Ищущий свет - Е. Юань

Одри на секунду смежила веки. Стоило ей вновь распахнуть их, как эта пугающая, паранормальная аномалия испарилась без остатка.

Уголки её губ медленно, дюйм за дюймом поползли вверх, обнажив на щеках очаровательные ямочки. Изящно изогнув брови и лукаво блеснув глазами, она беззвучно, про себя проворковала хвалебную оду:

«Одри, ты наконец-то добралась до этого рубежа!»

Она благополучно, до последней капли переварила эликсир «Странствующего в сновидениях».

Опираясь на собственные прагматичные расчеты, девушка грешным делом полагала, что окончательное усвоение зелья светит ей не раньше февраля. Кто бы мог помыслить, что за эти дни на её долю выпадет целый калейдоскоп диковинных, в корне разительно отличающихся друг от друга снов!

В этом пестром котле сплелись воедино и многослойные грезы, и мороки от тяжелых душевных недугов, и осознанные сновидения, и леденящие кошмары, навеянные злыми духами вкупе с неупокоенными душами. А вишенкой на торте стали сны сразу нескольких полубогов.

При нормальном раскладе Одри, будучи истинным «Странствующим в сновидениях», играючи определяла на глаз ранг и природу мишени, в чью голову собиралась нырнуть, дабы не лезть на рожон и избежать фатальных капканов. Вот только те мастодонты полубожественного калибра скрывались с такой виртуозной, параноидальной изощренностью, что девушка раскусила их подноготную лишь в тот самый миг, когда уже оказалась внутри. От этого озарения её едва не прошиб холодный пот.

Хвала небесам, фортуна оказалась к ней благосклонна: ни в одной из вылазок её так и не засекли. Более того, она сорвала поистине колоссальный куш опыта. Ступая по лезвию ножа и ювелирно балансируя в грезах святых, она наблюдала, анализировала и странствовала, что и стало тем самым убойным катализатором, многократно подстегнувшим переваривание.

Ко всему прочему, остальные экстраординарные сновидения тоже одарили её совершенно уникальным, ни с чем не сравнимым багажом. Чуть погодя она уже вовсю пускала в ход полученные знания: сама лепила многослойные мороки, таилась в густой тени чужого подсознания, виртуозно направляя сюжет в нужное русло. Одри исподволь перекраивала психику спящих, исцеляя их глубокие душевные нарывы или выжигая тлетворную скверну, оставленную злобными духами.

В каком-то смысле эти финты в корне попирали её собственный, железобетонный кодекс — оставаться лишь безмолвным созерцателем и летописцем, не вмешиваясь в ход вещей. Однако, как ни парадоксально, именно эти манипуляции привели к взрывному усвоению эликсира.

Благодаря этому озарению, в её арсенале выковалось новое, незыблемое правило отыгрыша:

«…Коли нужда заставляет вмешаться, стань незримым кукловодом и поводырем. Дергай за ниточки так филигранно, чтобы даже после блестящего триумфа ни одна живая душа не почуяла твоего присутствия».

И с этой задачей Одри справлялась безупречно. Те бедолаги, что страдали от зубодробительных психологических расстройств, пережив пяток-другой слегка причудливых снов, благополучно, сами того не ведая, возвращали себе душевное равновесие.

А уж то, что какой-то сон отдает легкой сюрреалистичной шизофренией — дело абсолютно житейское и не вызывающее ни малейших подозрений.

«Львиная доля моего феноменального успеха с зельем „Странствующего в сновидениях“ — это чистой воды заоблачная фортуна. Не свались на мою голову весь этот калейдоскоп диковинных грез, куковала бы я еще месяц-другой. Хм, а то и вовсе угодила бы в лапы какому-нибудь полубогу, отправившись гнить в застенках для Потусторонних, или же бесславно сыграла бы в ящик на месте… И с каких это пор удача так отчаянно мне благоволит? Дайте-ка припомнить… Аккурат с того самого дня, как я пожертвовала порцию мороженого благословенному… э-э, того самого ангела из домена Судьбы… Ох…» — Одри, неотрывно сверля взглядом собственное отражение, лукаво моргнула, а на её губах заиграла легкая улыбка.

Сноровисто отведя взор, девушка бегло прочесала спальню взглядом и уверенным шагом приблизилась к туалетному столику.

Прямо на столешнице покоилась колода карт Таро.

Для юной леди, питающей нескрываемую слабость к оккультизму и тайнам мироздания, наличие подобного реквизита в покоях было сущим пустяком, не вызывающим никаких вопросов.

Одри изящно вытянула правую руку, едва ощутимо скользнув подушечками пальцев по самой верхней карте. Медленно, с шумом втянув воздух, она беззвучно зашептала:

'Мясорубка в горах Аманды с каждым днем лишь набирает обороты, становясь всё более кровопролитной…

Графство Межморья уже с треском профукало один из своих портов…

Птички напели, что оборонительный рубеж Хорнакисского хребта в графстве Сивирас дышит на ладан и до весны стопроцентно не дотянет…

Не выгрызи наши флотоводцы толику преимущества в морских баталиях, ниточки связи с Восточным Баламом на Южном континенте давно бы наглухо обрубили…

А ведь Альфред всё еще торчит там, в самом пекле…

Одному богу известно, в какую бездну скатится вся эта кровавая бойня.

Хвала небесам, я и сама вот-вот перешагну на ступень полубога. Господин Мир уже любезно снабдил меня и рецептом эликсира «Манипулятора», и стержневыми ингредиентами… А те самые слезы семерых разных людей, исторгнутые на пике зашкаливающих эмоций, я благополучно выудила за время своих блужданий по лабиринтам грез…

Золотистыми листьями энта-наставника я разжилась у малыша Солнца. Выходит, зияющая брешь осталась лишь в одном — мне кровь из носу не хватает крови старого Дракона Разума…

Фух… Стоит закинуть удочку в Алхимию Психологии и попытаться выторговать эту дрянь у них. Еще до того, как Хевен Рамбис бесславно сыграл в ящик, я уже успела выбиться в председатели психологического кружка… Вот только не вскроет ли подобная дерзость мою причастность к гибели Рамбиса? Не наведет ли их на мой след?

А может, бить челом господину Миру, дабы он выдернул из пор истории фантом той самой драконьей крови? Этот морок продержится как минимум четверть часа. Едва я триумфально завершу таинство, обуздаю свою духовность и виртуозно вколочу в подкорку нужное самовнушение, её испарение уже ни на йоту не ударит по моему состоянию. Как-никак, это всего лишь жалкий вспомогательный катализатор…

Одри, подумать только, ты докатилась до жульничества! Да еще и в таком критически важном, сакральном деле!'

Бросив в свой адрес эту едкую, самоироничную шпильку, девушка с головой ушла в раздумья, лихорадочно прикидывая, какие декорации идеально подойдут для обряда возвышения до «Манипулятора».

Таинство жестко требовало: собрать в одном месте толпу не менее чем из десяти тысяч душ и, дождавшись колоссального, всепоглощающего эмоционального резонанса, прямо в его эпицентре опрокинуть в себя зелье.

Мысли неслись вскачь, и в голове Одри стремительно выковался черновой план:

'Праздник Зимней благодати Богини?

'Но даже самая грандиозная месса не соберет под одними сводами десять тысяч душ… Ни один храм банально не вместит такую прорву народу…

'В мирное время подобное, разумеется, немыслимо, но сейчас шанс есть. Я могу пожертвовать солидную сумму