Хогвартс по ГОСТу - Сералай

«Открыть камеру», — скомандовал я.

Дежурный домовик мгновенно крутанул штурвал засова, и дверь плавно отворилась. Снейп тут же отложил совхозную лопаточку, встал из-за стола и вытянулся по стойке смирно.

«Здравия желаю, Чрезвычайный Санитарный Вершитель», — глухо, но без прежнего яда в голосе произнес бывший декан.

«Здарова, Северус», — я вошел в камеру, критически проведя пальцем по краю стола. Палец остался чистым. — «Вижу, порядок держишь. Молодец. Как здоровье? Лёгкие после нашей дегазации не беспокоят?»

Снейп слегка поморщился, но быстро взял себя в руки.

«Благодаря регулярным ингаляциям и вашей методике дыхательной гимнастики — кашель полностью прошел, гражданин Вершитель», — отчеканил он. — «Прошу рассмотреть мое заявление о сокращении срока исправительных работ в связи с перевыполнением плана».

Гермиона посмотрела в папку.

«У вас, гражданин Снейп, еще тридцать четыре взыскания за прошлые годы за попытки спрятать сушёные жабьи лапки без накладной», — строго отметила она. — «Но, учитывая вашу работу по созданию универсального пятновыводителя "Слизеринский блеск", Комиссия может ходатайствовать об УДО через два года».

«Слышал, Северус?» — я похлопал его по плечу. — «Старайся. Нам такие кадры в хозблоке нужны. Выйдешь — назначу тебя старшим технологом на химзавод. Будешь молодым опыт передавать. А то ишь, привыкли в своих башни сидеть да фокусы показывать».

«Спасибо за доверие, Аргус Филч», — Снейп слегка наклонил голову. В его глазах уже не было той бешеной ненависти, лишь глубокое, философское смирение человека.

Мы вышли из камеры, и я направил стопы дальше по коридору — в сектор особой реабилитации. Там, за двойным рубежом дезинфекции и под круглосуточным наблюдением находилась наша главная достопримечательность.

За бронированным стеклом располагался небольшой внутренний дворик. Там, среди аккуратных клумб с настурциями и аккуратно подстриженных газонов, в серых холщовых штанах и такой же рубахе, орудовал тяжелой деревянной лопатой сам Волан-де-Морт.

Точнее, то, что от него осталось. Без своих крестражей, которые мы еще в девяностых годах аккуратно изъяли, дезактивировали в растворе концентрированной кислоты и сдали в утиль, как опасные биологические отходы, Тёмный Лорд превратился в обычного, хоть и очень бледного, лысого старикана.

Рядом с ним стоял Добби с хронометром и блокнотом.

«Быстрее, гражданин Реддл! Вы отстаете от графика вскапывания грядки на три минуты!» — пищал домовик, помахивая мухобойкой. — «Задержка влечет за собой лишение вечернего киселя!»

Реддл судорожно всаживал лопату в суглинок, вытирая пот со своего смощенного лба.

«Я… я стараюсь, Добби!» — задыхаясь, сипел бывший кошмар Британии. — «Земля сухая… Надо бы полить…»

«Польешь, когда норму сдашь!» — отрезал домовик. — «Работа освобождает от дурных мыслей о мировом господстве!»

Я постучал черенком швабры по стеклу. Том замер, медленно повернул голову и, увидав мою шинель, судорожно сглотнул. Он бросил лопату, выпрямился и неуклюже отдавил себе ногу, пытаясь изобразить подобие приветствия.

«Вершитель…» — пролепетал он сквозь динамик связи.

«Ну как успехи, Том?» — спросил я через микрофон. — «Как картошечка? Всходит?»

«Всходит, Аргус Филч…» — покорно ответил Лорд. — «Колорадского жука лично вручную собрал. Три банки. Все по описи передал товарищу Уизли».

«Вот это молодец», — похвалил я. — «Видишь, а ты все "авада кедавра", да "круцио". Кому твои заклинания были нужны? Ни картошку посадить, ни сортир вычистить. А теперь от тебя реальная польза обществу. Страна получает экологически чистый продукт, а ты — правильное трудовое воспитание».

