Молчаливые секреты - Александра Флинт

чернила» находился в маленьком внутреннем дворике, к которому можно было добраться через проход между двумя приземистыми домиками. Через несколько секунд я нашел бронзовую табличку с соответствующей стрелкой, которая вполне могла бы висеть на таверне в Средние века, – а значит, и вход в атриум. Я слегка потянул за рукав Реми и кивнул в направлении указателя.

– Готова полистать пару книг?

– Потому что мы все еще не знаем, что именно ищем?

– Узнаем, как только окажемся там. Ты узнаешь.

Она с сомнением вскинула бровь и открыла широкую деревянную дверь, ведущую в проход под открытым небом, выложенный брусчаткой. В стены были встроены фонари, а спустя какое-то время освещенный солнцем широкий внутренний двор сменил сумрачный свет. Деревья рассредоточенно росли по двору, в домиках находилось множество маленьких магазинчиков, которые использовали двор как выставочное пространство, и на одной из причудливых скамеек сидел юный скрипач и играл «Маленькую ночную серенаду» Моцарта.

– Это он и есть, «Первые чернила». – Реми быстро взглянула на меня, а потом целенаправленно пошла к книжному магазину, ютившемуся между магазином декоративного искусства и маленьким бутиком. Последний раз я посещал его точно пару лет назад, но как только вошел в магазин, ощутил, словно не прошло и дня.

То же переполненное узкое торговое помещение, перед которым между темными полками высотой до потолка располагались другие ниши и комнаты. Та же вычурная винтовая лестница из черного железа, ведущая в нижние залы, те же стопки книг, стоявшие повсюду у стен и на множестве персидских ковров, и то же сумеречное освещение, создающее ощущение, словно ты попал в другой мир.

Без сомнений, это место, где время словно бы замерло.

– Понимаю, почему твои предки выбрали именно этот магазин в качестве перевалочного пункта. Создается ощущение, что ты в туннеле из книг где-то глубоко под землей без света. Прямо как дома, да?

– Мы не полевки, Реми.

– Ты уверен? Ты говорил о естественной среде обитания. – Секунду в ее глазах блестела игривая искорка, а затем вернулась настороженность. Вместе с выражением, которое я научился узнавать.

– Ты что-то чувствуешь.

Реми кивнула.

– Сложно выделить его здесь… тут словно бы все шепчет.

– Возможно, это кубик.

– Или мы медленно теряем рассудок, – ответила она и повернулась вокруг своей оси, а ее глаза заметно широко распахнулись. Магазин «Первые чернила» был впечатляющим местом, это ясно, но по сравнению с Мондией он был лишь ее осколком. В то мгновение я не мог дождаться, когда же покажу Реми Мировую библиотеку, увижу выражение ее лица при первом взгляде на бесконечную книжную даль. Эти мысли заставили меня улыбнуться и одновременно вызвали неприятное жжение в груди.

Если мы вовремя соберем ключ, прежде чем все рухнет.

Возможно, мы бы уже продвинулись вперед, если бы я постоянно не думал о неважных вещах.

– Добрый день. Могу я вам чем-то помочь?

Испытывая благодарность за то, что меня отвлекли, я повернулся к пожилому господину, который в последний мой визит здесь еще не работал. В вельветовой рубашке и полосатом жилете, с маленькими круглыми очками и поседевшими волосами, он идеально соответствовал общему виду книжного магазина.

– Добрый день, спасибо, мы просто осматриваемся, – ответил я на немецком и постарался как можно дружелюбнее и убедительнее улыбнуться, чтобы он не обратил внимание на явные раны на моем лице и лице Реми.

Продавец, видимо, немного поколебался, но потом кивнул.

– Просто скажите мне, если вам что-то нужно.

– Спасибо, – снова сказал я перед тем, как вместе с Реми проскользнуть мимо других покупателей и исчезнуть в глубине магазина.

– Мне показалось или недоверие было чуть ли не написано неоновым шрифтом на его лбу?

Я согласился с Реми.

– Неудивительно, если вспомнить, как мы выглядим.

Реми подошла к одной из полок и провела пальцем по множеству совершенно разных книг. Некоторые были новыми и нетронутыми, другие – в обложке из кожи или ткани и выглядели так, словно им тысяча лет. И я знал без исключения их все. Не отрывая взгляда, я оперся о доску за спиной и скрестил руки на груди.

– Ты до этого почти ничего не рассказывал о том, как работает твоя магия, – прошептала Реми в тишине и повернулась ко мне. – Кроме того, что ты говоришь на всех языках мира и практически знаешь наизусть все книги.

– Почему ты сейчас об этом вспомнила?

– Не знаю, в окружении книг ты как-то меняешься. Трудно описать, слова никогда не были моей сильной стороной.

Я улыбнулся уголком рта и вытащил книгу с полки рядом со мной.

– Дело в том, что они неуловимы. Я не могу заставить предметы летать в воздухе или проходить через стены, но… – Сердце заколотилось, когда стало ясно, о чем я думаю. О даре, о котором мало кто знал раньше. Тайне, которой я не делился с людьми и теперь почему-то хотел доверить Реми. Возможно, потому, что в последние месяцы она сама так раскрылась перед мной. Возможно, потому, что я не знал, куда приведет наша миссия, и не хотел больше держать эту загадку при себе. Возможно… возможно, потому что мне казалось, что я могу довериться Реми.

Я сделал глубокий вдох и положил закрытую книгу «Бесконечная история» на ладонь, а вторую руку опустил на переплет.

– Положи ладонь на мою руку, Реми.

Она медленно приблизилась и изучающее посмотрела на меня.

– Зачем?

– Я хотел… хотел показать тебе кое-что. Трудно объяснить, даже мне, но я… могу показать. Как это работает. – Мои слова были едва слышны, слоги вибрировали между нами. – Поверь мне и закрой глаза.

Еще мгновение ее зеленые, как хризолит, очаровательные глаза смотрели на меня, а потом она опустила веки и положила холодные пальцы на мои.

Я напряженно улыбнулся и тоже закрыл глаза, отдав книге и истории внутри весь контроль. Как я сказал, так и было. Ничто из этого нельзя выразить в предложении или объяснить, нужно увидеть, почувствовать, чтобы понять. С тех пор как я научился думать, я ломал голову над этим даром. Над тем, что Дот посоветовал мне никому его не показывать. Что я скорее всего единственный Писатель миров с таким талантом. Эти изнуряющие мысли постоянно пожирали меня, и тем не менее эта способность по-своему меня очаровывала. Потому что, как только я касался написанных слов, она открывала мне безграничный мир. Словно сон, только засыпать не нужно.

– Ты видишь это? – прошептал я и легонько провел большим пальцем вдоль ее руки.

Несмотря на то что мои веки были закрыты, я почувствовал ее кивок, улыбку и позволил себе на краткое мгновение погрузиться туда. Перед