"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

— Сав, ты как? — шёпотом поинтересовался Метелька.

— Хреново, — я ответил настолько честно, насколько возможно. — Но оно, вроде как должно пройти.

Да и уже легче.

Первые несколько мгновений после пробуждения я лежал, разевая рот, не способный ни говорить, ни дышать. И в горле клокотала слюна, но сил сглотнуть её не было. И вообще, как говорится, лучше б я сдох вчера. Шувалов же, заботливо склонившись надо мной, поинтересовался:

— Живы?

И главное, интерес в глазах неподдельный такой.

Научный почти.

— Н-не ув-верен, — сказал я, когда смог говорить.

— Болит?

— Да.

— Значит, живы, — произнёс Шувалов с уверенностью. — У мёртвых обычно не болит.

В тот момент мне это показалось удивительным преимуществом перед живыми.

— Полежите. Сейчас станет легче, — Шувалов поднял мои руки и надавил на основание ладоней. — Должно, во всяком случае. Прошу прощения, пришлось действовать сразу, поскольку всё оказалось немного сложнее, чем я предполагал. Иногда полная структура скрывается до самого последнего момента…

— П-получилось?

— Да. Хотя и не совсем так, как я планировал… — он вертел мою ладонь, сгибая и разгибая пальцы, заставляя ими шевелить. — Ваш отец в чём-то гениален…

— Местами, — буркнул я.

— Это не сарказм. Человек, не имевший дела с некромантией, создал структуру столь сложную и, что страшнее, жизнеспособную… не учел, конечно, некоторые нюансы, но это, полагаю, от нехватки практики.

Знать не хочу, как получают эту самую практику.

И что сможет, когда дополучит.

— Однако порой нюансы важны. Проклятье добралось до вашей энергии, и поглощая ей, начало расти. Вместе с тем остаточные эманации, которые образовывались при переработке вашей силы и роста, за неимением отводных каналов, сбрасывались в организм. И в точках соприкосновения с силой ткани начали меняться. Поэтому, извините, не могло быть и речи, чтобы оставить всё так. Мне пришлось извлечь его полностью.

Чтоб…

— Меняться — это… — руку я не убирал, а Шувалов уже крутил её у локтя. В руке что-то похрустывало, да и в целом ощущалась она не очень моей. — Это вы про…

— Рак. Полагаю, диагностировали бы его. Чаще всего тёмные эманации ведут к нарушениям на клеточном уровне, а там уже возможны варианты развития. Хотя встречается и обыкновенный некроз.

Мило.

Настолько, что замутило прямо.

— На бок, — Шувалов перевернул и ловко подсунул под нос массивную вазу. Вряд ли её тут держали для этого, но желудок сжался узлом, и мне стало всё равно. — Спокойно. Это естественная реакция… мне пришлось спровоцировать разрушение существующих очагов. Вы молоды, сильны. Справитесь. Но будет неприятно.

Ещё более неприятно?

Выворачивало меня долго. Сперва полупереваренным завтраком, потом просто желудочным соком и жёлтой горькой желчью. Шувалов сидел рядом. Поддерживал голову, а когда спазмы унялись, прижал к губам очередную склянку.

— Поможет восстановиться.

Выпил я без споров.

И сел.

Сам.

Если сидеть, то как-то оно легче. Вон и голову можно запрокинуть, упираясь затылком в стену.

— Несколько дней будет знобить. Возможна ломота в костях. Мышечные боли. Я рекомендую массаж и покой. Никакой физической нагрузки дня три точно. Потом можно и даже нужно. Но осторожно, с чётким отслеживанием самочувствия и жизненных параметров.

Ну… хоть что-то.

— Проклятья нет? — уточнил я.

— Есть. Я поработал с вашей тенью. Она его вобрала. Создала что-то вроде пузыря. Не уверен, что маяк сработает, но саму структуру, ту её часть, которая отвечает за связь, я попытался сохранить. Поэтому будем надеяться, что сработает.

Будем.

А ещё интересно, папенька знал? Вот что так всё будет? Или рассчитывал, что хватит сил, чтобы убрать эту гадость? Не просчитал последствия? Не понимал, чем чревато? Знаний не хватило? Или просто плевать было? Не то, чтобы у меня иллюзии какие-то сохранялись… или сохранялись?

— И да, на протяжении ближайших лет пяти настоятельно рекомендую регулярно показываться целителю, — Шувалов тоже выглядел не ахти. — К сожалению, далеко не всегда удаётся избежать отдалённых последствий.

— И как часто не удаётся?

Смешно будет, если он меня и тут доконает. Нет, там он назывался как-то иначе, пафосней, но ведь по сути рак — это рак.

— Обычных людей я к своим лабораториям не допускаю. Им порой хватает и малости. Ты — дело другое. Отчасти ты защищён своим даром. Пусть ты и не некромант, но охотник, то есть твоё тело уже приспособлена принимать силу сходного диапазона. Поэтому вероятность, что последствия будут, как я полагаю, мизерная, но…

Но и мизерную стоит учитывать.

— Спасибо, — я сказал это совершенно искренне.

А Шувалов кивнул.

— Посиди пока. Не стоит пугать прочих.

— Настолько погано выгляжу?

— Ну, человек, из которого вытащили смертельное проклятье, априори будет выглядеть несколько… болезненным. Да, погано. И ты понимаешь, что я не буду лгать твоему брату.

Это прозвучало утверждением.

— Да я и не прошу, — я пожал плечами. Потихоньку становилось легче. Не то, чтобы совсем, я всё ещё ощущал себя выпотрошенным изнутри, но хотя бы дышать получалось ровно.

Более-менее.

В лёгких, правда, что-то хлюпало, и приступ кашля показал, что резкие движение — это пока не мой вариант. Шувалов так же молча поддержал, не позволив завалиться на бок.

— Я не целитель. Я уничтожил то, что представляет опасность, но и только. А дальше тело само будет избавляться от лишнего. И увы, делать это всеми доступными способами…

— То есть, меня снова вывернет?

— И не раз. Сплёвывай. И лучше не смотри.

Комок из лёгких ушёл в вазу, и да, смотреть я не стал. И вправду, было бы там на что смотреть-то. Зато стало жарко и пот потёк по телу, причём ручьями.

Кажется, я понял, что Шувалов имел в виду.

Чтоб…

Всё-таки магия в целом представлялась как-то чище.

Благородней.

— И долго…

— Острая фаза продлится несколько часов, а дальше возможны приступы. И тут уже как повезет. В целом это сходно с очищением организма при отравлении.

— И вы…

— Пока составлю вам компанию, — Шувалов отнёс вазу к дверям. — Всегда есть вероятность что-то упустить, а это, как понимаете, чревато. Лучше я пока понаблюдаю. Тем паче, что чуть позже, — он посмотрел на часы. — Вам нужно будет принять ещё одно лекарство.

Понятно.

Шувалов устроился в кресле. Надо сказать,