Диктатор 2 - Руслан Ряфатевич Агишев

— Если начать готовить преемника прямо сейчас, то за несколько лет уже будет ясность, тот ли это человек, с гнилью ли внутри или нет…

Варенников много думал над всем этим, и пришел к выводу, что нужно подобрать несколько человек, лучше троих из разных сфер, и готовить их. В какой это должно быть форме и каким образом происходить покажет время. Сейчас было главным определиться с кандидатурами этих людей. И с одним он уже твердо определился.

— Валентин Иванович, все готово, — вместе со стуком в дверях появился Игорь. Как всегда в строгом костюме, с непроницаемым лицом и неизменным чемоданчиком в руке. — Куда поедем?

— Сначала, на Смоленскую-Сенную площадь.

Глава 29 Первый есть, второй есть, а третий?

Глава 29 Первый есть, второй есть, а третий? * * *

Москва,

Смоленско-Сенная площадь

Смоленско-Сенная площадь, самый центр Москвы. Величественное здание Министерства иностранных дел, одна из семи знаменитых сталинских высоток столицы, тянется в самое небо. Мужчины в серых костюмах и женщины в строгих платьях спешат по делам, крепко сжав в руках кожаные портфели и папки с документами. Мелькают заграничные плащи, шляпы.

— … Валентин Иванович, приехали, — Игорь повернулся с переднего сидения, едва автомобиль остановился. — Мы надолго?

— Посмотрим, — коротко бросил Варенников. — С одним человеком нужно поговорить… Точнее с двумя. За мной не ходить, ничего со мной в МИДе не случится.

— Но, Валентин Ива…

Варенников отмахнулся, и вышел.

Шумиха вокруг его персоны — это последнее, что ему сейчас нужно было. Он хотел поближе познакомиться с одним из тех, кого выбрал в преемники. Ведь, сейчас этот человек мог быть совсем не тем, кем стал в будущем.

— Кто знает, что у него сейчас на уме.

Генерал зашел в здание. Милиционер на посту, увидев его, чуть со стула не свалился. Вскочил, козырнул, приставив руку к пустой голове. Побледнев, надел фуражку, и снова козырнул.

— Никому не докладывать, — махнул на него рукой, Варенников, и начал подниматься по лестнице.

Первым предстояло встретиться с Примаковым, которому еще полгода назад сам Варенников, предложил пост министра иностранных дел. Как и в другом времени, выбор был исключительно удачен. Евгений Максимович, профессионал высшей категории, с огромным опытом управленческой работы, за столь короткий срок навел порядок в министерстве, которое едва не развалил его предшественник Козырев.

— Примакова — в премьер-министры, такой воз проблем только он и сможет вытянуть. В прошлый раз смог, сможет и в этот раз. Пусть занимается реформированием, — размышлял Варенников, направляясь по коридору к нужному кабинету. — А на его место как раз определим…

В этот момент из кабинета вышел и сам Примаков, и с беспокойством начал оглядываться по сторонам. Похоже, милиционер на вахте все же предупредил его о высокопоставленном госте.

— Э-э-э… товарищ президент, — увидев Варенникова, министр пошел ему навстречу. — Какая неожиданность… Что-то случилось?

— Евгений Максимович, здравствуйте. Ничего не случилось, не беспокойтесь, — радушно улыбнулся Варенников. — Я к вам по хорошему поводу.

— Тогда давайте пройдем в кабинет, где все и расскажете.

В кабинете они устроились в креслах, на небольшом столике рядом появились две чашечки с кофе, небольшая вазочка с пирожными. Теперь можно было и поговорить.

— Евгений Максимович, прежде позвольте вас поблагодарить за проделанную работу. За несколько месяцев вы сделал столько, сколько другие не делали и за годы, — генерал, говоря это, ничуть не лукавил. Именно так и было на самом деле, чего не признать было просто невозможно. — Результаты вашей работы впечатляют. Однако я пришел не только, чтобы поблагодарить вас, но и предложить…

При этих словах расслабившийся было Примаков, вновь нахмурился. Он только освоился на месте министра, а тут ему снова грозит новое назначение. Хочешь не хочешь, а тревожно.

— Хочу предложить вам место премьер-министра в новом правительстве.

— Что?

Видно было, что он не ожидал такого предложения. К ГКЧП, да и к самому генералу Варенникову Примаков всегда относился настороженно, часто высказывал критику, и никогда этого не скрывал. А тут вдруг ему предложили ключевой пост в новой системе власти, как тут не удивиться?

— Евгений Максимович, не спешите отказываться, — Варенников, естественно, все это «прочитал» на его лице. — Выслушайте меня, а потом уже решите, принимать мое предложение или нет.

Тот, немного подумав, кивнул. Примаков, вообще, был образцом редкостного благоразумия, и никогда «не рубил с плеча».

— Я прекрасно знаю, что вы не поддержали события недавнего августа.

Это ваше мнение, ваша позиция, и я ее уважаю. Также я уважаю то, что, несмотря на свое несогласие с чрезвычайным положением, вы честно и ответственно выполняли свои должностные обязанности. За какие-то несколько месяцев вы полностью перестроили работу внешнеполитического ведомства — теперь все работает, как часы. Это дорого стоит.

Взгляд у Примакова при этих словах чуть потеплел. Похоже, начал прислушиваться к словам Варенникова.

— Вы не хуже меня знаете, что перед страной стоят огромные задачи, которые требуют немедленного решения. Помимо оперативных проблем, существуют еще и стратегические проблемы, от решения которых будет зависеть дальнейшая судьба страны. Мы, Евгений Максимович, стоим на пороге глобальных изменений, которые в ближайшие десять — двадцать лет радикально перекроят земной шар.

Примаков заинтересованно подался вперед. Явно не ожидал услышать от «солдафона» мысли, которые были созвучны и его мыслям.

— Двуполярный мир, где судьбу земного шара в той или иной степени определи две сверхдержавы, постепенно сменится многополярным миром. Скоро «поднимет» голову Китай. Вы, скорее всего, уже обратили внимание на его ускоряющееся экономические развитие, за которым придет через и развитие военной мощи. Китай рано или поздно заявит о своих национальных интересах, причем сделает это, опираясь на военную силу. На пороге мощного экономического скачка стоит Южно-Азиатский регион, где лидером станет Индия с его быстрорастущим населением. Если обратить внимание на Босфор, то там ищет своё место Турция. Её руководителям явно очень близки амбиции правителей Османской империи, что чревато в будущем серьёзными проблемами для этого региона.

— Вы не упомянули европейские государства, — вскинул голову Примаков. — Уверен, это было сделано намеренно. Почему? У той же Германии, Франции очень серьезный вес. ВВП этих стран довольно велико, это лидеры в целом спектре отраслей.

Варенников в ответ хмыкнул. То, что для Примакова было будущим, для него — далёкой историей. И он прекрасно помнил, во что именно превратятся европейские страны