Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

забыть? Извините, просто планы утром несколько поменялись и… ладно, не будем терять время. — Мужчина сел за стол и достал чистый лист с наказанием, быстро написав на нём моё имя и курс. — Держите. Можете быть свободны.

— А книги?..

— Эти? — ухмыльнулся оборотень. — Я сам их любезно верну мадам Теодерме, можете не переживать.

— Уверяю вас, магистр, с этой задачей я справлюсь…

— Свободны, студентка, — с нажимом повторил оборотень и всякое веселье покинуло его лицо.

Вот же… мужлан.

— Неужели не будет никакой лекции про то, насколько нелегка воровская жизнь? — немного раздражённо уточнила я, и магистр посмотрел на меня с прищуром.

— Если сейчас же не покинете мой кабинет, студентка Даорг, то к листу в ваших руках добавится ещё один. Свободны, повторяю.

Конечно, работать дополнительно на благо этой славной академии не хотелось, поэтому меня как ветром сдуло. Видимо, Дейн не стремится общаться с невестой Владыки, чтобы не вызывать у него ещё больше раздражения. Хоть здесь он прав. Когда вышла из здания, остановилась на крыльце и посмотрела туда, где недавно была рана. Неожиданно это место начало чесаться и зудеть. А что, если начала образовываться связь?

Я уже хотела выбросить эти мысли из головы, как внезапно заметила, как от большого пальца вниз, по направлению к центру ладони потянулась красная линия, словно ожог, но не болезненный, скорее, холодящий. Я застыла, с ужасом смотря на руку.

Нет. Нет-нет-нет… этого не может быть! Моей привязки с Дейном Эверусом не существует! Это не может быть правдой.

Я мелко задрожала, а узор на руке продолжал вырисовываться, заставляя меня всё больше и больше нервничать. Красная линия становилась синей и разрасталась на ладони причудливым морозным цветком.

— Дракс, — простонала я.

— Что вы сказали? — раздался женский голос рядом.

Я подняла взгляд на мадам Ястер и покачала головой, тут же спрятав руку за спину.

— Да так… пустяки, — взволнованно отозвалась, чувствуя, как голова начинает кружиться.

— Вы на отработку, так ведь? Студентка Даорг? — уточнила смотрительница заповедника, и я неосознанно кивнула. — Отлично. Тогда идёмте, выдам вам форму. Сегодня птицы особо буйные, хорошо, что вы пришли. И кормление как раз закончилось.

Я кивнула и отправилась на мадам Ястер. За её широкой спиной меня почти не было видно, и я вновь посмотрела на руку. Из сумки вылез Крепыш и тоже заинтересованно взглянул на узоры. Прямо на наших глазах узоры начали гаснуть и вскоре остался лишь один небольшой завиток у основания большого пальца.

— Что это? — шепнул он, взлетев мне на плечо, чтобы его слышала только я.

— Боюсь предположить.

Очень боюсь. Потому что не хочу в Малоземье! И становиться женой оборотня, тем более Дейна Эверуса, не собираюсь. Нужно что-то придумать, обязательно нужно.

Мадам Ястер проводила меня в подсобку, где я переоделась, нацепила перчатки и сапоги и отправилась в птичник. Удачно мне подвернулась смотрительница заповедника, сегодня всё равно никаких дел не запланировано, домашних заданий не так много, так как только начало учёбы, поэтому, может, сегодня смогу отработать разом несколько дней, там ведь всё равно считаются часы.

Но едва я вошла в птичник, сразу поняла, о чём говорила мадам Ястер. Птицы сегодня были неспокойны, причём именно новые. Те самые, спасённые от контрабандистов. У них уже начал прорезываться пушок, но они всё ещё выглядели пугающими, поэтому я пожала плечами, чувствуя себя неуютно.

— Надо поскорее закончить и идти, может, мне удастся отработать ещё где-нибудь, кроме птичника, надо спросить у мадам Ястер.

— Купава, да при чём тут мадам Ястер? — взлетел надо мной Крепыш. — Что у тебя на руке? Это ведь не печать привязки?

— Не знаю, пробормотала я и прошла к клетке с той самой птицей, которая меня и клюнула. — Это всё из-за тебя, знаешь ведь? Если бы не ты, ничего этого бы не было.

Я хмурилась. Птица не клекотала, в отличие от своих сородичей, а смотрела ровно и упрямо, казалось, она хмурится. Мне даже почудилось, что она винит меня в том, что это я сама подставилась под удар, мол, она не хотела. Хотя если вспомнить, она ведь вцепилась в Крепыша…

— Не нравится мне она, — буркнул Крепыш, — курица облезлая. Ух я её…

Птица резко дёрнулась к прутьям и взмахнула крыльями. Крепыш испуганно отшатнулся и сделал несколько кульбитов в воздухе. Я рассмеялась.

— Когда она в клетке, ты ух какой грозный, — прокомментировала я.

— Не дразни меня! Эта птица сущий кошмар…

— Что вы здесь делаете? — раздался голос позади.

Я вздрогнула и развернулась к незнакомцу. Им оказался один из мужчин, что выходили из кабинета Дейна Эверуса. В руках у него светился боевой магический шар. Я с опаской отступила назад и нахмурилась.

— Я студентка первого курса, Купава Даорг, закрываю здесь часы отработки.

Незнакомец расслабился. Магический шар в его руках начал уменьшаться, да и я перевела дыхание. Но в этот момент его глаза остекленели. Я дёрнулась вперёд, Крепыш испуганно пискнул, а тело мужчины упало в сторону, на стог сена. Лишь в последний момент от его груди отделился магический символ, словно вышедший из трубки дым, свидетельствующий о его принадлежности к правоохранительным органам.

Значит, те двое в кабинете магистра Дейна были из органов! Они прибыли защищать птиц? И, судя по всему, в этом был резон, ведь…

Я подняла взор и устремила его на неизвестного. Именно он убил сотрудника магической полиции и теперь вытирал кинжал о подол плаща. Его лицо было скрыто маской, но я вспомнила, где его видела — на площади, в тот день, когда покупала в палатке контрабандистов чешуйку. Я входила в палатку, когда столкнулась с ним — он застыл, изучая моё лицо. Может, это его привычка — запоминать всё вокруг?

— Не советую кричать, — тихо, но уверенно произнёс он. Птицы в клетках заклекотали с ещё большей силой, а печать на руке взорвалась тянущей болью. — Ты же не хочешь получить уродливый шрам на своё прекрасное личико?

Шрам совершенно не хотелось. А вот кричать — очень. Но я стояла и молчала, лишь боковым зрением заметив, как Крепыш опускается вниз, собираясь незаметно прошмыгнуть наружу.

— Кто вы? — почти спокойно спросила я.

Нужно потянуть время. Хотя было сложно — страх уже пульсировал в крови, голова начинала кружиться ещё больше от