СССР: бригада - Степан Александрович Мазур

— И что, и что? — переспросила Нюра.

— А то, что дважды монголы отправляли многочисленные корабли с экспедициями, чтобы захватить все эти ближайшие острова с материка. Но дважды не повезло. Оба раза попадали в шторм. Нет, частью доплыли, даже захватили и разграбив пару островов, но в целом монголы вернулись и заявили хану, что само Небо не велит там жить! Так на кой хрен им эти «японские» острова? А сами японцы, поглядев на разбросанные морем корабли после шторма, пришли к выводу, что морские боги за них и это великая победа. А теперь они точно не китайцы! Так и начинается их тысячелетняя японская история. Но повторяю, им до Курил дела не было. Японцы развивали сельское хозяйство на четырёх основных островах. Даже окинацев никогда японцами не считали. Они скорее ближе к филлипинцам. Короче, резали себе самураи потихоньку друг друга в межклановых войнах и делали вид, что у них есть корабли.

— А у них не было? — уточнил Навзад.

— Ты когда-нибудь слышал о японских дипломатических миссиях в Европе? Или может, они Аляску открыли? Америку? Австралию?

— Да нет, не было вроде, — стушевался гуран.

— Да потому и не слышал, что японские корабли вплоть до девятнадцатого века это

больше плавучие гробы. Они редко и от берегов отходили-то. А когда первые европейские колонизаторы из числа португальцев, голландцев, испанцев и англичан заглянули к японцам «на огонёк» на бригах и фрегатах в компании пушек и пороха, самураи едва за богов их не приняли от красоты и изящества флотилий. А это уже 16–17 век, как-никак.

— А чем они там на островах занимались? — уточнила Люба.

— Рис выращивали. На гору смотрели. А у самураев так проще всё происходило… оказалось, что резать собственных крестьян катанами просто, пробуя заточку лезвия, а ты попробуй дать отпор аркебузьерам и прочим носителям мушкетов и первых огнестрельных ружей.

Мы спустились к берегу, но ребята не спешили раздеваться. Обступили меня и ждали продолжения.

— Сами же европейцы, видя такое доминирующее превосходство, решили, что Япония отличный рынок для сбыта товаров. И «открыли» его для торговли и насаждения христианства местным язычникам. Так японцы прогнулись под запад первый раз. Запомни эту цифру.

— Я все ещё не понял, — донеслось от Сежи. — А что по части Русских островов-то?

— Как что? Приплыли казаки при Петре Первом. Поставили флаги государства Российского. Всё, наши Курилы, — ответил я быстро. — Четвёртый век уже, почитай, наши.

— Но японцам от Хоккайдо до Курил рукой подать. Сколько там? Двадцать километров? — вставила Нюра. — А нам от Москвы и Питера до Курильской гряды 8–9 тысяч километров по прямой пиздюрить. Нам что, больше всех надо было?

Когда казашка говорит нам, воспринимая казаков такими же своими, как мы улусы и ханства, это показательно. У всех народов теперь общие корни, но соседи пока ближе.

— Ой, мы в то время вообще удачно осваивали Сибирь с казачками, ставили форты на Дальнем Востоке и Камчатку с Чукоткой исследовали экспедициями, — припомнил я с ходу. — По сути за какой-то век казаки прошагали от Урала до Курил и присоединили территорию больше Европы.

— А… враги? — не понял Навзад.

— С сибирцами потолкались немного, а воевать на Дальнем Востоке особо не с кем оказалось. Не было тут почему-то ни японцев, ни китайцев, как ты понимаешь. Для них наши территории — «место, куда великий пастух телят не гонял», — добавил я полушутя и уже серьёзнее сказал. — На всей этой почти пустующей территории от Урала до Курил населения было не больше, чем в одном европейском городе. Порядка 200 000 человек. С частью дружили сразу, с некоторыми упорными враждовали. Когда копья со стрелами в череп летели, выбора не было. Но в основном торговали со всеми и на минимальный налог взамен садили — «ясак» назывался. Немного пушнины казне не помешает. Для плохого охотника в неудачливый день час-другой охоты. Не очень-то на высокие налоги походит, когда «белкой со двора берут». Не так ли?

— Ясак помню, — тут же от Нюры донеслось.

— Мы ведь даже с Китаем воевать не стали по поводу спорных территорий, — добавил я, ощущая, что купаться хочется всё больше. — И отступили от Амура по Нерчинскому договору в 1689 году. Приморский край тогда китайским был, и всё Приамурье. А японцев больше Сахалин интересовал. Южный. Там потеплее. Но видите ли в чём дело. Китай-то тоже не однородным был. На севере династия Цин, к примеру, слабела и теряла территории. Франция с Англией ещё порты один за другим на юге Китая брали как будто всегда их были. Им не только Япония интересна была. Всё под свои фактории приспосабливали и рынки грабежа и сбыта. Посмотрели на это дело русские императоры и решились дальше на восток пойти, не остановились на Амуре. В ход новые экспедиции пошли. Так спустя сто лет вторая волна освоения Дальнего Востока пошла. Айгунский договор за нами уже Приамурье закрепляет… Помните?

— Это я знаю, но Русские острова-то причём? — не унимался Сежа и вдруг посмотрел вбок.

А там по берегу пять японцев идут и с интересом на мячик в наших руках волейбольный смотрят.

Глава 33

Сказ о том, как мы их умыли-2

Посмотрели мы на японцев, они на нас в ответ молча. И все не сговариваясь, раздеваться начали. Волейбольной сетки всё-таки нет. А для водного поло глубоко заходить надо. На мелкоте не поиграешь.

Отметив этот факт, я и говорю ребятам:

— Так у всего есть предпосылка, Сежа. Везло нам тогда страшно. Положение России в приростании территорий облегчилось тем, что Англия и Франция вели войну против Китая. В мае 1858 года англо-французская эскадра захватила китайские форты Дагу в устье реки Байхэ, прикрывающие путь на Пекин. И Цинское правительство капитулировало. А у нас был такой умный человек — граф Муравьёв. У него даже двойная фамилия стала после того, как свой замысел осуществил. «Муравьёв-Амурский». Слыхали?

— Амур захватил? — предположила Люба.

— Что, значит, захватил? По существу — отработал, — усмехнулся я. — Представь ситуацию: Китай в огне горит, территории враги терзают. Те самые, из цивилизованной Европы. В этих условиях Муравьёв наш, воспользовавшись личными