Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

самые правдивые слухи. Это самое близкое место от дворца, мне было удобно добраться сюда. – Под воздействием алкоголя Цзялянь совершенно растеряла сдержанность и достоинство благородной дамы, снова стала беззаботной и озорной младшей сестрой.

Каждый день Башни Спелых Плодов изобиловал незаконной торговлей и исполнением самых диких плотских желаний. Нескончаемый поток мужчин, смех и шутки певичек – все это представляло полную противоположность чинной, упорядоченной, но такой скучной жизни при дворе. Цзялянь невероятно влекла эта новая атмосфера, несмотря на всю ее порочность.

– Сестренка, приди в себя. Твой зять получил приказ от государя выступить в поход – это же настоящий смертный приговор! А потом я получила от тебя сообщение, примчалась со всех ног. Говори же скорее, неужели его величество и правда собирается убить моего мужа? – Мужун Цзялань отбросила невозмутимость, приличествующую старшей сестре, и взволнованно затрясла Цзялянь за плечи, тяжело дыша от ужаса перед нависшей бедой.

– Все так, сестрица. Информация совершенно верна – государь собирается убить твоего мужа, – покачивая винным кувшином, заявила Цзялянь голосом, не принимающим возражений.

– Время, место, способ? – Цзялань схватила кувшин, запрокинула голову и осушила его, чтобы успокоить не то страх, не то негодование.

– На этот счет ничего сказать не могу, сестрица. Ты же прекрасно знаешь, я для его величества – просто часть дворцовой обстановки, твоя бедная младшая сестра – самая настоящая вдова при живом муже, – Цзялянь печально усмехнулась. Ей приходилось ежедневно смиряться со своей тяжелой долей, но ведь она не по своей воле выбрала себе такую жизнь.

– Сестренка, когда речь заходит о жизни и смерти, нужно забыть о любви. Умрет или твой муж, или мой, ты хоть задумывалась об этом? – Глаза Цзялань сверкнули холодом, словно сестры вмиг превратились из самых родных людей во врагов.

Цзялянь нечего было ответить. Она подняла винный кувшин, безучастно глядя перед собой и обдумывая суровую реальность. Какой выбор ей стоит сделать? Убить собственного мужа, чтобы помочь сестре? А как же тогда принц, ее сын? Или убить мужа сестры – но куда тогда она с детьми подастся?

– Как бы то ни было, он не любит тебя, плохо с тобой обращается, да и не ведет себя как достойный муж. Сестренка, а не задумывалась ли ты о том, чтобы оставить его? Начать новую жизнь? – Цзялань вдруг схватила сестру за руку и заговорила нежным голосом.

– И какое у тебя предложение, сестрица? Рассказывай, – неопределенно ответила Цзялянь, высвободила руку и оторвала себе кусок баранины.

Старшая сестра явилась подготовленной. Проклятие! Она попалась на собственную удочку.

– Сестренка, текущее положение ясно как день. Очевидно, что этот человек собирается убить не только твоего зятя, но и меня, и всех твоих племянников. Этого нельзя допустить, нам с тобой необходимо действовать сообща – убить его. Мы же в конце концов семья, я найду тебе нового супруга, такого, с которым ты будешь жить душа в душу, что скажешь?

– Ну уж нет, хватит с меня твоих манипуляций! Как ты стелешь мягко – жить с супругом душа в душу, как будто такого мужа на каждом шагу встретить можно? – от слов сестры Цзялянь объял ужас.

Сладкий голос Цзялань даже не дрогнул, когда та говорила об убийстве человека. Эти слова дались ей так легко, как если бы она обсуждала самую банальную вещь.

– Неужели ты все еще тоскуешь по Богу войны Юйвэнь Сюну? Ох, да вся его семья была убита – ты еще благодарить меня должна, а не то и сама была бы казнена, – высокомерно заявила Цзялань. Румянец на щеках не мог скрыть ее безразличия и холода.

– Не будем о нем! А как же принц, мой сын? Ты хоть подумала, что с ним будет, если он отца лишится? – Цзялянь было непривычно сталкиваться с такой жесткостью старшей сестры. Озлобленно осушив еще один кувшин, девушка набралась храбрости и задала встречный вопрос со слезами на глазах.

– Сестренка, у тебя всего один сын, я у меня – трое! Неужели ты готова потерять меня и троих племянников?

Цзялянь взглянула на округлившийся живот старшей сестры – та снова была беременна!

– Но я родила принца, он имеет право претендовать на императорский трон! Этот ребенок – не какой-то там простолюдин! – злобно рявкнула Цзялянь, не сдержавшись и обнажая потаенные мысли, и гневно уставилась на сестру, самого родного человека.

– Я поняла тебя, сестренка. Ты хочешь, чтобы твой сын сменил этого человека на троне! А я-то думала! Сестренка, вот те на, да ты не зря столько времени во дворце прожила. Какая успешная сделка! – Цзялань не разозлилась, а наоборот, обрадовалась. Подняв кубок, она притянула сестру за руку, игриво пощекотала ее и, растянув губы в сияющей улыбке, медленно выпила вино.

– Что еще за успешная сделка? – с опаской уточнила Цзялянь, не до конца поняв сестру.

Раз речь идет о сделке, значит, будет и проигравшая сторона – но кто согласится ею стать?

– Сестренка, хватит колебаться. Ты не любишь его, а он к тебе равнодушен. А если уж совсем в корень смотреть – он наш с тобой враг, он убийца нашего отца. Неужели ты не хочешь отомстить за него? – с ненавистью в голосе произнесла Цзялань.

– Я… Отец… Но ведь этот человек в конце-то концов отец моего сына! Как я объяснюсь перед ним в будущем? – в отчаянии Цзялянь закрыла лицо руками, от боли у нее разрывалось сердце – как и любая мать, она больше всего переживала о своем ребенке.

– Ой, чего тут переживать? Борьба за власть нескончаема, она идет испокон веков: отцы сражаются с сыновьями, братья убивают друг друга, правители и подчиненные строят интриги друг против друга – это обычное дело. Твой сын родился в семье императора, он унаследовал славу и великолепие правящего рода, но вместе с ними должен принять и его бессердечность. – Цзялань была прирожденным политиком, невозмутимым, безжалостным и прозорливым.

Цзялянь восхищалась умом и расчетливостью сестры, но и ненавидела их от всей души. Та убедила ее. Единственный выход из сложившейся тяжелой обстановки – смертельная схватка.

– Если не будет проигравшего, то и победа не так сладка. Мы с мужем живем в любви и согласии, в этой сделке в выигрыше должны остаться мы! Запомни, «мы» – это о тебе и твоем ребенке в том числе, – Цзялань сделала акцент на том, что так волновало Цзялянь.

– Сестрица, а ты и впрямь не промах. Твоя стратегия убеждения – ну просто выше всяких похвал! О выгодах говоришь, а о способах достижения – ни слова! Давай-ка мы с тобой как сестры