Колыбель Мрака - Настя Полос

твоей подруги. И привести двух хранителей к вам. Поразительно, не правда ли? Хранители и их две истинных пары среди людей. Одна, которая возглавила дэволов, а вторая… впрочем, оставим секреты будущему.

– Так, мы познакомились не случайно?

– Нет, – она улыбнулась.

Значит, все зло, что происходило с нами – по моей вине. Может быть, не будь меня в их жизни, она сложилась бы куда лучше?

– Не стоит, маленький дэвол. Их судьба не изменилась бы. Но вместе вы смогли подарить друг другу свет и помочь развеять мрак.

С каждым вздохом магия во мне ширилась и росла, она набирала мощь, всасывая тьму из Колыбели подобно черной дыре.

– Получается, Богам все равно, что все страдают? Вам проще сказать, что вы ни в чем не виноваты? Что вы лишь смотрите, но при этом сводите людей и заставляете их страдать! Вам плевать, что Кловисс…

– Хватит!

Меня придавливало к полу.

– Ты ошибаешься! – Теперь я слышала скрытую злость. – Я люблю каждого своего ребенка. Даже отступников! Но если бы Боги обладали столь большой властью творить судьбы, наши дети лишились бы воли, и мир превратился бы в пастбище! Исчезла бы красота и безупречность мира. В несовершенстве и есть совершенство! В хаосе рождается порядок! – Такал выдохнула, вновь возвращая спокойствие. – Но опустим это. Дитя, ты ведаешь, что происходит с тобой? Почему ты здесь?

– Нет, – задыхаясь от боли в груди, ответила я.

– Твоя смерть близко.

Глава 48

Ко всему нужен ключ. И я готов отыскать его, чтобы открыть то, что заперли внутри нас!

Из личных дневников…

– Вы… Вы убьете меня?

– Нет! – Листья зашелестели так громко, что у меня заложило уши. – Я хочу спасти тебя!

Я схватилась за грудную клетку, тянущую от боли. Сердце не справлялось с обилием магии. Меня то и дело пронзали черные завитки, но пока Такал говорила, я была полностью сосредоточена на ней.

– Ты не принимаешь себя, дитя. – Богиня шла прямо на меня. – Ты до сих пор не приняла свое истинное имя и отказалась от прошлого. Ты не признаешь себя дэволом, не зовешься человеком. Ты скользишь на грани презрения к себе и ненависти к другим. Твою душу заполонила горечь, обида и злоба.

Она почти нависала надо мной. Глаза засветились еще сильней.

– Не ты порабощаешь магию, а магия тебя. Еще немного, и твоя оболочка растворится, тени растащат твои останки, а ты станешь лишь мраком.

Из горла вырвался хрип, а за ним потекла струйка крови. Мне чудилось, что тени разрывали меня, царапая когтями, и вырывали кусочки плоти.

– Ты дэвол необычной силы с тяжелой и невероятной судьбой. Тебя избрал сам меч, тебя избрала я. Ты ключ к нашему спасению. Покажи свою силу!

Ее ладонь ласково коснулась щеки, и меня подожгло изнутри.

Фигура Богини растворилась, улетучилась пылью и горсткой листьев. Я осталась одна. Агония страшнее всех предыдущих сковала нутро, сжала голову в тиски. Я закричала.

Потоки впивались злым жалом один за другим. Обхватив себя руками, я пыталась удержать рвущееся тело.

Воздух зазвенел, и в пространстве раздался стальной голос.

– Всю жизнь тебя мучило одиночество. Никто не принимал тебя, не желая даже близко подпускать к себе. Все вокруг тебя чувствовали в тебе чужую. Уже тогда они видели монстра!

Я хотела закрыть уши, чтобы не слышать беспощадных слов, но не могла.

– Все твои друзья и любимые всегда предпочитали тебе других. Никто не верил в тебя! Никогда. Каждая ошибка, каждый проступок припоминали и несли сквозь время.

В голову ворвались посланные мне образы.

Мое прошлое, недоверие друзей. Сколько бы я ни старалась, сколько бы ни работала, они все равно смотрели на меня косо. Подозревали. Они не верили в меня! И когда я рвала себя, изнуряла тренировками и работой, вместо толики восхищения они вновь осудили.

