Наследник без искры - Владимир Снигур

— Какое?

Старший Сергей резко сказал:

— Не спрашивай.

— Какое? — повторила Варвара.

— Алексей.

Молчанов засмеялся в глубине купе.

Не мальчик.

Город.

Сотни башен одновременно произнесли имя.

Варвара выстрелила ещё раз.

Теперь она целилась не в ребёнка, а в дверной механизм. Пуля вошла в чёрную раму. Створка дёрнулась, но не закрылась.

— Помогайте! — крикнула она.

Игнат и Сергей навалились на дверь. Металл сопротивлялся. Из купе дул горячий ветер, пахнущий озоном и горелой изоляцией.

Мальчик не мешал.

Он стоял между мирами и наблюдал.

— Если закроете сейчас, поезд столкнётся с городом.

— Если не закроем? — спросил Сергей.

— Город столкнётся с поездом.

— Разница?

— В первом случае вы погибнете. Во втором — город попадёт в ваш мир.

— Тогда ты хочешь, чтобы мы не закрывали.

— Я хочу родиться.

Варвара нажала плечом на створку.

— Выбери другого родителя.

— Я пробовал.

Дверь сдвинулась на ладонь.

Мальчик вытянул руку.

Чёрный контур Сергея ответил.

Тонкие линии поползли по его плечу к шее. Он почувствовал, как кто-то ищет внутри воспоминания о доме, матери, дорогах, компьютерах, университетской лаборатории.

И о последнем проекте.

Сергей замер.

Память, которую он считал обычной работой, раскрылась иначе.

До смерти он участвовал в создании математической модели квантовых переходов. Не настоящей машины — программной системы, рассчитывавшей устойчивость туннелей между вероятностными состояниями. Проект закрыли как бесперспективный. Сергей забрал часть расчётов домой, потому что не хотел признавать годы работы потерянными.

В ночь смерти на его телефон пришло сообщение.

Не от матери.

От руководителя проекта.

«Модель запустилась сама. Не открывай файл».

Сергей не успел прочитать.

Теперь сообщение горело перед ним полностью.

Мальчик улыбнулся.

— Вспомнил.

— Я ничего не строил.

— В вашем мире — модель. Здесь Александр дал ей эфир. На Западе Зорич даст металл. Михаил даст память. Варвара — кровь. Я стану результатом.

— А Молчанов?

— Даст волю.

— Ты его машина.

— Я ваша машина.

Сергей отпустил дверь.

Игнат и Варвара едва удержали створку.

— Что ты делаешь? — крикнула она.

— Он показал память.

— Какую?

— До смерти я работал над переходами.

Старший Сергей закрыл глаза.

— Не надо было говорить.

— Все и так узнают.

— Именно так начинается строительство.

— А ты откуда знаешь?

— Потому что на моём месте ты сказал те же слова.

Сергей схватил старшую версию за форму.

— Тогда объясни. Без загадок. Кто этот ребёнок? Что за город? Почему Молчанов говорил, что я пришёл из мира без эфира?

Проводник посмотрел на мальчика.

— Закрой купе, и расскажу.

— Сначала ответ.

— Сергей!

— Сначала ответ!

Поезд снова перевернулся.

На этот раз пол не поменялся местами с потолком. Пространство само повернулось вокруг коридора. Двери купе вытянулись, имена потекли по стенам, окна показали десятки пейзажей одновременно.

Игнат потерял опору.

Нина поймала его за раненую руку. Он вскрикнул.

Арсеньев вместе с носилками заскользил к открытому купе.

Воронцов вцепился в ремни, но его тянуло следом.

Зорич бросил латунный ключ Павла Тихоновича.

Ключ пролетел к двери и застрял в раме.

Обычный металл вспыхнул.

Створка остановилась.

— Почему это сработало? — спросил Игнат.

— Ключ принадлежит машине, которая точно существует, — ответил Зорич. — Значит, фиксирует реальность.

Старший Сергей посмотрел на него.

— Вы этого раньше не делали.

— Значит, уже лучше.

— Или хуже.

— Определитесь когда-нибудь.

Они подтянули Арсеньева.

Полковник пришёл в сознание и увидел мальчика.

— Наследник, — прошептал он.

Мальчик повернулся к нему.

— Ты меня знаешь?

— В Коронном архиве был проект с таким знаком.

Арсеньев указал на три кольца у него на груди.

— «Наследник». Мы везли железный ящик со станции.

Воронцов посмотрел на Сергея.

— Ящик остался у мельницы.

— В нём была не только книга?

— Я считал, что книга и есть проект.

Александр медленно произнёс:

— Книга — интерфейс. Проектом был распределённый управляющий.

— Мы, — сказала Варвара.

— Не только. Императорская лаборатория пыталась создать личность, способную существовать сразу во всех узлах. Не отпечаток одного человека, а сочетание совместимых носителей.

Мальчик поклонился.

— Наконец-то.

Елена Павловна прижала треснувшую камеру к груди.

— Они хотели собрать тебя из моих детей?

— Из многих семей. Вяземские оказались наиболее устойчивы.

— Почему ты называешь Варю матерью?

— Потому что в большинстве линий она добровольно завершает проект.

Варвара перестала давить на дверь.

— Зачем?

— Чтобы спасти Михаила.

Старший Сергей схватил её за плечо.

— Не слушай.

Она оттолкнула его.

— Ты сказал, Миша погиб, спасая меня.

— Да.

— А он говорит, что я завершаю проект ради Миши.

— Оба события верны.

— В каком порядке?

Проводник молчал.

— В каком порядке?

— Ты создаёшь Наследника. Понимаешь, что в нём растёт Молчанов. Пытаешься уничтожить. Он входит в тебя. Михаил разрывает связь.

— Значит, если я не создам его, Миша не погибнет.

— Тогда Чёрный путь разрушится, пока мы внутри.

— Почему?

Мальчик ответил:

— Потому что я управляю им из будущего.

За окнами появился город из купе.

Он приближался со всех сторон.

Башни лежали горизонтально, их шпили царапали чёрные вагоны. Рельсы проходили через здания, но стены