Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

Гедимин мигнул.

- Под пластами? Разве вы не из убежища в Елгаве? Там же не было…

- Нас, - резкий голос прервал его спутанные мысли. У выхода из убежища, в этот раз открытого настежь, стоял сармат в тяжёлой защите. У пояса блестел бластер, за плечом – плазмомёт, на тёмно-серой броне почти не было сколов и царапин, лицо закрывал зеркальный щиток.

- Гедимин Кет, значит… - протянул он. – Как же, помню. Ну, чего уставился, канадец? Мы все теперь серые.

Он резким жестом сдвинул зеркальную пластину. Тёмно-серые складки кожи почти закрывали выцветшие глаза.

- Убежище в Елгаве… - он дёрнул сморщенным лицом, изображая ухмылку. – Хорошее убежище. Мы его взяли, само собой. Плата за «мартышечьи» ракеты… и вот это вот.

Он ткнул себя сжатым кулаком в грудь. Пальцы складывались как-то странно – видимо, деформация коснулась и их.

- Только поздно, теск. Чересчур поздно. Половина «Йыгевы» теперь ползает там, за стеной. Хорошее убежище вы, канадцы, нам построили…

Гедимин ошалело мигнул.

- Кто придумал закопаться в урановый сланец? – не выдержал он. – Я, что ли?! Я тогда ещё предупреждал – уран переродится и выжжет всё внизу! Это его излучением вас так…

- Высушило? – Деннис Маккензи снова дёрнул складчатой щекой. – Да, ядерщик. Ты-то знаешь, что эта дрянь делает с сарматами. А какой забавный телепорт ты нам подогнал! Пол-убежища перемололо в пыль. А твой альнкит не задело, так и светится. Будет теперь прок на добыче сланца.

«Телепорт? Так они пытались его применить после…» - грудь Гедимину сдавило ледяным обручем. «Так, стоп. Какой альнкит?!»

- Физика изменилась, - кое-как проговорил он – горло тоже сдавило. – Телепорты больше не работают…

- А сразу предупредить не мог?! – рявкнул ещё один бронированный сармат, с огнемётом и кинетической винтовкой за спиной. Он поднялся из Елгавского убежища и сдёрнул зеркальный щиток. Гедимин увидел тусклый глаз под наплывами чёрной кожи. Вторая глазница была пуста.

- Чего только ни молол, когда у нас копался, - а про это не мог сказать?! – «чёрный» шагнул вперёд и щёлкнул пальцем в перчатке по щитку у выбитого глаза. – Про эту грёбаную физику?! Знал же, как и про уран! Про лучи тоже знал? Что нас не убьют – но лучше бы мы сдохли?!

- Ченге! – прикрикнул на него Деннис. – Ну как же! Откуда физику-ядерщику знать такие вещи? Он ведь нас спасал. Убежище нам строил. Занятную игрушку подарил. Мы ведь благодарить тебя должны, да, канадец?

Гедимин угрюмо сощурился.

- Про уран на «крыше» я предупреждал. Лезть к «макакам» после Применения – не просил. А вот в убежище были медики. Что они сказали про вашу мутацию?

Оба командира криво ухмыльнулись.

- Не успели спросить, знаешь ли, - сказал Деннис. – Нас в Елгаве не ждали. А посреди зачистки разбираться было некогда. Но две сотни лет мы неплохо пожили… не считая вот этого.

Он пошевелил деформированными пальцами. Гедимина передёрнуло, и не от вида его руки – как определённо решил сам Деннис, судя по презрительному хмыканью. «Значит, уже после Применения, после мутации они прорвались в убежище «макак». И, естественно, устроили резню. Оружием запаслись заранее… спасибо тебе, Гедимин, за телепорт, кусок ты идиота…»

- На «Джойе» знают о вас. Там медики есть, - он сделал над собой усилие и взглянул Деннису в глаза. – Вы передали им образцы тканей? Что за болезнь у илгвенцев?

«На «Джойе» их называли мутантами…» - щёлкнуло в мозгу, и Гедимин быстро сглотнул, унимая подступающую тошноту. «Но если их накрыло во время Применения… двести лет, - не могла же эа-мутация всё это время идти и не…»

- Илгвенцы… - протянул Деннис. – Мы себя зовём Серыми. Да-а, на «Джойе» знают. И ваши главные тоже. Твоими стараниями.

Ченге скрипнул зубами.

- Кто просил трещать?! Мы слышали ваши станции! Если не ответили – это не просто так, а, ядерщик?!

- Мне-то откуда было знать, что вы ныкаетесь?! – огрызнулся Гедимин, глядя в угрюмо сощуренные глаза. Радужка уже не могла потемнеть – так её выжгло излучением…

- Вы говорили с «Джойей»? С «Эданной»? Узнали, что с вами? Вам помогут? – нетерпеливо спросил он. Деннис скрипуче хохотнул.

- Да-а. Помогут. И ещё помогут. Что с нами? А сам не догадался? – он рывком вскрыл рукав, показывая тёмно-серую ссохшуюся руку. Мышцы на ней были, и немало – только лежали странными наплывами и узлами, как и складки кожи над ними. Там, где она не свисала, а натянулась, виднелись ветвистые рубцы – будто плоть расплавилась и стекла, а кожа, не успев за ней, треснула.

- Эа-мутация, - медленно, по слогам, проговорил Деннис, глядя Гедимину в глаза. – Редкая форма. Замедленная. Очень замедленная. Не заразная. Пока так думают. Перепроверяют. Дело-то важное…

Он криво ухмыльнулся. Гедимин встряхнул головой, отгоняя багровую пелену, застилающую глаза. Очень тяжело было стоять на месте после слова «эа-мутация», но сармат не выбрал, схватиться за сфалт или удрать – только поэтому и застыл неподвижно. «Эа-мутация,» - пульсировало в мозгу, заглушая все сигналы извне. «Целый посёлок эа-формы. Пока что ходячей и в своём уме. Уже две сотни лет…»

- Блокатор может остановить развитие этой дряни? – быстро спросил Гедимин, прижимая руки к броне – они всё равно тянулись к сфалту. – Если вы продержались двести лет и не растеклись…

- Это хитрая форма, - Деннис поднял изуродованную руку со свисающим «рукавом» скафандра и внезапно схватил себя бронированной перчаткой за палец и резко дёрнул в сторону. Гедимин вздрогнул, ждал хруста треснувшей кости или разорванных связок и мышц – но «серый», выпустив палец, спокойно согнул и разогнул его.

- Повышает прочность, - ухмыльнулся он. – Костей, кожи, мяса. И вроде как не лезет в мозги. Блокатор не воткнёшь. Но пожить ещё поживём. Может, века. Может, тысячи лет. Вот такими. Спасибо, канадец.

Гедимин хотел было фыркнуть и огрызнуться, но ледяная игла вошла под лопатку. «Теск… А ведь эта зараза лезет в мозги. Уже влезла. И сейчас ты будешь спорить с эа-формой…»

Ченге резко выдохнул. Он уже второй раз пытался выхватить кинетическую винтовку, но Деннис незаметно её придерживал.

- Поживём! – бросил, будто сплюнул, Ченге. – Если вы, seakemesh, не