Заглянувший - Анастасия Райнер

– Лучше брать пример с тебя и угождать всем вокруг?

– Наберись уже смелости и признай, что тебе не очередной «Феррари» нужен, а внимание! Потому что при всем своем достатке ты все равно чувствуешь, что катастрофически беден! Но для отношений нужно иногда поступаться принципами, научиться прощать и принять другого человека с достоинствами и недостатками!

Она вся раскраснелась, из глаз хлынули слезы. Мы так и не притронулись к еде, давно остывшей. Лишь я виноват, что ужин превратился в спор. Лишь я виноват, что сегодня мы перестали соприкасаться душами.

– Прости, пожалуйста… – Я хотел провалиться сквозь землю.

Она продолжала тихо плакать, а я продолжал молчать, уткнувшись в тарелку.

– Я так любила твой смех, почему ты перестал смеяться? – спросила она спустя некоторое время.

– Не перерос полный депрессий пубертат, – ответил я, не особо вникая в суть вопроса.

Я стоял за барной стойкой и выкуривал сигареты одну за одной.

Сегодня неожиданно позвонила сестра. Я очень обрадовался, однако понял по голосу, что она расстроена. Она попросила встретиться здесь и вскоре должна была подойти.

Когда ее силуэт мелькнул в проходе, я разволновался еще больше, как бывало всякий раз при встрече. Они стали слишком редки. Виктор не выносил меня, а я его. Сестра же не хотела рисковать отношениями и здоровьем обоих.

– Привет, – сказала она, подойдя.

Я помог ей снять пальто и предложил выпить.

– Какой-нибудь безалкогольный коктейль. – Она присела рядом.

Я смотрел на родные черты и чувствовал себя опьяненным, хотя еще ничего не пил. Она всегда казалась привлекательной, но сегодня выглядела божественно. И я улавливал, что ей нравилось, как выглядел я. Правда, помимо этого, между нами всегда было нечто большее.

Снова чувствуется этот эффект – время слетело с катушек.

Без нее все идет своим чередом, медленно и неспешно. Жизнь кажется простой и понятной. Рядом с ней время ускоряется так, что начинает кружиться голова. Вокруг все расплывается. В такие моменты только ее взгляд удерживает в равновесии.

Неважно, что было с нами в промежутке разлуки. Важно то, что мы снова вместе, мчимся сквозь пространство с одинаковой скоростью и в этот момент можем ощутить вкус самого заветного для нас обоих, самого желанного и несбыточного, – единства.

– Так о чем хотела поговорить?

– Просто соскучилась, – замялась она, ерзая на стуле, но я слишком хорошо знал этого человека.

Она молчала, потому что боялась захлебнуться в словах.

– Что случилось? – Я осторожно повернул ее личико за подбородок.

Сестра посмотрела глубоким, полным тоски взглядом.

– У тебя бывает такое, что хочется сорваться с места с сумасшедшей скоростью, чтобы даже не успеть осознать происходящее?

– И никого при этом не поставить в известность, чтобы не оправдываться, – ответил я, прекрасно понимая ее чувства.

– Умчаться в аэропорт, сесть на ближайший рейс, – продолжала она. – Главное, взмыть в небо подальше отсюда. И не важно – куда, но желательно – на край света. Хотя даже там я буду все так же чертовски одинока.

– А как же Виктор? Он же состоит из сплошных достоинств, любит тебя, проявляет заботу. Не припомню, чтобы ты жаловалась. Он красив, хорошо зарабатывает, по-мужски галантен – мечта каждой девушки, а ты тут про билет на край света… Осенняя хандра?

– Он на другой волне. – Сестра покачала головой. – Точек соприкосновения так мало…

– С тобой у любого будет мало точек соприкосновения, уж поверь. Слишком тонкая натура, слишком чуткая.

– Мы с ним отдаляемся. Это очень страшно, но кажется таким естественным.

– Это случается сплошь и рядом.

– Я до последнего верила, что этого не произойдет со мной. Мы казались неплохой парой.

Бармен поставил перед сестрой яркий многослойный коктейль, она немного отпила и облизнула губы. Я же опрокинул стопку водки и попросил повторить.

Кажется, такие идеальные тщательно выверенные и кропотливо выстроенные отношения, к которым она стремилась, начали казаться ей несостоявшимися. В глубине души ликующе отзывалось эхо: «Я знал!» Однако не радовался ее состоянию. Напротив. Мне было так же больно, как и сестре.

У меня самого никак не складывались отношения, однако я к этому привык и не ждал романтики. Мои похождения не имеют продолжения. Одна ночь, и разбежались – такова норма. Сестра же мечтала о другом.

– У всех бывают периоды спада. – Я подбирал слова. – Может, и правда стоит слетать к морю? Ты не должна забывать о его чудесной способности уносить дурное и дарить спокойствие душе. Можно рвануть вместе, как мы мечтали когда-то. Как тебе идея?

Она нервно посмеялась.

– Ты что, Виктор ни за что не отпустит и не поймет. Но период спада затянулся. Наверное, я что-то делаю не так… Я будто зависла в открытом космосе и понятия не имею, как здесь оказалась, в какой стороне Земля, дом, люди, которых знаю. Смотрю по сторонам и не вижу звезд. Они где-то есть, но их свет еще не добрался до меня. Мне холодно, я обездвижена. Там, на Земле, люди занимаются привычными делами, смеются, пьют чай и обсуждают новости. А я здесь. В беспросветной пустоте. И самое странное – мне не хочется обратно. Земля всегда была для меня чужой. – Закрыв глаза, она напряженно вжалась пальцами в барную стойку.

– Только не вини себя! Ты – лучший человек в мире!

– Прошу, не идеализируй меня!

– Просто я люблю тебя настолько сильно, что твои несовершенства не имеют значения.

– Хорошо, что ты до сих пор так думаешь. – Она улыбнулась. – Я же сейчас ни в чем не уверена. У меня какое-то необъяснимое дурное предчувствие.

– В близости двух людей иногда срабатывает механизм отталкивания. Но в природе все процессы цикличны.

– Надеюсь, все будет хорошо. Хотя мы с Виктором слишком разные, и разность эта превращает нас в чужих людей. Только раньше он хотя бы старался ради отношений.

Я понимал все, о чем она говорила.

Виктор любил ее. Пускай не так, как я, и все же сильно. Она действительно повлияла на его характер. Он изменился и больше не обижал мою сестру. Заботился о ней, старался чаще радовать и очень дорожил отношениями. Возможно, даже у меня не получилось бы лучше.

Однако дело вовсе не в нем.

Душа отчаянно жаждет понимания другой душой, чтобы ей хотя бы раз ответили на понятном для нее языке, поскольку уже осточертело изображать, прикидываться, играть, чтобы вписаться в общественные рамки.

И не дай бог упасть в глазах близких, разочаровать их, выпасть из слаженного строя, иначе вся жизнь пойдет под откос. Все то,