Как я съел ваши фаерболы - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Отец, очнись! — Борис всплеснул руками, его левое веко бешено дергалось от тика. — Ты калека в коляске, а нас двое! Ярослава нет! Дианы нет! Всё! У меня весь карман в чернилах, кашемировое пальто украли, а ты предлагаешь воевать с КМН⁈ Мы сдаемся! Я прямо сейчас пойду к воротам и…

— Дядя Боря.

Голос прозвучал из темноты лестничного проема. Он не был громким, но в нем отчетливо вибрировал холодный, тяжелый металл. Низкий звериный рокот, от которого у Бориса и Риты одновременно перехватило дыхание.

Данила сам сперва не понял, что это его голос. Настолько чуждым он ему показался. Парень медленно шагнул в круг тусклого света.

В груди бушевал ураган. Кровь Волковых, разбуженная съеденной аурой Вадика, весело бежала по венам, окрашивая его глаза в темно-синий цвет. И

На родственников смотрел совершенно другой человек. Собраный, жесткий и чертовски злой.

Борис поперхнулся собственным словом и невольно отступил на шаг, прижав руку к сердцу. Рита испуганно охнула, вжавшись в спинку банкетки.

— Данилка?.. — пролепетал дядя, не узнавая племянника. — Ты… что с тобой?

— Дядя Боря, — Данила сделал еще один шаг вперед, и под его взглядом Борис инстинктивно втянул голову в плечи. — Если ты еще раз заскулишь про сдачу, Канцелярию или свое чертово кашемировое пальто… я лично засуну твой корвалол тебе туда, откуда ноги растут. Мы не отдадим им ни копейки. И извиняться перед этими шакалами не будем. Если Вожак сказал держать Логово, мы заколотим окна и будем стрелять. Это ясно?

Парень слегка приоткрыл рот, показав бритвенно-острые клыки, сверкнувшие в полумраке.

— И ты, тетя Рита, закрой рот, — Данила повернул голову к онемевшей тетке. — Твой Адлер — обычный клоун и карманник, который развел тебя как первоклассницу. Отрежь свои чакры и выброси их в мусорку. С этого момента в этом доме командует дед. И Ярослав, когда вернется.

В холле повисла тишина.

Борис стоял с открытым ртом, судорожно хватаясь за лацканы пиджака. На его лице отразился такой шок, будто тихий комнатный хомячок только что откусил ему палец и потребовал пива и самок.

Рита лишь беззвучно хлопала ресницами, разом позабыв про все свои инновационные методики очищения ауры.

Тишину разорвал скрипучий, восторженный хохот деда Корнея.

— Во! Вот это я понимаю! — старик счастливо хлопнул ладонью по подлокотнику коляски. — Слыхал, Боря? Тебе корвалол засунут! Наша порода! Волчонок зубки показал!

Дед Корней смачно загнал патрон в патронник, заставив руны на стволе вспыхнуть багровым светом, и ловко развернул коляску в сторону выхода.

— Хорош трепаться! Поеду-ка я во двор, займу пост у ворот. Пригляжу за периметром. Если хоть одна медведевская шкура сунется, устрою им бесплатный фейерверк прямо на газоне. Данилка, присмотри тут за нашими… домашними растениями. Чтобы ворота никому не открыли.

Коляска деда весело зажужжала приводами, и Корней укатил на улицу, напевая под нос какой-то бравый марш.

Данила проводил его взглядом, чувствуя, как ледяной жар в груди постепенно утихает, оставляя после себя приятную, тяжелую уверенность. Он повернулся к Борису. Дядя всё еще стоял бледный как полотно, не сводя глаз с его клыков.

— Дядя Боря, — уже спокойнее, но всё так же твердо спросил Данила. — А где Диана?

Борис тяжело, со свистом вздохнул, утирая холодный пот со лба. Он медленно поднял дрожащую руку и указал пальцем в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

— Диана… мы отнесли ее наверх, — прохрипел дядя, и в его голосе прорезалась искренняя, почти суеверная тоска. — Лучше тебе самому взглянуть, Даня… Мы туда даже подойти боимся.

Глава Бонусная Информационная. Раскрытие лора Мира

Блок № 1. Былое величие Рода Волковых (И «эффективная» абиссальная логистика)

Из воспоминаний оригинального Ярослава Волкова:

'В памяти здешнего мальчишки усадьба «Серый Клык» никогда не была той унылой, облупившейся развалиной, в которой мы сейчас обитаем. Лет десять назад это было настоящее Логово. Клан содержал две сотни элитных гвардейцев в тяжелых латах, а во дворе постоянно стоял тяжелый гул форсированных движков броневиков.

Но главной гордостью отца была боевая свора «Серого Клыка» — полсотни огромных, зачарованных волков, чья шерсть отливала сталью. Они могли выследить и загнать любую тварь Бездны хоть на дне озера.

Помню, как Андрей Волков прямо на Арене вызвал на дуэль старейшину Медведевых. Тот закрылся тяжелым ростовым щитом из зачарованной стали, но отец просто активировал частичную трансформацию, ухватился за края этого щита и с диким рыком разорвал его пополам. Как старую газету. Северогорск тогда неделю гудел от страха…'

Комментарии переселенцев:

— Двести гвардейцев в тяжелых латах, — задумчиво протянул я, лениво листая страницы чужой памяти. — И каждый требовал трехразовое питание, суточные, медицинскую страховку и надбавку за вредность в Разломах. Плюс полсотни волков, которые жрали исключительно свежую отборную говядину. Диана, ты вообще представляешь себе этот чек за продукты?

— Ой, кошмар! — Диана брезгливо сморщила носик, укладывая на колени колючий бутон. — Они, небось, половину бюджета Клана спускали просто на мешки с кормом и собачий шампунь против блох. Бездарный, бездарный менеджмент!

— Вот и я о том же, — согласился я, разминая шею. — Клан Волковых обанкротился бы в любом случае, даже если бы Медведевы не заперли Альфу в Разломе. Чистая математика. То ли дело моя новая Стая. Нам не нужны гвардейцы. Зачем платить наемникам, если я сам могу выйти и сожрать спецназ Комитета? Расходы на содержание нулевые. Еда сама прибегает к воротам, еще и матерится забористо. Весело.

— И волки у них были дурацкие, — фыркнула сестренка, поглаживая Пушка. — Здешний Ярик в детстве их так боялся! Писал в своем дневнике: «Ужасающие стальные монстры ночи, от их воя стынет кровь…» Серьезно? Я посмотрела на их чучела в пыльном холле. Обычные пушистые собачки. Наш Пушок сожрал бы всю эту псарню за один присест и даже не икнул бы. Ему эти волки — чисто как спагетти на один укус.

Блок № 2. Про предательство Медведевых (И «Северный Ветер»)

Из воспоминаний оригинального Ярослава Волкова:

'В памяти здешнего мальчишки этот день остался как липкий, бесконечный кошмар. Красные аварийные лампы шлюзового отсека Разлома «Северный Ветер», вой сирен и глухой, тяжелый лязг закрывающихся бронедверей. Вежливый голос представителя Клана Медведевых по громкой связи объявил «экстренный карантин из-за угрозы прорыва».

Отец и его Личная Гвардия оказались заперты внутри пространственного кармана один на один с бесконечной, хлынувшей из Изнанки ордой тварей. Осознав предательство, Андрей Волков не стал умолять о пощаде. Он просто встал у Ядра Разлома и взорвал собственный источник. Взрыв