Сто жизней Сузуки Хаято - Мария Александровна Дубинина

врата в Ёми. Как успели узнать, Куматани-сэнсэй возвращался на гору, закончив свои дела, и так вышло, что заглянул на ту самую почтовую станцию, после которой обоз свернул с тракта. Экитё ответил на вопрос о паре юных оммёдзи, сопровождающих торговцев с товарами, а еще поделился слухами насчет ущелья. Так учитель вывел людей из ловушки, а сам отправился завершить начатое учениками.

Вечером Ишинори оставил спящего Хаято в комнате в рёкане, а сам вышел во внутренний дворик, где был разбит сад, сейчас наполовину укрытый золотом желтеющих листьев. Они же плавали на поверхности пруда, ловящего отблески каменных фонарей. В поздний час постояльцы, коих в портовом городе всегда хватало с избытком, уже отдыхали или проводили время в главном зале за едой или игрой, и внутренний двор был погружен в блаженную тишину – не ту, что сжимала сердце тревогой в ущелье Айсё, а мягкую, успокаивающую, наполненную шелестом листвы, стуком содзу, приглушенным шумом голосов. Ишинори остановился возле пруда, и перед его лицом пролетел сухой лист и плавно опустился на воду.

– Почему ты вернулась? – спросил он, не оборачиваясь. Сэй возникла из тени так, будто сама из нее состояла и выглядела теперь как обычная небогатая горожанка в неброском кимоно и с шелковым кошельком кинчаку на шнурке – такую встретишь на улице и тут же забудешь. Ишинори догадывался, что не захоти она быть обнаруженной, он бы ее не заметил, так что Сэй пришла именно к нему.

– Я должна отдать долг за жизнь.

– Я спас тебя не поэтому.

– Причина не имеет значения. Я должна вернуть долг. Чего ты хочешь взамен, оммёдзи?

Ишинори долго не думал, ведь предугадал такое развитие событий.

– Услугу. Но сейчас она мне не нужна, поэтому будь поблизости, пока я не озвучу ее.

Сэй изменилась в лице, даже непроницаемо холодные глаза ее возмущенно блеснули.

– Вздумал держать меня на цепи?

– Лишь заручиться поддержкой опытной куноичи. Сама же пришла отдать долг, я тебя не принуждал.

Она плотнее сжала губы и кивнула.

– Хорошо.

– И насчет твоего заказа…

– Я не стану рассказывать о тебе Фудзимикё. Для них я мертва.

– Тогда тебе ничего не стоит утолить мое любопытство. – Ишинори поймал ее взгляд. – Я все думал, откуда у Лин Юй такой необычный яд и как она придумала столь хитрый план. Впрочем, насчет последнего у меня есть предположение о том, кто выступил вдохновителем.

Сэй тонко улыбнулась, но никто бы не заподозрил ни капли тепла в этой улыбке.

– Верно, – снова кивнула она. – Но если я отвечу, будет ли это считаться за оказанную услугу?

Ишинори усмехнулся.

– Нет. Так что можешь и не отвечать.

Она и правда немного помолчала, любуясь тенями на воде, а после все же заговорила:

– Лин Юй… – голос едва заметно дрогнул на этом имени, будто ей не все равно. – Лин Юй была пленницей жестокого человека, а еще – дочерью лекаря. Яд принадлежал ей, и она хотела воспользоваться им от отчаяния и умереть достойно. Я успела вовремя.

– Настоящая служанка, приставленная к пленнице, мертва?

И снова уверенный кивок.

– Притвориться ею было несложно. Я знала историю Ютаки и использовала ее, чтобы подарить обоим надежду на месть. Лин Юй поделилась со мной этим ядом, а я в свою очередь заменила его на свой. Была лишь одна сложность.

Ишинори тут же подхватил:

– Не дать Окамото умереть быстрее, чем явлюсь я.

– На помощь пришел племянник Окамото, Нагава Кодай. Я слышала, что он хочет отравить дядю из-за наследства и не могла этого допустить, поэтому подменила его яд на противоядие. Оно помогло не полностью, и разум Окамото оказался в смятении.

Вокруг совсем стемнело, воздух остыл, но Ишинори ощущал, как внутри него разгорается огонь. Рассказ Сэй прояснял картину случившегося весной, и то, как она все устроила, восхищало.

– Но как же ты смогла предугадать, что в поместье приеду именно я, а не учитель или кто-то из других учеников? И почему Окамото вообще решил звать оммёдзи?

– Все просто. Он мало кому доверял, но был один человек – владелец корабля, на котором Окамото путешествовал с товарами. Этот человек связан с Фудзимикё, и я попросила его о помощи. Он напоил Окамото и убедил искать спасения у оммёдзи с Канашиямы. Мои люди перехватили гонца и подменили письмо, чтобы создалось впечатление, будто болезнь Окамото требует особого лечения, и тот Ишинори, которого я искала, не мог оставить такое без внимания. А другим ложным письмом я выманила вашего учителя с горы, чтобы не дать ему откликнуться самому. Вот и все.

Только тогда Ишинори охватил холод, и он понял, в какой опасности они с Хаято были. Сэй хитра, умна и осторожна, она все продумала. И если бы он тогда не оставил всю славу старому лекарю Ивамото-сэнсэю, получила бы доказательства, что Ишинори – тот, кто ей нужен. Разумеется, она и так вряд ли в этом сомневалась, но клан Мидзуно всегда действовал не спеша и невероятно точно.

Это его и спасло. А ее – едва не убило.

Пока он молчал, Сэй, больше ничего не добавив, собралась уже уйти, как вдруг остановилась и протянула Ишинори кинчаку.

– Что там? – насторожился он, но Сэй буквально растворилась в воздухе. Ишинори опасливо ослабил тесемки и чуть не выронил подарок. В бумажном свертке была пыльца женщины-бабочки, а во флаконе – темная жидкость с резким запахом. Яд! Неужели тот, что принадлежал Лин Юй? Если да, то теперь у Ишинори появилась возможность создать противоядие для Хаято. Но почему Сэй отдала его? Пусть они уже не враги, но и друзьями им никак не стать. И все же она будто знала, что такие подарки его порадуют.

Хотя… Сэй ведь работала на Фудзимикё и собирала о нем сведения, так что могла знать гораздо больше, чем хотелось бы. Ишинори убрал кошелек за пазуху и отвернулся от пруда.

И наткнулся взглядом на Хаято.

– Почему не спишь? Тебе надо восстановить силы.

– А тебе? – вопросом на вопрос ответил Хаято. – Что здесь делала эта девушка?

– Это Сэй-сан, она хотела поблагодарить за спасение, – легко солгал Ишинори, напряженно угадывая его эмоции. Слышал ли он что-нибудь? О чем думает сейчас?

– Какое совпадение, что она нашла тебя, да к тому же в таком месте.

– О чем ты? – еще больше напрягся Ишинори.

– Это ведь она была в маске на ярмарке в Харе и ее я видел на крыше? – Хаято говорил и подходил все ближе, пока не остановился напротив. – Она явно не обычная поклонница. Она… Не может быть!