Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Это уже наши проблемы, — отрезал я. — От тебя требуется только маршрут.

— Я не поведу вас на смерть. Тем более имперских псов, — он демонстративно отвернулся, показывая, что дальнейшего разговора он вести не планирует.

Шая шагнула вперед, обхватив прутья решетки.

— Ты идиот, Сундраил, — жестко произнесла она.

Радикал дернулся, собираясь огрызнуться, но Шая не дала ему вставить и слова.

— Вся твоя идеологическая борьба, не будут иметь никакого смысла, если вы все сдохнете! — голос эльфийки звенел от напряжения. — Я только что видела поле перед стеной гарнизона усеянное сотней трупов лесных животных. Твои братья и сестры, за свободу которых ты так яростно сражался, уже не один день дышат этой дрянью, некоторые скорее всего уже теряют разум. Какой смысл в независимости, если некому будет ею пользоваться, Сундраил, а⁈ — выкрикнула она.

Сундраил сжал челюсти, играя желваками. Я понимал что-то, что высказала ему Шая, звучало очень больно. Больно потому, что каждый из его родичей был сейчас в опасности, но ярые фанатики часто готовы пойти на смерть ради идеи. Увы, но фанатизм иногда клинил разум напрочь.

Но судя по тому как Сундраил мешкал, кусал губы изнутри и хмурился, в нем еще осталась капля нормальности и переживания за близких.

— Помоги Империи, — добавил я, решив добить его сомнения. — Проведи нас к дриадам. Взамен я лично поговорю с Императором и попробую дать вам ту самую свободу, ради которой вы проливали кровь.

Эльф поднял голову. В его глазах мелькнуло сомнение.

— С чего мне верить человеку? — процедил он сквозь зубы.

— С того, что у тебя нет выбора, — парировал я, не отводя взгляда. — Если ты останешься сидеть на этой койке, воевать будет не за кого. Лес вымрет окончательно. Времени на долгие размышления у нас нет. Принимай решение сейчас.

Сундраил смотрел на меня, затем перевел взгляд на Шаю, которая ответила ему непреклонным зрительным контактом.

— Поклянись, — сказал он, переведя взгляд вновь на меня, глядя прямо в глаза. — Поклянись, что если я вам помогу и пойду с вами до самого конца, ты сделаешь все, что в твоих силах, граф. ВСЕ, — он подчеркнул это слово, — чтобы мой народ стал свободным и его больше никогда не угнетала империя.

Я просунул руку через решетку, на что солдаты вокруг меня тут же напряглись, но я выставил вторую руку, указывая жестом, что все нормально. Протянув руку, я растопырил пальцы, предлагаю Сундраилу пожать руки. Он несколько секунд смотрел на мою ладонь, после чего встал, подошел и сжал ее. Сжал сильно. Сжал так, словно действительно мне верил, хватаясь за последний шанс в жизни на спасение своего народа, за который он так долго бился.

— Клянусь, — сказал я, сжимая его руку в ответ настолько крепко, что мне показалось, что я могу при желании сломать ему кисть.

Интересно, в какой момент во мне стало так много силы?

Сундраил продолжал смотреть мне в глаза, после чего коротко кивнул, словно принял мою клятву и дал понять, что мы договорились.

Я кивнул ему в ответ.

— Открывайте, — сказал я, повернувшись к дежурному офицеру.

Тот озадаченно посмотрел на командира, который лишь закатил глаза.

— Ну открывай уже, чего встал, — дал команду старший.

Офицер тут же подскочил с места и кинулся открывать клетку.

Перед выходом за периметр гарнизона группа задержалась у пропускного шлюза для подгонки снаряжения. Я настоял на полной защите дыхательных путей для каждого участника рейда. Военные техники быстро выдали присутствующим полнолицевые маски с угольными фильтрами.

Мотивация была простой и сугубо медицинской: пыльца осела на листьях и ветвях, где любое резкое движение, порыв ветра или выстрел могли спровоцировать осыпание этого порошка сверху. Попадание в легкие несло непредсказуемые риски, а проверять на практике сохранение токсичных свойств я не собирался. Меры предосторожности лишними не бывают.

Даграль принял маску с явным неудовольствием. Старый дварф повертел кусок резины в руках, брезгливо разглядывая пластиковые банки фильтров.

— Это уже не имеет смысла, Виктор, — проворчал бывший старейшина Торна, перекидывая секиру в левую руку. — Старая пыль давно выдохлась и потеряла силу. На холодное дуете.

— Именно так мы и делаем, Даграль. Надевай, — ровно ответил я, затягивая ремни на затылке.

Бойцы сопровождения молча последовали моему примеру, фиксируя респираторы и проверяя прилегание резины к лицам. Даграль тяжело вздохнул, выражая все свое отношение к человеческой паранойе, и натянул маску прямо поверх густой бороды. Конструкция смотрелась откровенно нелепо и вряд ли обеспечивала должную герметичность, но спорить дальше я не стал. Сундраил, получив свой комплект, закрепил фильтры без единого слова.

Створки гарнизона разошлись в стороны. Мы шагнули за бетонный периметр, миновали полосу отчуждения, заваленную мертвыми животными, и углубились в чащу.

Лес изменился до неузнаваемости. Зеленая листва, запахи хвои и влажной земли полностью исчезли, а пространство превратилось в вымершую декорацию. Стволы деревьев покрывала жесткая серая корка, листва съежилась, почернела и частично осыпались на землю, образовав под ногами плотный слой гниющей биомассы.

Звуковой фон полностью отсутствовал. Ни щебета птиц, ни лисьих криков. Даже трещащих насекомых и тех не было.

Сундраил шел впереди, указывая направление короткими жестами. Спецназовцы взяли нас в плотную коробку, контролируя сектора обстрела. Я двигался рядом с Шаей, держа руку на кобуре. Даграль замыкал колонну.

Нападение произошло на исходе второго километра пути.

Мутировавшие звери атаковали синхронно, вынырнув из-за серых стволов сразу с трех направлений.

— Контакт! Девять часов! — рявкнул идущий слева оперативник.

Строй мгновенно разомкнулся, образуя полукруг, и лес наполнился треском автоматных очередей.

Стая пораженных болезнью волков, чьи тела покрывали наросты черной корки, а мышцы гипертрофировались, разрывая кожу, кинулась в сторону бойцов.

Оружие показало свою эффективность в первые же секунды без проблем прошивая биологическую ткань. Пули рвали плоть, дробили кости и отрывали куски мяса. Мутанты не чувствовали боли из-за отсутствия центральной нервной системы в привычном понимании и продолжали ползти вперед даже с оторванными конечностями. Солдаты методично били прямо в головы, разрушая мозговые центры. Пораженные особи утыкались мордами в серую грязь и замирали навсегда.

Один из наиболее крупных волков прорвался сквозь линию огня, оттолкнулся задними лапами от поваленного ствола и прыгнул прямо на замыкающего группу Даграля.

Дварф сделал короткий шаг в сторону. Лезвие рунной секиры описало широкую дугу и встретилось с телом