Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

– Супруг мой, что бы ни случилось, помни главное – продолжай выражать свою верность государю, а более ничего не делай и не говори, – глаза Мужун Цзялань наполнились слезами. Она крепко сжала руку Лояня, не в силах отпустить.

– Главнокомандующий На, хватит копаться, его величество ждет вас в Зале Благополучия, – нетерпеливо крикнул Юйвэнь Юньфэй, поторапливая На Лояня.

– В Зале Благополучия? – сердце юноши словно упало в пропасть – это же настоящая скотобойня, место, наслушавшееся предсмертных криков и проклятий.

– Супруг мой, не торопись. Чжаоюнь, завари чай. – Мужун Цзялань словно что-то вспомнила, вскочила и кинулась к туалетному ларцу.

Оттуда она достала шкатулку, наполненную золотыми браслетами, инкрустированными рубинами. Взволнованно выйдя на ступеньки перед дверью, она приняла из рук Чжаоюнь чайную чашку и вместе со шкатулкой с украшениями передала ее Юйвэнь Юньфэю:

– Вы, должно быть, сильно устали, командир Юйвэнь. Прошу вас, выпейте горячего чая.

– Благодарю вас, госпожа На, – Юйвэнь Юньфэй как ни в чем не бывало взял шкатулку и спрятал ее в складках одежды, а затем принял чай и чисто символически смочил губы.

– Мою младшую сестру, супругу Мужун Цзялянь, командир Юйвэнь наверняка знает. Позвольте мне затруднить вас – передайте ей по пути во дворец весточку, попросите сопроводить государя в Зале Благополучия, хорошо?

На Лоянь, наблюдавший со стороны, восхитился своей женой – как ловко и как вовремя она все обставила! Если супруга государя, ее младшая сестра, тоже будет присутствовать, то у него есть шанс сохранить жизнь.

– Госпожа На, я попытаюсь. Что ж, покорно прошу главнокомандующего На седлать коня, – Юйвэнь Юньфэй повернул серьезное лицо к На Лояню.

– Супруг мой, я буду ждать твоего возвращения. Чжаоюнь, передай слугам – сегодня ночью во всем поместье На должны гореть фонари, запрещаю гасить огни до благополучного возвращения главнокомандующего На. – Мужун Цзялань поднялась на цыпочки и вскинула лицо, прощаясь с мужем.

В потемках ее очаровательное лицо казалось особенно бледным. От одного взгляда на жену у На Лояня сжалось сердце. Он протянул руку, молча погладил ее по плечу, провел пальцами по губам, а затем бесстрашно оседлал коня и выступил в путь.

– Командир Юйвэнь, что за дело у его величества, что он так поспешно призвал меня?

Юйвэнь Юньфэй вихрем мчался вперед. На Лоянь прекрасно понимал, что надежды нет, но все равно нагнал его и задал этот вопрос. Он не хотел упускать ни единой возможности разведать обстановку, выведать как можно больше информации.

– Главнокомандующий На, я всего лишь командир телохранителей, военные вопросы меня не касаются. Я передам поручение госпожи На супруге Мужун, а остальное мне неизвестно. Надеюсь, вы меня понимаете, – путано ответил Юйвэнь Юньфэй и стремительно скрылся в вихре пыли, поднятой копытами его коня.

На Лоянь не придал этому значения. Сложив ладони, они помолился небожителям, а затем во весь опор поскакал в сторону Зала Благополучия.

На воротах перед залом висел целый ряд фонариков, украшенных орнаментом в виде пионов. Свет от них озарял все вокруг, придавая зданию богатый и пышный вид. Телохранители, сторожившие ворота, обыскали На Лояня, забрали у него меч и лук со стрелами, после чего он, совершенно беззащитный, вступил в тронный зал. Мраморный пол был выложен узором из муаровых полос. В свете ламп эти извилистые линии колебались и словно превращались в свирепые физиономии демонов.

На Лоянь прикрыл рукой живот – самое уязвимое место любого зверя. Он осторожно сделал первый шаг и медленно направился вперед, приближаясь к угрозе и отдаляясь от правды. Исподтишка юноша огляделся по сторонам – обстановка Зала Благополучия совершенно не изменилась, но он чувствовал, словно бесчисленное множество пар глаз подсматривают за ним. Подбодрив себя, он продолжил идти вперед. С потолка тронного зала свисало широкое полотно тюля, из-за которого На Лоянь никак не мог понять, государь ли сидит на троне.

– Дерзкий На Лоянь, признаешь ли ты свою вину? – хриплый голос Юйвэнь Ху заполнил все вокруг.

В пустом парадном зале он показался На Лояню и знакомым, и совершенно новым. Чувство собственного превосходства никуда не делось, Юйвэнь Ху вел себя, как великий император Юй, допрашивающий провинившегося юного небожителя.

– Ваше величество, я в смятении, в чем я провинился? – На Лоянь поспешно опустился на колени и принялся отдавать государю частые низкие поклоны.

Щеки ощущали холод мрамора, а на лбу выступил пот, капли которого одна за другой стекали на пол. Внутренний голос, не замолкая, твердил: «Столкнувшись с большой бедой, необходимо сохранять спокойствие». Это были слова наставницы Чжисянь, это был ее голос.

На Лоянь заставил себя перестать бояться. Даже оказавшись лицом к лицу с отрядами ланов, от одного упоминания которых все жители северо-западных границ вздрагивали от ужаса, он не чувствовал испуга. А этот старый тигр, утопающий в роскоши и излишествах, – в нем-то чего страшного?

– Ты дважды отклонил высочайший указ, это разве не проступок? – кисло спросил государь.

– Ваше величество, вы мудры и проницательны. Моя матушка тяжело заболела, потому я вернулся, чтобы ухаживать за ней, у меня и в мыслях не было ослушаться приказа. – На Лоянь вынудил себя сохранять спокойствие. Утихомирив колотившееся в груди сердце, он первым делом решил перехватить инициативу в диалоге.

– А я смотрю, у тебя язык хорошо подвешен! И все-таки спрошу: как ты считаешь, что важнее – здоровье твоей матушки или долг охранять страну?

– Ваше величество, и то и другое чрезвычайно важно. Семья – это основа страны, а страна главенствует над семьями. Не будет семьи, не станет и страны, не станет страны – погибнут и семьи, они неразрывно связаны, – с достоинством ответил На Лоянь.

– Что ж, тогда почему, когда северо-западные границы и горы Ланьшань подверглись атаке ланов, ты дважды отказался принять указ? Неужели задумал восстание? – гнев затуманил рассудок Юйвэнь Ху, его тон изменился от злости.

У него был свой страх – потерять трон и страну.

– Ваше величество, если бы я и хотел устроить восстание, мне бы нужен был какой-то мотив для этого. Однако сами посудите: моя младшая сестра – ваша супруга, родившая вам сына; моя жена родила мне двоих сыновей, и сейчас мы ждем еще одного ребенка. Благодаря вашей милости я могу наслаждаться титулом главнокомандующего, у меня есть свое поместье, богатства и слава, в семье – мир и гармония. Я очень доволен своей жизнью, к чему мне поднимать восстание?

На Лоянь с удвоенной силой принялся отдавать земные поклоны, демонстрируя преданность государю. Он