Мы придём из видений и снов - Яна Вуд

Хейта окинула безмолвного Брона задумчивым взглядом и вновь поглядела на Грима.

– Что было дальше?

Тот довольно осклабился.

– О, ты любишь жуткие истории, да, Чара? Быть может, ты так же охоча до крови, как и мы?

Она с усмешкой ответила:

– Думаю, в скором времени мы это узнаем.

Оборотень нахмурился на мгновение, словно силясь понять, что значили ее слова, но почти тут же отмахнулся от них и продолжил рассказ.

– Мы стояли за деревьями, пока Брон рвал на части этого человечишку, – кровожадно осклабился тот. – Как он кричал! Знаешь, когда волк рвет жертву, он именно разрывает ее, растаскивает по частям, пока человек не истекает кровью или не умирает от неистовой боли, до тех пор, пока останется нечего…

– Довольно! – жестко бросила Хейта. – Думаю, для одного вечера мы услышали достаточно.

Не сводя с нее цепкого взгляда, Грим пытливо прищурился.

– Ты как-то чересчур болезненно реагируешь на смерть совершенно незнакомого тебе человека…

Хейта пожала плечами.

– Что ж, может, и так. Однако я всегда была такова.

– Ну да, ну да, – в сомнении отозвался тот. – Ладно, заболтался я с вами, а уже почти полночь. Завтра наступит долгожданный день, когда мы, наконец, разбогатеем! – Он окинул Хейту оценивающим взглядом. – Любопытно, какую цену предложат за Фэй-Чар. – Он презрительно махнул в сторону Брона. – За этот кусок дерьма, понятно, ничего стоящего не дадут. – И, мерзко хихикнув напоследок, он, наконец, оставил их в покое.

Первое время они хранили неловкое напряженное молчание.

– Мне жаль, что тебе пришлось вновь выслушать это в таких подробностях, – наконец произнес Брон.

– Мне нет, – отозвалась Хейта. – Я сама попросила.

Оборотень нахмурился.

– Зачем?

Хейта пожала плечами.

– Хотела узнать, какую роль в этом всем сыграл твой дядька. Оказалось, решающую. – Она окинула его изучающим взглядом. – Но я узнала кое-что новое.

Впервые за все время, когда они заводили разговор о гибели ее отца, она смотрела на оборотня не с ненавистью и презрением, а с чем-то вроде сочувствия.

– Мне жаль, что твой дядька и братья заставили тебя пройти через это, – тихо проговорила она. – За то, что подчинили твою волю и заставили страдать. Гэдор был прав, ты тоже тогда потерял. Я того не понимала. – Она потупилась. – А за то, что противился и не желал поддаваться настою, – спасибо. – Хейта судорожно вздохнула при этих словах, как будто от огромного камня, висевшего на ее сердце, откололся и рухнул в пропасть огромный кусок. – Спасибо, что до последнего старался его спасти. Я это очень ценю.

Брон шагнул к ней, насколько позволяли веревки, и просунул пальцы сквозь решетку. Он опустил голову, не надеясь на взаимность, но неожиданно, к собственному изумлению, Хейта коснулась его руки. В серых глазах оборотня всколыхнулась отчаянная надежда.

– Мне жаль, что я не смог тогда сделать больше, – с чувством прошептал Брон. – Что был так безрассуден и не смог догадаться, что они что-то замышляют.

– Думаю, ты сделал, что мог, – прошептала Хейта, с силой сдерживая подступающие слезы…

Оборотни подняли пленников ни свет ни заря. Их наскоро покормили черствым хлебом и холодной мясной похлебкой. Мару же бросили в клетку куропатку со свернутой шеей. Упырь голодно потянул носом и поморщился.

– Она же воняет. Вопреки заблуждениям, мы, упыри, не едим мертвечину.

Упитанный волк-оборотень, принесший куропатку, нагло осклабился.

– Тогда ходи голодным, кровосос.

Мар опасно сощурился.

– Верно, придется, пока я не смогу полакомиться чем-то свежим, вроде тучного волка-оборотня. Жаль только, голова на выброс пойдет, ибо в ней нет самого вкусного – мозгов!

Оборотень яростно рыкнул в ответ.

– Не слушай его, – резко оборвал собрата Грим. – Он нарочно тебя подначивает. Все упыри таковы. Тощие долговязые уродцы с языком без костей.

– А ты прямо писаный красавец, – хмыкнула Харпа, смерив оборотня презрительным взглядом. – Уверен, что не приемный? На отца совсем не похож. Быть может, ты мерзкий подменыш, слепленный из грязи, палок и дерьма?

Настал черед Грима гортанно зарычать.

– Довольно с ними беседы вести! – вмешался Морд. – Торг вот-вот начнется.

* * *

Оказалось, волки-оборотни ночью времени зря не теряли. Возвели перед шатром длинный помост, на который и заставили подняться пленников, надев на их руки кандалы и приковав каждого цепями к толстым железным кольям, вбитым в землю перед помостом. Верно, чтобы у тех и мысли не возникало бежать.

Не успели Хейта и ее спутники толком осознать, что произошло, как появились первые покупатели. Кого только среди них не было! И оборотни всех мастей, и упыри, затесалась даже парочка фавнов. Все они рассматривали пленников пристально, как шматы мяса, разложенные на прилавке, выбирая себе кусок покрупней.

А Грим тем временем не переставал вещать.

– Добро пожаловать на черный рынок Сумрачного леса! Никогда прежде на черном рынке не выставляли столь редкий товар! Известная команда следопыта Гэдора! Чара Хейта, единственная в мире Фэй-Чар, первая за тысячу лет! Владеет невероятной силой, полученной ею от пастырей леса, способна как сражаться с помощью волшебства, так и исцелять. Волк-оборотень Брон, искусный грабитель и убийца. Рысь-оборотень Харпа, ничем не уступает ему по силе, но отличается более дерзким нравом. Упырь Мар, по слухам, способен вырезать целые деревни, а не так давно в одиночку одолел полчище кровожадных хоргов! Целитель Фэйр, из людей, но не спешите списывать его со счетов. Он умеет врачевать раны не хуже нашей Чары, а вдобавок может сотворить любой волшебный артефакт по вашему желанию. Хелмера Улла, владеет жуткой силой, способной отнять чужую жизнь. И, наконец, еще один редчайший товар на сегодняшнем рынке – дракон-оборотень Раг, наследный принц с Драконьих островов!

Хейта невольно поежилась. Она впервые в жизни ощутила себя не человеком, не Фэй-Чар, а товаром без права голоса, чувств и желаний. Никогда прежде она не испытывала столь сильного унижения, даже когда о ней злословили в родной деревне. Она оглянулась на своих спутников и поняла – все они чувствовали сейчас нечто подобное.

Лицо Брона было мрачным, как туча, Харпы – перекошено от ярости, Мар скалил зубы, Фэйр казался печальным, Улла – невозмутимой, а Раг глядел на всех вокруг, гордо вздернув подбородок.

Однако речами Грима их унижение не ограничилось. Перед каждым пленником оборотни установили деревянные ступени, чтобы покупатели могли подняться и получше рассмотреть желаемый товар.

– Как предусмотрительно с их стороны, – со сдавленной яростью прошептала Хейта.

Один из покупателей, в котором девушка признала кабана-оборотня, не преминул воспользоваться такой возможностью. Поднявшись на помост, он принялся ходить