Молчаливые секреты - Александра Флинт

глазами предстал мир бесконечной истории. Фантазии во всей своей силе с башней из слоновой кости, бесконечными мирами и пейзажами, создающими этот написанный Михаэлем Энде мир.

Книга будто бы ожила, и мы оказались в происходящем, в то время как вокруг нас развивался сюжет. С годами я понял, что могу управлять этими метапутешествиями, как я их сам и назвал. Я мог с помощью мыслей отправиться в различные моменты истории, следовать за ними и переживать события таким образом – при условии, что они написаны. Я не был в состоянии вклиниться в ход событий или принимать в них участие, но благодаря этой возможности я мог видеть, слышать, чувствовать, что они несли в себе, и таким образом путешествовать в тексте любым способом. Будучи ребенком, я провел множество часов, обучаясь таким образом. Позже я использовал этот дар, чтобы сделать знания видимыми. Я прочитал статью о новом элементе, и в следующую секунду в разуме он возник передо мной. Я изучал описание разыскиваемых людей, и в следующее мгновение их фотография появлялась перед глазами. Даже при чтении сообщений на телефоне мне иногда казалось, что я вижу человека за ними, вижу, что он чувствует. Я не мог читать мысли, но иногда… иногда так казалось. Словно слова рассказывали мне больше, чем их простое значение.

– Зим, это… это потрясающе. – Голос Реми раздался в мире, стоящем между нами, затронул что-то глубоко во мне. – Не знала, что такое вообще возможно.

– Это моя тайна… а теперь и наша.

– Тайна?

– Я до этого никому это не показывал, потому что этот дар может быть опасным. Дот предупреждал меня, что может начаться хаос, и среди Писателей миров… я единственный с таким даром. – В окружении фэнтезийного мира «Бесконечной истории» мне было проще рассказать это. Кроме того, я из-за этого дара чувствовал себя другим.

Я медленно опустил книгу, убирая наши руки с переплета. Фантазии поблекли, а книжный магазин постепенно обрел очертания перед нами.

Реми открыла глаза и посмотрела на меня. Наши взгляды встретились, а в воздухе между нами повисло сказанное и увиденное, но тут Арамена вздрогнула.

– Реми, что такое?

– Я… – Она провела ладонью по левому виску и сделала шаг назад. – Думаю, я знаю, что мы ищем.

Я поспешно поставил книгу обратно на полку и поднял поставленный там рюкзак.

– Как?

– Возможно, звучит безумно, но, когда ты мне… показал этот мир, там был предмет, который не принадлежал ему. Как инородное тело, выделяющееся на фоне общей картины.

Ничто из этого не звучало безумно. Не после того, что я ей показал.

– Что это?

– Подставка для книг. Вычурная, цвета меди, подставка для книг, верхний край которой скошен. – Руками она обвела круг, который становился все у́же. – Без понятия, как она подойдет для ключа или как мы ее тут найдем – в магазине огромное количество подставок для книг, – но думаю, это она.

– Мы… – Я сам замолк, когда в голову пришла мысль. Я поспешно открыл рюкзак и вытащил записную книжку вместе с ручкой.

– Напиши, Реми.

– Прости, что?

– Опиши книжную подставку. Опиши так, чтобы я мог ее увидеть. – К щекам прилил жар.

Она вопросительно нахмурилась, а потом кивнула и быстро нацарапала пару слов на странице. При этом она не старалась писать красиво, отчего я сжал зубы, но форма не имела значения. Слова были словами.

Она молча протянула мне записную книжку и выжидательно посмотрела на меня. В этот раз я не стал объяснять, а коснулся пальцами короткого предложения и увидел то, что видела Реми. Подставку для книг, которая напоминала мне запутанный орнамент Мондии, без четкого узора, с отбитым краем, как она и сказала.

Как только картинка стала достаточно ясна, я закрыл записи и засунул вместе с карандашом в рюкзак.

– Все ясно, я знаю, какую ты имеешь в виду.

– Это показало тебе написанное мной?

– Это как и с «Бесконечной историей». Я видел твои слова, Реми. Если это написано от руки, я могу за него ухватиться. – Я слегка улыбнулся и добавил: – Лучше разделиться и поискать по отдельности.

Предложение, судя по всему, Реми не понравилось, тем не менее она кивнула и указала подбородком направо:

– Я возьмусь за ту комнату. Кто найдет, кричит.

Ухмыльнувшись, я кивнул и потянул за лямки рюкзака.

– До скорого.

Реми исчезла в одном направлении, а я занялся этой комнатой. Я систематически прошелся по доскам полок, останавливаясь у каждого предмета цвета меди. Старая миниатюрная подводная лодка, полевой бинокль, песочные часы… но никакой подставки для книги, подходящей под описание Реми. Я молча ходил из комнаты в комнату, пока не услышал крик.

Реми действительно собиралась кричать.

Я весело покачал головой и побрел обратно в главную комнату, где и нашел ее с разыскиваемой подставкой для книг в руках.

– Это было быстро, где ты… – Я не договорил, потому что заметил ее расширенные зрачки и бесцветную линию, в которую превратились ее губы. – Реми.

– Никого нет, – прошептала она. – Продавца, других клиентов, даже внутренний дворик пуст, Зим. Что-то не так.

Я сцепил зубы и, забрав подставку для книг, засунул ее в рюкзак, а потом взял Реми за руку.

– Пойдем.

Арамена была права. Там, где толпились люди, теперь было почти жутко тихо. Голубое небо закрыли тучи, и в воздухе повис запах дождя. У Нова нет способности управлять погодой, но это никак не влияло на предостерегающее покалывание в затылке. И я слишком часто попадал в опасные ситуации, чтобы легкомысленно игнорировать такие знаки.

– Обратно в Париж?

Я кивнул и повел нас по тому же переулку, через который мы попали во внутренний двор.

– Чем раньше приедем, тем лучше.

Блутгассе совсем обезлюдела; как правило, днем здесь приходилось толкаться между идущими вперед туристами, и так же было жутко то, что рядом с множеством магазинчиков располагались и рестораны, и кафе – но сейчас в центре Вены создавалось впечатление, что мы в городе призраков.

– Мне это не нравится, – тихо произнесла Реми рядом со мной, пока мы шли по переулку.

– Знаю, что ты имеешь в виду. – Волосы на затылке встали дыбом, и я не мог не заметить, что мое сердцебиение подстраивалось под наши ускоряющиеся шаги.

Мы свернули на Домгассе, держась левой стороны… и почти в ту же секунду остановились. В конце узкой улочки стояла одна женская фигура в украденной полицейской форме с почти смертоносным выражением на тонких чертах лица и проклятым оружием в руке.

– Arrière toute, Реми! Назад!

Второй раз говорить не пришлось. Не ходя вокруг да около, я сжал сильнее ее руку, мы