Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников

— В «Колечке» товарищ Феоктистов демонстрировал возможности, далеко выходящие за пределы условной нормы. Да ещё эта его генетическая связь с питомцем Предка… Интересно было бы посмотреть, как «Бёра» пилотирует кто-то другой!

— Это невозможно, Дансаран Сарангэрэлович! — пожал плечами Саргенто. — Мы об этом уже говорили. Капсула — часть меня. И принимает только создателя. Вы же помните, что с аппаратом Предка произошло?

Вокруг столпились уже все члены комиссии. История была известна присутствующим, так что на некоторое время воцарилось молчание.

Когда покоряли Пузырь-7, психоматрицу управителя его уникального некромира удалось выдернуть из тела. Это не только обезвредило самого главзлодея, но и привело к прекращению организованного сопротивления всей местной нежити. А его повреждённый живой истребитель с тех пор просто лежал в виде куска живой биомассы. Душу марсианина (или как его потом прозвали — «Предка») вывезли в Метрополию, где попытались вставить в специально созданную для допроса телесную оболочку, не имевшую конечностей. Таким образом надеялись оставить пленнику возможность поддержания лишь аудио-визуальных контактов. Но земляне сильно недооценили телепатическую мощь марсианского некроманта! Противопоставить ей Метрополия долгое время почти ничего не могла.

Для начала пленник, используя встречный взор глаз, без каких-либо приспособлений, просто перебросил свою психоматрицу в тело лаборанта, подошедшего проверить ИТ. Затем таким же способом перепрыгнул в его напарника, потом в контролирующего сотрудника и, поочерёдно, в трёх охранников, встретившихся марсианину по пути к свободе. Оставляемые его душой использованные носители практически сразу же умирали.

Внутри последнего охранника Предок вылетел антигравом в сторону Новосибирска и, очевидно прямо в воздухе, перепрыгнул в сознание пилота встречного аппарата. Так как его антиграв с мёртвым телом внутри тут же рухнул на пригород. После этого древний марсианин надолго исчез из поля зрения людей, растворившись в многомиллионном городе Метрополии.

След из трупов возникал то в соседних Пузырях, то в основных руслах, сопровождаясь атаками последователей Предка. Повсеместные облавы ОМОНА и вояк чередовались массовым вскрытием боевыми отрядами революционного войска Большой Земли «карманов реальности». Наконец, в одном из параллельных хуторов, присосавшихся к старинному таёжному поселению Земли-5, Предка удалось прижать огнём и убить. Прямо в теле очередного добровольного носителя, пожилого кряжистого колдуна. Как оказалось, в этот самый миг издох и живой истребитель в Пузыре-7.

— В принципе, товарищ Зубров тоже начал растить индивидуальную капсулу. Если и ему удастся, появится шанс разгрузить верфи Военно-космических сил. К тому же «Бёрка» может оказаться невосприимчив к воздействию противника. Это же фактически моё тело, и я не позволю врагу менять его химический и физический состав.

— Чего нельзя гарантировать в отношении носимого капсулой вооружения! — добавил один из рубиново-ромбных главных комиссаров с пропеллерами Военно-космических сил Метрополии.

— Мне кажется, проблема решаема! — вежливо ответил Феоктистов. — Наши мёбы уже так действуют. Просто нужно использовать комплект оружия, различающегося по принципам работы, и брать минимальный боекомплект к каждому. На один бой должно хватить. Как видите, «Бёрка» уже сейчас легко поднимает почти любой комплект обвеса. А он продолжает расти! Так что, думаю и боевые возможности моей капсулы должны возрасти.

— А что вы думаете по поводу мезонного двигателя, товарищ капитан третьего ранга? Не великоват для «медвежонка»?

— Справляемся. Хотя, мешает, конечно. Но если удастся ещё и цикл его питания топливом в телепортационную версию перевести…

— Поясните! — ожидаемо заинтересовался главный комиссар.

— Проще показать! — дёрнул щекой Феоктистов.

Заинтересовавшаяся комиссия переместилась на полигон. Саргенто выволок из антиграва два архаичных патронных ящика и попросил Сафонова:

— Борис Феоктистович, поможешь?

Он уже видел этот прикол. Поэтому без вопросов в четыре руки быстро вскрыли цинк, картонные упаковки и высыпали масляно поблескивающие пистолетные 7,62-мм патроны поровну в пустые ящики, где они образовали две небольшие горки. Сафонов молча извлёк и протянул Саргенто штатный ТТ, предварительно разрядив обойму. А тот проделал аналогичную операцию со своим пистолетом и встал с двумя пустыми тэтэшниками чуть впереди ящиков с патронами, лицом к полигону. Перед ним бросили металлический шарик, кустарно сваренный из осколков снарядов и пуль, регулярно вычищаемых дронами обслуживания из земли полигона.

Бах! Бах! Бах! — неожиданно загремели пистолетные выстрелы, каждый из которых отбрасывал импровизированную мишень дальше. Вот уже шарик затерялся где-то на стометровом рубеже, и под ноги капитану третьего ранга бросили второй. Стволы молотили без остановки, уверенно гоня и его к дальнему концу стрельбища. И только тогда у присутствующих, морщащихся от грохота, начали возникать сомнения. Сколько же патронов в этих пистолетах? Вряд ли больше семи-восьми. Ну пусть, при условии переделки магазинов на шахматное расположение зарядов, шестнадцать-восемнадцать… Так, стоп! Кап-три же взял в руки РАЗРЯЖЕННОЕ оружие!

Когда выстрелы пошли уже в шестой шарик, стало ясно, что убывали горки патронов, лежавших а двух шагах за спиной Феоктистова. Где-то с седьмого шарика космонавт начал всё чаще промахиваться. Сказывалось напряжение работы с огнестрелом. Кое-как «допинав» восьмую мишень, он просто перенёс огонь на земляной вал. Пистолеты раскалялись, стволы светили уже малиново-красным, но тэтэшники продолжали изрыгать пули. Наконец огонь стих. В ящиках позади стрелка было пусто.

К Феоктистову подкатил дрон, и он передал роботу оба пистолета. Руки капитана третьего ранга покраснели и вздулись волдырями ожогов. Но на лице у него было лишь выражение крайней задумчивости:

— Не обращайте внимания, товарищи. Сейчас пройдёт.

Обе обожжённые кисти он держал перед собой, слегка пошевеливая пальцами. Водянистые волдыри на них, как и патроны недавно, начали убывать. Затем с рук принялась сходить и болезненная краснота.

— Наниты? — понятливо кивнул на заживление товарищ в штатском. Ещё одним наследством предков была успешная разработка и внедрение в жизнь Метрополии препаратов медицинского назначения, использовавших микроскопических целителей. На Саргенто отрицательно качнул головой:

— Нет. Просто у меня заживление хорошее.

— М-да! Впечатляющая демонстрация! — генеральный комиссар выглядел очень довольным. — Вы настолько освоили телекинез?

Теперь уже утвердительный кивок:

— Мы когда на «Бёрку» поршневый двигатель ставили, топливные баки на земле оставляли.

— И как?

— По параллели Новосибирска кругосветку за тридцать четыре часа махнули. Без происшествий.

— Вообще без топлива?

— Без установки на капсулу топливных баков. Они так здесь на «Утёсе» и стояли. Во-он на том пятачке. Чтобы замеры было удобнее делать. А бензин я по телепорт-каналу в карбюратор подавал. С мезонным же движком мы решили пока не баловаться — его я не знаю также хорошо, как поршневый. Там-то уже не задумываясь рабочий цикл удаётся поддерживать.

* * *

Третьим даром Предка, а