Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

– Матушка, да я сам и есть свирепый тигр, спустившийся с гор, чего ты боишься?

– Я боюсь, как бы на горе не появился другой тигр. Ху, сынок, я хочу уехать из Дворца Вечной Добродетели. – На последних словах лицо императрицы-матери вдруг приняло умиротворенное выражение, как будто у нее камень с души упал.

– Уехать? И куда же ты пойдешь, матушка? – неожиданное заявление матери вкупе с ее странным поведением совсем сбило Юйвэнь Ху с толку.

Он с таким трудом нашел и вернул ее во дворец, мать и сын только снова зажили вместе, а тут она снова хочет расстаться?

– Ху, я уже стара, мне стоит отправиться в уединенное место, чтобы прожить там остаток дней. – Улыбка императрицы-матери стала горестной. Обессиленно она похлопала по руке Юйвэнь Ху, но, несмотря на физическую немощность, ее намерение уехать было непреклонным.

– Матушка, отчего вы покидаете меня, будто вам и дела до меня нет? – раздосадованно всхлипнул Юйвэнь Ху и схватил мать за руку, не отпуская.

Ее ладонь была холодной и влажной, как кошачья лапа, это жутко напугало его. Императрица-мать, пережившая столько невзгод и страданий, через силу покачала головой, повернулась к дотлевавшим остаткам масок и тяжело вздохнула.

– Дурачок, судьба каждого, кто рождается человеком, быть всю жизнь одному. Никому ни до кого нет дела. Когда кто-то покидает этот мир, он ничем не отличается от этих духов, превратившихся в прах.

– Нет, отличается! Я – правитель, у меня целый гарем, у меня есть сыновья, министры, армия, народ, земля, драгоценности. Мне принадлежит вся Поднебесная, весь мир, от края до края – мой! – размахивая рукавами парадного платья, Юйвэнь Ху обрушился на матушку потоком резких надменных заявлений.

Он не простой человек, он выдающаяся личность! Он настоящий Сын Неба!

Его крики напугали придворных служанок так, что они поголовно задрожали. Измазанные в пепле и в земле, они остолбенело стояли подле, боясь пошевелиться. Юйвэнь Ху взмахнул рукой, и они, словно деревянные куклы на веревочках, поспешно взялись за кочерги и кинулись ворошить несгоревшие остатки масок. Костер вдруг вспыхнул, столб искр устремился в небо, но на полпути внезапно исчез, оставив лишь облако удушающего газа. Нервы Юйвэнь Ху были уже на пределе.

– Сынок, вся слава и великолепие не более чем дым костра. – Императрица-мать не двинулась с места.

– Матушка, пойдем во дворец и поговорим там. – Юйвэнь Ху предчувствовал, что их с матерью ждет серьезный разговор.

Ласково поддерживая под руку легкую, как лист бумаги, матушку, он переступил через порог дворца, провел ее в главный зал, а затем свернул в маленькую боковую комнату, погруженную во мрак. Отсюда совсем недавно вытащили ящик с масками духов, на полу все еще оставался пыльный след – слуги не успели прибраться. Юйвэнь Ху была безразлична грязь, в каких только местах ему не пришлось побывать за свою жизнь! Он подвинул два кресла, поставил их друг против друга и, усадив матушку, занял место сам, повернувшись к ней лицом.

– Ху, видел ли ты, как я изгоняю драконов? – императрица-мать прищурилась, вглядываясь в мрак под потолком. Ее слова звучали жутко, как если бы доносились из царства мертвых.

– Изгоняешь драконов? – Юйвэнь Ху пораженно вытаращился на мать, стараясь разглядеть ее в слабых лучах света, проникавших в комнату с улицы, – это действительно его матушка?

– Да! Мне же нужно было как-то выживать в это смутное время. Молодая женщина, не готовая торговать своим телом, как ей прокормить себя? Ну так я научилась заклинать духов. Императоры, наместники, генералы, сановники, торговцы, крестьяне, слуги – все они всего лишь люди, а значит, всем им свойственны человеческие слабости. Вот я и помогала им, изгоняла нечисть, так и зарабатывала себе на жизнь да пропитание.

Юйвэнь Ху уже слышал рассказы матери о скитаниях и мытарствах, которые ей пришлось пережить после расставания с ним, но он даже не подозревал, что она обладала таким навыком.

– Матушка, неужели вы и правда умеете изгонять драконов? – в восторге он схватил мать за руку.

– Неужели ты и правда считаешь, что драконы – это какие-то особенно чудесные существа? В свое время я изгнала Черного Дракона[39] длиной в целых десять чжанов[40], он горел и коптился трое суток, прежде чем превратился в обычную мертвую рептилию, – произнесла императрица-мать.

– Матушка, да вы поди шутите? Вы же обычная женщина, откуда вам знать, как драконов изгонять? – Юйвэнь Ху сдержал улыбку, прокашлялся и задал вопрос, напустив на себя строгий вид.

– Ху, так у тебя же есть Режущий Драконов? Скольких Сыновей Неба ты им зарубил? – рассмеялась она в ответ.

Смех императрицы-матери напоминал крик вороны, парящей в воздухе в поисках добычи – причудливый и пугающий. Материнская любовь, ласка и милосердие словно растворились. Юйвэнь Ху приложил все душевные силы, чтобы сохранить величественную позу. Эти убийства – злодеяние, покрытое мраком, память о нем нужно спрятать как можно дальше.

– Только став правителем, можно перестать быть скотом, дожидающимся смертного часа на бойне. Вот так, матушка, – прошло какое-то время, прежде чем Юйвэнь Ху смог робко ответить.

– Ху, убийца драконов в итоге тоже будет зарезан. Когда мы любим кого-то, именно этот человек и наносит нам самую глубокую рану.

– Матушка, вы намекаете мне, что приближается мой смертный час? – холодно усмехнувшись, язвительно спросил Юйвэнь Ху.

У него была вымуштрованная армия, несколько отважных полководцев: Юйчи Гун, Цуй Вэньтин, Чжэн Цецзун, Юйвэнь Юньфэй. Чего ему бояться? Борьба за власть есть не что иное, как соревнование силы оружия двух сторон, а он обладал военной властью – оружием, приносящим победы.

– Нет, я не намекаю, я говорю прямо. Неужто ты думаешь, что я боюсь смерти? Я уже много раз умирала. Но ты другое дело, ты мой ребенок. Пойдем со мной, уедем вместе из дворца, выберем хорошее местечко и заживем там вольной жизнью.

Чем больше Юйвэнь Ху слушал речи матери, тем сильнее она казалась ему чужой, пугающей. Неужели в нее демон вселился? Или, может, она и есть телесное воплощение какого-то злого духа?

– Матушка, не несите чепуху! Как я могу покинуть дворец вместе с вами? Да ведь я жизнью рисковал, чтобы заполучить императорский трон! Если уж умирать, я хочу погибнуть в окружении красавиц. Я был рожден в нищете и хлебнул горя в юности, а потому умереть собираюсь грандиозно!

Юйвэнь Ху вспомнил, как жил впроголодь, на какие унижения и жертвы ему пришлось пойти, чтобы оказаться там, где он