Крик отчаяния вырвался на свободу. Кожа лопнула. Тьма победила. Ее прежнее пристанище больше не годно. Она текла изо рта, из глаз, из прорех на коже.

Я приподнялась над землей, подхваченная потоками.

– А твоя подруга, твой главный оплот, та, которой ты доверяла, предала тебя.

Меня скрутила безысходность.

Каждое слово – шрам на моей душе, что Такал ковыряла грубым клинком.

– Она оказалась жива, наслаждалась каждым днем. Любила и была любима, пока ты страдала и оплакивала ее. Пока твоя жизнь превращалась в очередной кошмар, она не знала ни боли, ни ужаса потери.

Мощное пламя мрака вырвалось из моей грудной клетки. Ураган поднимал мои волосы, трепал одежду. Тени кусались и хохотали.

– Твоя семья тебя бросила. Отец никогда не искал, он не узнал тебя! Или, может, просто не захотел? Месть стала дороже. Он убил твою душу, ни разу не пожалев!

– Хватит… умоляю, – жалобно заскулила я между вспышками боли.

– Твоя бабушка с удовольствием отправила тебя на заклание, видя, как твое тело поглощало все больше силы. Она знала, что ты умрешь!

Меня больше не существовало. Я стала тенью. Уродливым пятном мироздания, что сгинет во мраке вселенной.

– А любимый, единственный, кому открылось твое сердце по-настоящему, избрал другую. Он знал, как ты страдаешь. Сколько бы ты ни приходила к нему, он молчал. Он обладал твоим телом, не давая ничего взамен, и ты поверила вновь. А он предал. Даже его брат, что клялся вечно быть с тобой, умолчал.

Хотелось скорее исчезнуть. Я готова была уйти. Что угодно – лишь бы она замолчала. Ведь все, что она говорила, – чистая правда.

– Открой глаза, Дарин. Посмотри на себя, Теодора, – сказала Такал, но я только зажмурилась. – Боишься. Ты ведь чудовище! Не дэвол и не человек. Чужая. Ненужная и страшная. Никто никогда не увидит на тебя настоящую, никто не полюбит. Каждый предаст! Будь то родной отец, названая сестра или любимый. Каждый выберет свою выгоду, но не тебя. Ведь ты – никто и ничто. Лишь средство достижения цели.

Хватит! Я больше не могла это слушать. Не могла сдерживать себя.

И не хотела.

Я представила, что я лишь дверь, лишь инструмент. Я бескрайняя и бездонная яма.

Я больше не Теодора, Такая права. Я все еще не Дарин. Я никто. Я ничто.

Я поток. Я сила. Я тьма.

Я конец и начало. Я двери в чертоги.

Нет! Я и есть бескрайняя усыпальница.

Я Колыбель мрака.

– Открой глаза, дитя. Посмотри, насколько прекрасна твоя магия!

Я подчинилась. Веки распахнулись. И передо мной стояло исполинское древо. Нет, это не древо.

Большие корни, широкий ствол и непроглядная крона. А в глубине – силуэт женщины. Это древо – истинный облик богини.

– Посмотри! – повторила она.

Нас окружала ревущая и бушующая стена черноты. В ней сверкали ярко-золотые молнии. Казалось, вся земля дрожит над ее натиском.

– Вглядись!

Стоило ей это сказать, как облики тьмы стали меняться. Вместо черни появились силуэты. Табун лошадей, несущийся галопом; волна, бушующая в океане; ураган ветров; великая сила огня. Все это рождалось во мне. Было мной.

– Узри, кто есть ты! – Голос Богини наполнился властью и гордостью. – Посмотри, сколь прекрасны твои творения, сколь свирепо твое начало! Это твоя душа, дитя! Вглядись! Ты самый сильный дэвол своего поколения. Тебя избрал меч. Он выбрал тебя за отвагу, за силу и ум, за твое нутро.

Сверкнули молнии. Они питали тьму, усиливали ее. Боль ушла. Поток проходил сквозь, но не причинял вреда. Я слилась воедино с ночью.

– Несмотря на весь ужас, ты смогла вырваться! Ты стала сама себе маяком и светом. Твоя подруга боролась до конца за твою жизнь. И боги смиловались над ней, вернув душу. Она тянулась к тебе и страдала каждый день, проведенный порознь. Не было дня, когда ее мысли не взывали к тебе, а сердце не сжималось от боли. Но порой есть причины, что не дают