Дом с секретом и дверь в мечту. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

– И что?

– И вправилось это самое крыло за две секунды… правда, орал он знатно, несмотря на обезболивание – видимо, никак не мог смириться, что проблема оказалась такой коротенькой! А уж как на него ругалась его жена!

Карина тихонько хихикнула.

– А почему рругалась?

– Да он так обрадовался, что теперь у него ничего не болит, что тут же вернулся в людской вид и собрался из кабинета так выходить. Короче, пришлось ему обратно становиться вороном, усаживаться в коробку да терпеть качку и тряску. А ведь он солидный тип – генеральный директор компании по производству дельтапланов. Так что это дело такое… сходим мы с тобой сегодня в клинику, сделаем рентген на всякий случай, посмотрим, всё ли у тебя так, как мне кажется, а потом… постараемся разработать упражнения для крыльев, чтобы ты могла…

– Летать? – выдохнула Карина.

– Да. Я не обещаю, что это будет просто или быстро – мышцы за эти годы совсем обессилели, но мы постараемся!

Завтрак был забыт, Каринина боязнь «начальницы» куда-то провалилась, как её и не было, недавнее ощущение глобального «позора» из-за того, что её видели в перьях, но поняли, что она жалкая искалеченная вороница, попросту сгинуло навсегда. И Карина как-то оказалась очень близко, можно сказать в обнимку с Таней, которая снова, как вчера, чуть-чуть покачивала её, как маленькую, гладила по плечу, утешала, давая выплакаться из-за этих двенадцати лет унижений, нелюбви и обид, которые возникли на пустом месте!

– Понятно, эта самая Каррина нашла себе мамочку! – фыркнул Вран.

– Ну ты же нашёл себе сестрру, – логично намекнул ему Крамеш.

– Это дрругое! – сходу оскорбился Вран. – Я Тане не мешал и не был в тягость!

– Да и птенчик этот, врроде, не мешает. Наоборрот – горрничная нужна, как ни кррути. А если она ещё и летать сможет, будет горраздо прроще! И вообще, чего ты злишься? Рревнуешь?

– Нет! – буркнул оскорблённый такими подозрениями Вран, который, конечно же, ревновал, и ещё как!

– Лисы, коты, норруши, медведь этот ещё… и ворроны! Куча ворронов! Не много ли на одну Таню? – думал он весь день, наливаясь праведным гневом и неприязнью. – Ладно… эти все взррослые, а Каррина? Она ж ещё малявка. Точно пррилипнет к сестрре! И придётся Тане с ней возиться! Да ещё она истерричная! Чуть что, срразу ррыдать.

Так что вечером он домой прибыл в настроении грозового фронта. И сильно удивился, услышав, как эта истеричная особа, жизнерадостно и бодро заявляет:

– Нет! Ты и так сегодня занята была, так что картошку я уже почистила, и мясо приготовила – я смотррела, как ты делаешь, так всё и повторрила.

– Карина, да ты же тоже устала! Вон, сколько всего было! Даже упражнения для крыльев делала. И у тебя сегодня выходной.

– Не бывает выходных для ррадости и благодаррности! – это было сказано так тихо, что Вран едва расслышал, но его гневно-сумрачное настроение как-то растворилось и потихонечку отступило.

– Ладно… раз умеет быть благодарной, тогда… тогда я её немножко потеррплю, пожалуй! – решил он.

Крылана и Карунд зашли вечером и узнали новости – Карина может летать!

– И будет это делать! – уверенно сказала Таня. – Потихонечку будем увеличивать нагрузку, разработаем мышцы, и она полетит!

Крылана и Карунд обрадованно переглянулись – Карина крутилась около Тани, как птенец вокруг вороницы, куда только делась зашуганная и несчастная «неполётная» вороничка!

Когда Карина умчалась в гостиницу – проверить есть ли еда у совы, Крылана крепко обняла подругу.

– Ты её прросто спасла!

– Да это ты её спасла, что выкупила у этой её… с позволения сказать, семейки! – вздохнула Таня.

– Кстати, её братец пребывает в глубочайшем шоке! – рассмеялся Карунд. – Он прибыл к отцу, весь такой… ррасфуфырренный, это мне Киррин рассказывал, помнишь его?

– Да, ты как-то приводил его знакомиться, – Таня кивнула – молодого ворона, очень похожего на Карунда, но потоньше, полегче и чуть более изящного сложения, она отлично помнила.

– Так вот, Киррин прросто наслаждался тем, как этот крюкоррук изучал лопату!

– Неизвестный девайс? – понимающе усмехнулась Таня.

– Точно! Ну, ничего, познакомится! Тем более что дворр у батюшки ширрокий, прросторрный, и чистить его надо каждый день! А ещё кррылечко мыть…

– Весь двор? – изумилась Таня, которой сразу припомнилась мелодия к песне: «А зима будет большая».

– Конечно! – хмыкнул Карунд. – У нас зимой такие ветра бывают, что вороны точечно на расчищенную дорожку сесть не сразу могут – порывы просто сшибают. Так что простор нужен для посадки.

Тане сразу представились виденные в прошлом году безграничные, немыслимые просторы, заметаемые снегом, которому, право же, безразлично, пытаетесь вы его чистить или нет.

Она поёжилась. Даже немного посочувствовала белоручке, в смысле, белолапке ворону, который утратил связь с реальностью и теперь будет её срочно разыскивать, наверное, в тех самых снегах.

И тут она сообразила, что, кроме чистки снега, было названо что-то ещё…

– Погоди… как крылечко мыть?

– Конечно! У нас глава ррода лёгких марршрутов для проштрафившихся не ищет! Крыльцо надо начисто вымыть и срразу же насухо вытерреть! А если кто-то поскользнётся, уборрщику здоррово влетит. Это мой отец пррипомнил, как Ветрохвостовы ррасказывали, как Каррина полы помыла и кто-то поскользнулся. Нет, ррасказывали, конечно, не ему, но у нас же как – только карркни, а дальше эхо до всех дойдёт. Корроче, отец узнал и озлился. А рродители этого типа и его дед отпрравлены перребиррать зеррно! Очень полезная для неррвов и террпения рработа! У нас зеррна стрратегические запасы, так что это им надолго!

Таня удивилась прихотливому мышлению батюшки Карунда, но припомнила Золушку с мачехой, которая смешивала крупы, и решила, что это, скорее, оттуда. А что? Судя по всему, вороны весьма не прочь и людские идеи заимствовать.

***

Через несколько дней Таня возвращалась домой, уставшая донельзя! Нет, от общения с животными она так не уставала, а вот некоторые люди…

Запах этот она учуяла ещё до того, как зверя принесли к ней на приём, прямо-таки из-под двери принесло непрошенным сквозняком «насыщенный аромат» испуганного хорька.

– И, конечно, это ко мне! – тихонько вздохнула она, глядя на уверенную