Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко

— Сильнейший воин племени Изумрудной Лисы, Акбитат. Кто ты, и с чем пришёл к племени Изумрудной Лисы? — шагнул вперёд один из преобразившихся орков. Он выше меня на две головы, смотрит с нескрываемым презрением сверху вниз, так ещё верхняя губа подрагивает от отвращения.

Я не стал размениваться на высокопарные приветствия, лишь представился как магос Лик'Тулкис, и сразу показал деревянный тубус и позвонок из хвоста. Я рассказал, как вообще тубус оказался у меня, и что хочу выменять за позвонок. Орк несколько секунд молчал, явно общаясь со всем племенем и вождём по орочьему аналогу мыслеречи.

— Вождь хочет тебя видеть. Скажешь ему всё, — орк резко развернулся и отправился вглубь стоянки. Прочие орки, встречавшие нас, жестами показали следовать за сильнейшим воином.

«У нас проблемы. Что бы ни случилось — делай то, что я говорю», — я на секунду прокинул канал мыслеречи в сознание Сои. Девочка вида не подала, что волнуется, лишь показательно кашлянула разок.

Нас привели к широкой юрте с вышивкой на шерстяных стенах и резной дверью, расписанной цветами. [Чувство магии] показывало семь светящихся облачков от сосредоточений маны в телах разумных: три сидели линией в дальнем конце юрты напротив двери, четыре силуэта линией сидели по левое плечо от троицы. Троица — это всяко нынешний вождь племени, его жена и жена Акбитата, сильнейшего воина племени и будущего вождя. Четвёрка — прочие сильные воины племени.

Акбитат открыл дверь. Я лишь покрепче сжал посох, но ничем другим своих эмоций не выдал.

— Оставь оружие, — Акбитат показал мне на орка, стоявшего на страже у входа в юрту.

— Оно — символ мага. Но вопрос в доверии. Моя раба будет держать моё оружие, и сядет поодаль.

— Пусть будет так, — орк показал проходить внутрь.

Меня с Соей рассадили вполне ожидаемо. Акбитат замкнул линию прошедших не одно преображение сильнейших воинов племени. Мне показали сесть напротив Акбитата, по правое плечо от главной троицы и практически около двери. На меня без всяких эмоций смотрела жена нынешнего вождя, орчиха с зелёной кожей, и такой же зелёнокожий вождь. Рядом с ним сидела не прошедшая преображения жена Акбитата. Внешне — обычная девушка лет шестнадцати из нутонов, с розоватой кожей, чёрные густые волосы водопадом стелются на плечи и крохотную грудь. Но зрачки и радужка скрыты под плотной серой блямбой. А на груди, на небольшой серебряной цепочке, висит то, что я никогда ни с чем не спутаю: засушенный чёрный и длинный палец, с широким когтем и перекушенным суставом.

Я не подал вида, что узнал палец, как и не выказал недоверия оркам. Соя с моим посохом, гримуаром и жезлом сидит недалеко от молодой орчихи и вождя; я сижу напротив сильнейшего воина племени, а из оружия у меня только кинжал. Идеальная ситуация для самоубийства. Или же убийства группового.

Вождь представился, но не назвал меня по имени и потребовал с меня рассказа кто я, зачем пришёл, и с чем. Я поведал, как с караваном ехал по дороге, как увидели место битвы и как успели найти едва живого орка. Он ничего не успел сказать, но мой путь пролегал через прерии, и поэтому я решил взять тубус с собой. И сейчас, встав, я полностью соблюдал орочий этикет: говорил, глядя в глаза сидящему напротив орку, и передал тубус именно ему. Вот только Акбитат даже веком не дёрнул. Я едва удержал в себе вздох разочарования. Вождь тут же растянул лицо в приветливом выражении, якобы по традициям сильнейший воин ничего не должен брать у пришедших.

Я передал вождю тубус. Он его раскрыл, и жадно вчитался текст письма. Оно меня вообще не интересовало, я вернулся на место и прокинул канал мыслеречи в голову юной орчихи.

«Не дёргайся и не показывай, что я связался с тобой. На твоей шее висит понятная мне часть», — я говорил чуть гневной интонацией. — «Ответь, откуда она у тебя. От этого ответа зависит многое».

«Это подарок от да́ата. Моей мамы».

«Не Кагата ли её зовут?»

«Именно так…», — голос орчихи вздрогнул. Я сказал ей продолжать объяснения. — «Ей подарил древнейший, дракон по имени Лиас… Откуда ты знаешь мою маму?»

«Я знаю многое. И даже знаю, как именно Кагата получила этот палец. Но сейчас это не важно. Назови своё имя, и жди. По крайней мере тебе, твоей маме или родному племени ничего не грозит».

«Затара».

Я обрубил канал мыслеречи. Вовремя. Вождь как раз закончил чтение письма из тубуса, и с притворным уважением посмотрел на меня.

— Ты принёс важное письмо, оно о предстоящей торговле. Племя Изумрудной Лисы благодарит тебя за это. Что ты хотел обменять?

Я в ответ показал позвонок и рассказал, что хочу за него получить. В идеале — провоз через все прерии, аж до южной границы королевства Калиск.

— Мы не способны помочь тебе в этом. Но мы можем помочь в другом. У нашего племени есть преобразившиеся лошади и повозка. Мы готовы продать их, дать еды в дорогу. И мы укажем путь к следующему племени, где ты сможешь обновить припасы.

— Дай мне минуту подумать.

— Естественно.

Вождь показательно-вежливо кивнул и чуть доброжелательно улыбнулся. Я скрестил руки на груди, затем правой рукой подпёр подбородок. Я напустил на себя вид максимально задумчивый, и перекинул канал мыслеречи в сознание Затары.

«Я говорю не от своего имени, а от имени своего народа. Только твои слова уберегут орочьи племена от неминуемой кары за то, что висит на твоей шее. Я буду задавать вопросы, а ты — отвечать коротко. Ты поняла меня?»

«Да», — подрагивающим от волнения голосом ответила Затара.

«Ты в племени Изумрудной Лисы, потому что оно — племя-изгой, и его контролирует твоё родное племя Рыси?»

«Да».

«Ты жена будущего вождя и отдана замуж как подобие залога, пока племенем управляют?»

«Да».

«Браслет на твоей ноге действует как рабский ошейник? Если да, то твой хозяин — Акбитат?»

«Да», — голос орчихи дрогнул, появилась нотка страха и недоверия.

«Последний вопрос. Если так случится, что всё племя Изумрудной Лисы будет уничтожен, то что тогда ты сделаешь?»

«Если будет убит вождь племени, и следующий тоже, то уговор между племенами закончится. Это страшный удар по племени Изумрудной…»

«Я спросил не об этом. Что именно ты сделаешь, если племя исчезнет».

«Я не понимаю вопроса. Я…»

«Если племя Изумрудной Лисы исчезнет, то сможешь ли ты проводить меня к своему родному племени? Я хочу общаться