Не буди Лихо - Александра Стрельникова

— Сожалею, господин Чемесов, но это невозможно. Прошу вас занять свое место и впредь не вмешиваться в ход судебного процесса. Это последнее предупреждение в ваш адрес.

Иван, провожаемый насмешливым взглядом Лафара, опустился на скамью. Его сердце разрывалось от жалости к Александре и от острой, почти непереносимой ненависти к этому самодовольному негодяю.

— Дело в том, что господин Чемесов имеет чисто личную причину быть недовольным тем, что у нас с Александрой Павловной…

— От вас же, господин Лафар, я настоятельно требую соблюдать хотя бы элементарные правила приличия! Объявляется перерыв на пятнадцать минут! Господин Северский, вы продолжите задавать свои вопросы сразу после этого.

Александра, поддерживаемая под локоть Николаем Орловым, вышла из зала в широкий коридор, но, не имея сил дольше оставаться среди такого количества людей, которые к тому же не сводили с нее любопытных взглядов, сбежала в дамскую комнату. Там, неотрывно глядя на себя в зеркало, она и простояла все отпущенное ей судьей время. Она не сомневалась, что эти пятнадцать минут были даны именно ей, чтобы она успела взять себя в руки и достойно встретить дальнейшее, и дала себе слово, что не подведет старого судью и не станет терзать Ивана Димитриевича, напряжение которого, ощутимое почти физически, казалось, было готово разорвать его изнутри, а главное, не позволит мерзавцу и дальше наслаждаться видом ее слабости.

Она вернулась на свидетельское место с высоко поднятой головой и чуть высокомерно кивнула адвокату Лафара, как бы разрешая ему начать.

— Итак, госпожа графиня, я вижу, вы справились со своим волнением. И очень рад, потому, что нам предстоит еще выяснить очень многое.

— Прошу вас, начинайте.

— У меня перед глазами ваши показания, касающиеся того вечера, когда вы покинули дом госпожи Кубасовой…

— Вы хотите сказать, когда я убежала из него, спасаясь от насилия, которым мне угрожал господин Лафар?

— Именно это я и хотел уточнить. Прошу всех присутствующих взглянуть на моего клиента и на госпожу Орлову и подумать вот о чем: если бы такой мужчина, как господин Лафар, по-настоящему задумал применить силу к столь хрупкой женщине, как свидетельница, неужели бы ей удалось целой и невредимой покинуть его? Так не логичнее ли предположить, что ни о каком насилии и не шла речь? Красивый мужчина, более чем привлекательная женщина, обстановка, располагающая…

— Избавьте меня от ваших фантазий, господин адвокат, и перестаньте смотреть так, будто я пирожок, а вам не терпится узнать, какова у него начинка!

В зале послышались смешки. Присяжные переглядывались, обмениваясь улыбками. Пунцовый мэтр, гневно сверкая глазами, взмахнул рукой, требуя тишины:

— В таком случае, прошу объяснить мне и высокому суду, каким образом вам удалось избавиться от господина Лафара и преспокойно покинуть квартиру, в которой вас якобы содержали против вашей воли.

— Якобы?! — А кто запрещал вам встать и уйти?

— Меня опаивали снотворной настойкой, забрали всю одежду и после этого вы смеете утверждать…

— Ваша одежда лежала в соседней комнате. Если вы уж беретесь лгать, то постарайтесь сделать так, чтобы это, по крайней мере, выглядело удобоваримо. Что это за беспомощный лепет о том, будто вы захотели, чтобы господин Лафар заснул, и он заснул! — адвокат хмыкнул, качая головой. — Правда достаточно часто выглядит неудобоваримой, в отличие от хорошо обдуманной лжи, которая обычно гладка и логична, господин адвокат. — Но это же смешно! Понятно, если бы речь шла о магии, но кто ж поверит в то, что ей владеет дворянка и вдова одного из самых ярых членов ордена Магоборцев?

Глава 62

Александра прищурилась, оценивая сказанное. Расчет был ясен: адвокат надеялся, что графиня Орлова не захочет афишировать тот факт, что кто-то из ее предков был не человеком, а потому и не станет признаваться в обладании магическим даром. Чистота крови действительно заботила многих в том кругу, где вращался граф Василий Орлов. Но дело в том, что сама Александра в этот круг совершенно точно никогда не входила! Ей был брошен очередной вызов, и она его приняла. Так, как и привыкла делать:

— Я могу прямо сейчас показать, что ваши подозрения касательно моей лживости совершенно беспочвенны! И да, я владею магическим даром.

По залу прошелестели шепотки. Лафар ухмылялся, адвокат забегал глазами, торопливо перестраивая линию дальнейшего поведения. И он бы наверняка пошел на попятную, но тут вмешался коронный судья:

— Хотелось бы взглянуть на ваши таланты, госпожа Орлова. Предлагаю провести... гм… назовем это следственным экспериментом. Господин Лафар...

Мгновенно переменившись в лице, тот вскочил на ноги:

— Я протестую! И категорически отказываюсь!

Алексей Иванович Плужников — старый волк, повидавший за свой немалый судейский век много всего, — кивнул, пряча усмешку в густые усы:

— В таком случае, вы, господин Северский? Вам, как адвокату господина Лафара, и карты в руки. Если госпожа Орлова не сможет доказать свои магические возможности, то это сразу станет прямым доказательством того, что ее обвинения в адрес вашего подзащитного не полностью честны. — Если это послужит интересам правосудия… — проблеял адвокат.

Александра сошла со свидетельского места и, на ходу снимая перчатки, направилась к нему:

— Присядьте. Мне бы не хотелось, чтобы вы упали и расшиблись.

Северский послушался, и ровно через минуту голова его склонилась на грудь, и он уснул:

— Спит? — судья с интересом глядел на происходящее, встав со своего места. Пристав торопливо подошел к адвокату:

— Так и есть, Ваша честь. Спит.

— И сколько же он теперь проспит?

Александра пожала плечами:

— Не имею понятия, господин судья. Господин Лафар должен это знать лучше.

— Я не засекал, — раздраженно буркнул тот, но осекся и злобно глянул на стоявшую в двух шагах он него графиню. — Ведьма проклятая!

— Которую вы нежно и преданно любите, — пожимая плечами, заключил Горчаковин.

Судья уселся в свое кресло и, хлопнув ладонью по столу, подвел черту:

— Объявляю перерыв до завтрашнего утра. В связи с тем, что адвокат подсудимого временно… э… не в состоянии выполнять свои обязанности.

* * *

Утренние газеты все как одна вышли с сенсационным материалом, посвященным вчерашним событиям в суде. «Адвокат подсудимого повержен одним взглядом прелестной графини Орловой!» — гласил первый же попавшийся Чемесову на глаза заголовок, и Иван с отвращением скомкал газетный лист. Сегодня на слушаниях по делу Григория Лафара наступал заключительный этап — теперь суд должен