Аспид на крыльях ночи - Павел Николаевич Корнев

И — запорхали клочками тьмы чернильные мотыльки!

Потянулся было развеять их и замер, ощутив, как тени режут воздух своими крылышками, будто лезвиями тончайших стальных бритв. Ухватишь такую рукой — без пальцев останешься.

— Развлекаешься? — спросили вдруг от двери.

Усилием воли я спалил магических мотыльков и сказал заглянувшему на огонёк профессору Чернояру:

— Никому же не мешаю!

Тот покачал лысой головой.

— Не мешаешь. Но и пользы от твоих экзерсисов чуть да маленько. Лучше бы поучился драться, а то машешь кулаками как босяк!

— Чего это — как босяк?

— Ударь меня! — потребовал профессор.

Именно потребовал, а не попросил, и я подступил и врезал ему в зубы, нисколько не сомневаясь в том, что старикан неведомым образом уклонится от удара, но не угадал. Кулак угодил в прикрывший профессора щит чернильного мрака — костяшки об него я не рассадил исключительно в силу того, что на всякий случай защитил пальцы отторжением.

— Можешь уклониться от атаки — уклоняйся, но такая возможность будет у тебя далеко не всегда. И пусть ты хорошо держишь удар, никогда не следует забывать о защите!

Я тряхнул рукой и буркнул:

— Понял.

— А теперь приготовь сеть. Поглядим, на что она способна!

Я без промедления отошёл от профессора, но на сей раз тот не обернулся пламенным всполохом, а вместо этого сотворил обычного огненного голема.

Обычного, ха! Да магическое создание запросто могло превратить меня в кучку пепла, не предвосхити я его рывок броском усиленных тенет!

Прежде чем фиолетово-чёрные жилы расплавились и прогорели, я успел выплеснуть через них едва ли не половину таланта разогретой малой печатью воздаяния небесной силы, и тёмный пурпур замарал огненный оранж, исказил аспект нематериального создания, заставил его растечься по каменным плитам пола жидким багряным пламенем.

Профессор Чернояр досадливо поморщился и отрезал:

— Никакого пурпура, никакого фиолета! Используй черноту!

Требовать объяснений я повременил и потянул в себя небесную силу, но ещё даже близко запасы растраченной энергии не восполнил, как на меня ринулся новый огненный голем.

Черти драные! Чуть не достал!

Но ловчие тенета всё же сдержали рывок, а дальше я полностью опустошил ядро, напитав сеть порождённой крыльями ночи тьмой. Чернота извратила суть голема столь же легко, как и пурпур, но результат получился куда менее стабильным и гораздо более взрывоопасным: фигуру разорвало и разметало чернопламенными протуберанцами, а отдачей меня дёрнуло так, что перехватило дух.

— Уже лучше, — признал профессор. — Только обязательно набери ихор, прежде чем он успеет прогореть. И, разумеется, тебе ни в коем случае нельзя будет повредить небесную жемчужину.

У меня едва челюсть от изумления не отвисла.

— Небесную жемчужину? Так мне придётся…

— Распотрошить хранителя, — кивнул старик. — Переродившегося и отринувшего материальную форму.

— А что мешает сделать это вам самим?

— Печати и клятвы — что же ещё? — скривился профессор. — Ты не один из нас, ты никогда не был учеником школы, не приносил обетов и зароков. Они для тебя пустые слова! И ты не оранжевый и не чёрный, что тоже очень хорошо.

— А это точно ваша жемчужина?

Чернояр оскалился так, что мне как-то даже не по себе стало.

— Наша! Она по праву наша! Даже не сомневайся!

— Подробности будут?

— Всему своё время!

Профессор ушёл, а я погрузился в медитацию, но к моменту появления Заряны так окончательно с мыслями и не собрался. Улыбался девчонке, ковырялся вилкой в тарелке, рассеянно кивал.

— А почему ты больше не носишь сюртучную пару? — спросила вдруг барышня, а когда я недоумённо встрепенулся, возмутилась: — Серый, ты меня слушаешь вообще?

Я зажал лицо в ладонях, затем потряс головой и растянул губы в улыбке.

— Всё, теперь слушаю!

— Это, знаешь ли, обидно, когда на тебя не обращают внимания!

— Уверен, ты к такому не привыкла! — негромко рассмеялся я, поскольку Заряна и в школьной форме выглядела привлекательней некуда, а уж в пошитом по последней моде атласном платье так и вовсе откровенно блистала.

— Ты на меня даже не смотришь!

«Тростиночка с двумя виноградинами», — в который уже раз подумал я, а вслух сказал:

— Боюсь ослепнуть от твоей неземной красоты!

— Льстец!

— От Беляны так ничего и не было? — поспешил я перевести разговор на другую тему.

— Одиннадцать часов, два квартала и налево, — невпопад ответила Заряна.

— Что, прости?

— Это она передала через банк Небесного престола. И кажется, сообщение адресовано совсем не мне.

Я кивнул, поскольку пришёл к тому же выводу.

Но какие ещё одиннадцать часов? Что за два квартала? Почему именно налево?

Где и в какой день?

Что за шарада⁈

— Давно это пришло? — уточнил я.

Заряна покачала головой.

— Вчера из банка сообщение доставили.

Я мысленно поморщился, но сразу заставил себя позабыть о проблемах и сложностях, сосредоточился на разговоре с Заряной. Какое-то время мы болтали обо всякой ерунде, а затем барышня вдруг сказала:

— Ты ведь знаешь Хорива? Это аспирант с аспектом чистейшего индиго.

Я озадаченно уставился на собеседницу.

— А он не староват для тебя? Ему же лет тридцать!

Щёки Заряны аж вспыхнули.

— Серый! — обожгла она меня возмущённым взглядом. — Он просто выглядит старше! Ты, между прочим, тоже!

С этим утверждением я спорить не стал, поскольку сначала моё лицо хорошенько перекроили, а потом его начали корёжить изменения духа. Выглядел я старше своих лет — факт.

— Разговор не обо мне, — улыбнулся я. — А о Хориве, который в пять лет, установленных твоим папенькой, никак не укладывается!

— Это не будет иметь никакого значения, когда он станет асессором!

Я даже присвистнул.

— Ты настолько далеко заглядываешь вперёд? А как индиго с оранжем сочетается? Детям какой аспект достанется, уже думала об этом?

Намеревался ещё пуще прежнего вогнать собеседницу в краску, но — ничего подобного.

— Конечно, думала! — фыркнула та. — Все девочки об этом думают! — Она покачала головой. — И нет, так далеко наперёд я с Хоривом не загадываю. Он меня просто на танцы пригласил.

— И всё же, что именно получится из индиго и оранжа?

Заряна неопределённо пожала плечами.

— Смотря чья кровь окажется сильней. Но это если не совпадут подавленные аспекты родословных.

Я даже вилку до рта не донёс.