Государственный Алхимик - Анна Кондакова

— Нельзя, чтобы чувства мешали… — начала она торопливо.

— Из-за чувств ты перепутаешь педали тормоза и газа?

Зря я это сказал.

Она всё-таки оттолкнула меня и с возмущением выпалила:

— В моей Стрекозе нет педалей тормоза и газа, дурак!

— Так это еще лучше, — улыбнулся я. — Тогда ты точно ничего не перепутаешь.

Марьяна была готова меня растерзать.

— Знаешь, что, Ломоносов? — Она быстро подобрала гаечный ключ с земли и выставила его в мою сторону. — Если ты ещё раз подойдёшь ко мне ближе, чем на метр, или попросишь Дыхание бога Кромса, то эта штуковина…

Её внезапно прервали — у калитки появился Эл.

Не знаю, видел ли он, что именно произошло между мной и Марьяной, но он громко прокашлялся и спросил:

— Вы чего тут застряли? У нас ещё куча дел.

— Вот именно! А ты чего прохлаждаешься⁈ — рявкнула Марьяна на Эла и стремительно отправилась к Стрекозе вместе со своим техно-орудием боли и возмездия.

Я проводил девушку взглядом.

— Нравится? — вдруг шёпотом спросил у меня Эл.

Он сейчас ходил мрачнее тучи из-за сестры и был далёк от привычного своего поведения, но всё равно заметил то, как я посмотрел на Марьяну.

— Кто? — небрежно уточнил я.

— Техноведьма с технофигуркой, — прямо ответил Эл, но без тени улыбки. — Могу, кстати, поспособствовать. Хочешь, она поможет тебе снять напряжение перед завтрашней схваткой? Вот прямо сегодня ночью. Ты же ей тоже нравишься, это очевидно. Просто она стесняется. А я сделаю так, чтобы она перестала стесняться.

Несмотря на циничность его слов, я даже на секунду задумался над его предложением. Всего на секунду.

Правда, тут же себя осадил.

Хотя меня всё же напрягло, что я вообще об этом задумался. А что, если бы у меня был Дар Сердцееда? Возможно, я бы тоже его уже потрепал, как Эл. И возможно, Марьяна Дюжевская уже давно бы перестала стесняться и не раз побывала в моей постели.

Я потёр лоб и процедил со злостью:

— Мы уже с тобой это обсуждали, Эл. Если твой Дар здесь хоть кого-то коснётся, то…

— Ладно, ладно! — сразу оборвал меня Лавров. — С твоими моральными рамками я уже забыл, как этим Даром пользоваться. Эх, мне бы твою железную волю! А то порой на твоём фоне ощущаю себя моральным уродом.

Мне вовсе не хотелось обсуждать Дар Сердцееда и моральные дилеммы, поэтому я задал Элу совсем другой вопрос. Он, кстати, волновал меня ещё несколько часов назад, но задать я его решил только наедине:

— Лучше скажи, как ты добился того, чтобы переломанная Стрекоза взлетела, да ещё и без маго-пара? Даже для такого артефактора, как ты, это слишком серьёзное дело.

Эл помрачнел ещё больше, но всё же ответил:

— Я вложил душу в эту консервную банку, превратив её в живой артефакт. По сути, теперь эта Стрекоза действительно ожила. Только Марьяна этого не знает. Никто не знает, кроме тебя. Все думают, что сработал артефакт левитации.

Я схватился за лоб.

— Ты сдурел⁈ Это же не шутки, Эл! Так вот почему ты тогда говорил, что готов душу дьяволу продать! Вот и продал, мать твою!

— Да не ори ты!!! — зашипел он на меня. — А ты ради сестры душу бы не продал⁈

Мы оба замолчали, давя друг друга взглядами.

В конце концов, Эл перевёл дыхание, после чего заговорил тише и спокойнее:

— Я вложил только часть души, совсем небольшую. Но если матушка узнает, она меня убьёт. Потому что при гибели Стрекозы, погибнет и часть моей души. Это сильно меня ослабит, как физически, так и магически. Буду калекой. Например, лишусь глаза, или кисти руки, или ступни, или чего-то ещё… — Он нахмурился, глянул себе между ног и добавил совершенно серьёзно: — Надеюсь, самое главное останется на месте.

Я потёр вспотевшее лицо.

— Тогда надо максимально защитить Стрекозу, покрыть её Лаком и смотреть за ней, как за зеницей ока.

— Ну да, не помешало бы, — кивнул Эл со вздохом.

Вдвоём мы отправились в дом. Надо было ещё раз всё перепроверить и пройтись по плану атаки. Если всё сложится хорошо, то эта атака займёт не более пары часов.

А если не сложится, то…

Я отмахнулся от дурных мыслей.

— Знаешь, сегодня Нонна странно себя вела, — сказал по дороге Эл. — Она, конечно, мне очень нравится и всё такое, но… не знаю… как-то всё это не вовремя. Нонна же знает, что я из-за сестры места себе не нахожу, а она…

Не дойдя до сада, я остановился.

После его слов тут же вернулось нехорошее предчувствие, которое терзало меня уже давно. Я даже невольно нашарил пальцами в кармане Кольцо Транспозиции, которое так и не вернул кузине.

— А что не так с Нонной?

Эл нахмурился.

— Когда вы с кузнецом ушли варить Костяной Лак, Нонна подошла ко мне, взяла за руку, отвела в гостиную и… э-э… поцеловала. Очень страстно и долго поцеловала. Не так, как в прошлый раз. А потом сказала, что волнуется за меня. Мол, как же я выживу в Зоне Морока…

— Поцеловала? — уставился я на него.

Это было странно.

После того, как Нонна узнала о Даре Сердцееда, она наоборот сторонилась Эла, даже когда они вместе ремонтировали Стрекозу. А тут вдруг сама к нему полезла?

— И не только поцеловала, — добавил Эл и как-то виновато на меня посмотрел.

— В каком смысле? — Я моментально напрягся.

— Да не в этом смысле… нет-нет, — тут же забормотал Лавров. — Она попросила меня кое-что для неё сделать. Сказала, что ты потерял ключ от кладовки, а ей срочно надо было там что-то забрать. И она попросила сделать ей ключ-отмычку. Плутовской артефакт. Я как-то говорил ей, что могу сделать отмычку даже из зубочистки…

— Я не терял ключ от кладовки, а отдал его Нонне обратно, — перебил я.

— Не понял… — вытаращился на меня Эл. — Тогда зачем ей отмычка?

Я тоже на него вытаращился.

— А ты всё-таки сделал ей отмычку?

— Ну конечно! — развёл он руками. — После такого поцелуя сложно было отказать!..

Глава 31

Услышав про отмычку,