«Я всё понял, Вершитель…» — тихо пробормотал Том, подбирая лопату. — «Я был неправ. Магический индивидуализм — это путь в тупик. Только коллективный труд спасёт магический мир».

«Золотые слова, Реддл», — хмыкнул я. — «Добби, выдели ему за рвение дополнительный сухарь к чаю. Пусть подкрепится, ему еще до вечера компостную кучу перелопачивать».

Гермиона сделала отметку в журнале: «Объект № 001 демонстрирует устойчивую динамику исправления. Склонность к ритуальной магии полностью замещена любовью к овощеводству».

Мы пошли дальше. Система работала, как швейцарские часы. Каждая шестерёнка была смазана солидолом, каждый магический элемент заставлен служить на благо коммунального хозяйства. Но впереди нас ждал самый главный этап сегодняшней инвентаризации — визит в Цокольный Этаж, где хранился наш самый главный секрет и гарант нерушимости нового порядка.

Мы спустились ещё ниже, в самые глубокие подвалы, туда, куда раньше даже крысы заходить боялись. Теперь здесь гудел огромный, двухэтажный агрегат, собранный из чугунных плит, медных труб и соединенных между собой волшебных фокусировочных линз.

Это был Главный Магический Преобразователь — моя личная гордость. В 3 году нового тысячелития мы с Сириусом и Поттером окончательно поняли: свобода магии в замке — это источник постоянных аварий. Проблемные студенты то трансфигурируют себе лишние уши, то вызовут стихийное бедствие в туалете. Поэтому мы решили проблему кардинально.

Вся дикая, неуправляемая магия замка Хогвартс была перенаправлена через этот самый Преобразователь. Он снимал излишки волшебного поля, стабилизировал его и переводил в банальное электричество, пар и горячую воду. Хочешь зажечь свет? Не надо махать палочкой — поверни выключатель на стене. Хочешь умыться? Открой кран, оттуда течет идеальная вода, подогретая за счёт энтропии маны.

Возле Преобразователя, измазанный с ног до головы сажей и мазутом, суетился Сириус Блэк. Из кармана его кожаной куртки торчал разводной ключ, а в зубах зажата погасшая папироса.

«О, Аргус!» — Блэк вытер лоб тыльной стороной ладони, оставив жирную черную полосу. — «Привет Тройке! Какими судьбами в нашем машинном отделении?»

«Проверка по плану инвентаризации, Сириус», — я подошел к манометрам, показывающим давление в системе. — «Как агрегат? Не сбоит?»

«Да где там сбоит!» — Сириус с любовью хлопнул ладонью по гудящему чугунному боку Преобразователя. — «Работает, как часы! Вчера мы подключили к нему бывшие спальни Гриффиндора. Теперь там центральное отопление, барометрический контроль и автоматическая сушилка для обуви. Ребята в восторге! Никаких больше сквозняков и заледневших окон».

«А что по мане? Сброс мощности есть?» — поинтересовалась Гермиона, доставая свой прибор для измерения волшебного фона.

«Все в норме, Главный Секретарь!» — рапортовал Блэк. — «Избытки магии сливаем в местный банно-прачечный комбинат. Завтра у нас по графику большая стирка для всего замка. Выстираем всё постельное белье, обеззараживание паровой обработкой — ни одна вошь не проскочит!»

«Отлично», — я удовлетворительно покрутил ус. — «А как там наша отдельная категория?»

Сириус хмыкнул и кивнул в сторону дальнего угла машинного зала. Там, за металлической оградой, стояло странное сооружение, похожее на огромную прялку, соединенную с динамо-машиной.

На педалях этой динамо-машины усердно трудился не кто иной, как Люциус Малфой.

Бывший аристократ, главный попечитель и меценат, теперь был одет в строгий рабочий комбинезон, а его роскошные платиновые волосы были убраны под синюю защитную сеточку. Он крутил педали с такой скоростью, будто