Молчаливые секреты - Александра Флинт

Режущая боль пронзила тело, когда мы резко свернули направо и заскользили на брусчатке.

– Как могли они узнать о книжном магазине?

– Понятия не имею, – ответил я и сжал зубы. В этом не было смысла. Кроме Лорана и Людвига, никто не знал о наших планах насчет книжного магазина, а за того и другого я положу руку в огонь.

Мои кружащиеся мысли затихли секунду спустя, когда Реми дернула меня за руку и утащила влево.

– Зим!

Я проследил за ее взглядом и увидел Грега, перекрывающего нам путь в конце переулка. Явно раздраженный, в полицейской форме и с оружием. Неудивительно, что все гражданские покинули место, где Нова притворялись копами и бегали с заряженными пистолетами.

Я быстро выбрал следующее ответвление и одновременно мысленно прошелся по плану города Вены.

– Третий тоже должен быть где-то поблизости – Финлей. – Каждое ее слово сопровождалось тяжелым дыханием. – Куда ты?

– Метро.

– Прости, что?

Я вытащил нас из переулка на широкую улицу на севере, прочь от собора и моего возможного плана.

– Как и в Париже, метро Вены разветвленнее, чем привыкли обычные граждане. Нужно использовать это как преимущество.

Реми с сомнением скривилась, но сдавила мою руку, что я принял за молчаливое согласие. За это время ее свободно заплетенная коса развязалась, и длинные светло-каштановые волосы кружились вокруг головы, щеки покраснели. И хотя это было невозможно, мне казалось, что я слышал ее сердцебиение, как собственное.

Следующую станцию метро, «Штубентор», я бы не стал выбирать в первую очередь для спуска в подземную сеть, но в данный момент Нова не оставили нам другого выбора. Так что мы побежали. Мы снова и снова наталкивались на прохожих, которые испуганно уходили с нашей дороги, когда мы, преследуемые двумя защитниками закона в форме, не обращая внимания на наносимый ущерб, протискивались вперед.

– Где Финлей? – крикнула Реми не замедляясь и вовремя потянула меня в сторону, чтобы меня не переехал развозной фургон.

Ругаясь, я убрался с его пути и кинул взгляд через плечо. Увидел Зеллу и Грега, которые в эту секунду разделились, а потом снова посмотрел вперед и наткнулся на широкоплечего, хорошо знакомого полицейского.

Финлей.

– Привет, Абернати. – Его рука рванула вперед и грубо схватила меня за плечо. От резкого движения на глаза навернулись слезы, и тут я почувствовал оружие, прижатое в спине. – Конечная остановка.

Но прежде, чем я успел ответить, объявились Зелла и Грег, накинулись на Реми и схватили ее.

– Мы вас поймали, несчастные воры, – сообщила Зелла для любопытных на немецком с отчетливым британским акцентом и посмотрела на меня с улыбкой, полной триумфа, которую мне хотелось стереть с ее лица.

– Это ошибка, – с ненавистью прошептал я и попытался вырваться из похожей на тиски хватки Грега, что привело лишь к тому, что от боли я перестал что-либо видеть.

Зелла встала передо мной и посмотрела прямо в глаза.

– Нет, Казимир, единственной ошибкой было не убить вас в прошлый раз.

Глава 31

Вена, Австрия

Реми

Они увели нас на глазах у всех, словно преступников. Это было унизительно, и, судя по злобной маске Зеллы, она вовсю наслаждалась каждой секундой. Они выиграли, мы проиграли – и об этом напоминал каждый мучительный шаг, при котором я чувствовала, как оружие Грега упирается в спину.

Нова отвели нас не сразу к машине, а на парковку, находящуюся в паре боковых переулков отсюда. Судя по табличкам, гараж был закрыт из-за мероприятия по реконструкции, что в целом означало: никаких других людей, никаких камер, никого, кто их остановит.

…Единственной ошибкой было не убить вас в прошлый раз…

Dieu, они правда нас убьют. Зачем им иначе приводить нас в такое позабытое богом место? Все дальше под землю?

Я взглянула на Зима, которого в паре метров впереди вел Финлей, и не смогла помешать этому страху распространиться во мне. Мы считали, что они хотят взять нас в заложники, но теперь… теперь мы заходили на девятый подземный этаж ветхой парковки и, судя по всему, подписали свой смертный приговор.

Когда мы оставили платформу самого нижнего этажа позади, я заметила один черный минивэн, припаркованный посреди асфальтированной поверхности. Затемненные стекла и снова без каких-либо знаков.

– Хватит. Убейте девушку, и затем исчезнем. Эта смехотворная охота и так стоила нам достаточно времени.

Живот скрутило, когда Грег по приказу Зеллы толкнул меня к широкой опоре и грубо развернул так, что моя спина ударилась о холодный бетон.

Зим стал сопротивляться.

– Клянусь, если ты что-то с ней сделаешь…

– Побереги дыхание, Казимир. Если бы отец так не хотел получить ответы, я бы поставила тебя рядом с твоей подружкой и пустила по пуле в голову.

Это не может быть правдой, такое не может происходить на самом деле! Я в панике посмотрела на Зима и встретилась с его взглядом, в котором боролось множество эмоций.

– Давай, Грег.

– Нет, пожалуйста, – вырвалось у меня, когда Нова отошел на пару шагов и направил оружие мне в лоб. Мне было ненавистно то, как дрожал мой голос, ненавистно, что я была парализована страхом, ненавистно… ненавистно, что я здесь умру, и Зиму придется смотреть на это, и мои родители никогда не узнают, что произошло.

В голове начало гудеть от оглушительного страха, и звук смешивался с жужжанием различных приборов и механизмов. У меня появилось чувство, что я в любой момент потеряю сознание.

– Реми, боже… – На лице Казимира было написано страдание. – Зелла! Mince, ты не знаешь, что делаешь. Реми…

– Закрой пасть! – фыркнула Нова. – Твои возлюбленные мне без разницы. Она мне без разницы. Она ничего не значит в нашем мире, и ты это знаешь.

– Нет! Черт, НЕТ. – Зим боролся против хватки Финлея, но, когда ему нанесли сильный удар в бок, он со стоном сдался. – Реми…

Я измученно перевела взгляд с Зима на Грега и медленно подняла руки, слеза стекла по моей щеке, обжигая маленькую ранку на лице.

– Пожалуйста, – прошептала я, – пожалуйста, не надо.

Лицо Грега оставалось словно бы каменным, когда он положил палец на курок. Никаких следов сожаления, никакого сочувствия, ничего. Мгновение я спрашивала себя, что должно было произойти, чтобы человек стал таким холодным. Но мне было все равно. Все было безразлично, потому что вскоре меня застрелят.

Время растянулось.

Я опустила руки и сжала кулаки, посмотрела Грегу прямо в темные глаза, а гул в голове становился все