мяч падает. Почти вертикально как метеор, как кара с небес. Принять невозможно.

Воронова оборачивается, что-то говорит своей подруге, та отвечает, не поднимая глаз от журнала.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

Говорят, она пишет стихи. В стол. Никому не показывает. Вот кто молодец, не то что Синицына.

Камера отъезжает. Общий план купе. Три женщины. Королева с книгой. Газель с журналом. Сибирячка с папиросой.

ЗУЛЬФИЯ

(напевает)

«Джимми, Джимми, Джимми…»

ВОРОНОВА

(не оборачиваясь)

Заткнись, Рахимова.

ЗУЛЬФИЯ

(не затыкается)

«…Ача-ача-ача…»

КАРИМОВА

(не поднимая глаз от книги)

Зульфия.

Зульфия замолкает. Мгновенно.

КАРИМОВА

Спасибо.

Тишина. Только стук колёс.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (МАША)

«Колесница Каримовой». Так их называют. Три человека, одна связка. Могут уйти в пайп, двойной или даже тройной,