Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

И мне бы обрадоваться его заботе — где-то в глубине души так и произошло — но я вдруг отчётливо поняла, что ни одно происшествие со мной не пройдёт мимо Максимилиана.

— За мной следят, — я не спрашивала, а констатировала. — Как же я могла об этом забыть. Хотя вы слишком торопились к той, кого считаете не особенной.

Дейн посмотрел на меня удивлённо, будто не ожидал от меня такого тона. Я и сама себя не узнавала. Что же со мной творится в присутствии короля?

Максимилиан продолжал смотреть пристально, а затем бросил взор на магистра Эверуса. Они сражались взглядами примерно минуту, но в итоге оборотень вздохнул и сдался.

— Я бы на твоём месте выбрал другую невесту. Эта падает в обморок при виде новорождённых. Вот так положат ей вашего первенца — а она чуть на тот свет от вида крови не отправится, — ввернул мою же шутку Дейн и, неожиданно перейдя на «ты» (я была уверена, что он сделал это, чтобы позлить Максимилиана), произнёс: — Купава, я буду тебя ждать на крыльце.

Позлить ему точно удалось. Когда магистр вышел, король впился в меня взглядом. Но он быстро потеплел, когда его величество бегло осмотрел меня.

— Как себя чувствуешь?

— Переживаете за мои репродуктивные способности? — уточнила я, и Макс улыбнулся.

Эта улыбка озарила его лицо. Я застыла, вновь ощутив пресловутое ускоренное сердцебиение. Он мне не нравился. Просто бесил своей неопределённостью и противоречивостью. Говорил то одно, то другое. А ещё был губительно красив.

По крайней мере, я так старалась себя убедить.

— Только за репродуктивные способности крольчих и их психику, — неожиданно отшутился Макс, и теперь я не удержала улыбку. — Думаю, принцессы перед ними ещё не падали.

— К счастью для нас всех, они не видели моего позора благодаря экранирующему куполу.

— Им действительно повезло.

Мы улыбались. Я вспомнила, как почти три недели назад мы так же обменивались пикировками в Бриоле. Тогда Макс казался мне совершенно новым, чужим человеком, а сейчас ощущение, словно я знаю его давно.

— Рад, что ты в порядке, — заключил его величество. — Могу отнести тебя в комнату, если переживаешь, что не дойдёшь.

— По академии и так ползут слухи, а если увидят меня на руках у самого Владыки, боюсь, мне подсыплют мышьяк в утренний чай.

— Если ты боишься каких-то студентов, что же будет, когда ты пойдёшь к алтарю? Тебя будет видеть весь мир… фигурально выражаясь.

Я смотрела на Макса. Представила себя в красивом подвенечном платье, а Максимилиана — у алтаря. В белом костюме с золотой вышивкой и с такой же, как сейчас, улыбкой на устах. Картинка тут же разбилась, едва я вспомнила его слова о браке. Я чётко представила, как иду к алтарю, а дорожка позади меня рассыпается, символизируя, что путь к моей свободе навсегда отрезан.

— Зачем я вам? Я слишком проблемная невеста.

— Считай, что я люблю трудности.

«Лучше бы он меня любил, а не трудности», — мелькнула в голове мысль и тут же погасла, ведь…

— Любите трудности? Неужели? Разве не вы недавно говорили мне, что готовы расторгнуть любые соглашения? Я уже успела обрадоваться, — картинно громко вздохнула я.

— Точно, и как я мог о таком забыть? — вновь не ответил ничего определённого король.

Нет, он просто невыносим! Хотелось броситься на него и… то ли расцарапать это идеальное лицо, то ли просто прикоснуться к нему, чтобы расчерчить линию бровей, скул, носа… Но я принцесса, поэтому просто сдержала любое проявление своих эмоций.

— Вижу, в Рамании всё зависит от вашего мнения и времярасположения, — последнее слово было моей выдумкой, но казалось очень применимо к данному случаю.

— Как чудесно, что ты это понимаешь, Купава.

И вид такой самодовольный. Не привык к отказам. Интересно, его любовницы легко принимали правила игры? Конечно, ведь он сам Максимилиан Раманский. И больше всего в этом раздражал не он, а моя собственная реакция на него.

Я такая же, как и остальные девушки. Так же готова растечься лужицей под его ногами. Вот только тогда я добровольно выдам ему ключ от комнат, где буду заперта в золотой клетке. Упрямый, своевольный, невыносимый мужчина, который не понимает, как важна свобода!

Ведь её у него не было. У Максимилиана не было даже юности. Из детства он сразу перешёл во взрослую жизнь, возглавив королевство, и вскоре отправился на войну. Я не имею права обесценивать его опыт и мудрость.

— Что же вы так спешили ради той, с кем собираетесь расторгнуть помолвку? — потупив взор, спросила я, а у самой вспыхнули щёки.

Я хожу по краю. По краю своей влюблённости в великолепного короля.

— Я несу за тебя ответственность перед твоим отцом.

И всё? Я подняла взор, встретившись с безразличным взором. Неужели всё действительно так? Просто ответственность — не «особенность».

— Ваше величество, — несколько уязвлённо протянула я, — хочу дать вам повод отдохнуть от пресловутой ответственности, снять с вас этот груз. Единственное, что меня огорчает, что я боюсь обнаружить под этой оболочкой из ответственности мужчину, не знающего, что такое забота и любовь.

Наконец-то из его глаз ушло безразличие. Его ноздри расширились, а зрачок, на миг — мне так показалось — вытянулся. Моргнули и я, и он. Зрачок самый обычный.

— Купава… — начал его величество, но не закончил.

Потому что я — трудная невеста, и одну конкретную трудность я точно смогу ему обеспечить. И в данный момент эта самая трудность уже появилась на горизонте справа, но о ней пока его величество не догадывался.

И очень зря!

— Кхе-кхе.

Бабуля вплыла в палату как и подобает королеве, держа те самые счёты в руках. В моей голове даже возникла картинка, как она этими самыми счётами отходит Максимилиана пониже спины… Могла бы по спине, да боюсь, с её ростом не достанет. Его величество всё-таки был высок.

Кстати, о нём. Владыка закатил глаза и, вздохнув, отстранился от меня. Я почти физически ощутила, как он покидает моё пространство — хотелось потянуться за ним, но я придушила это желание на корню.

Купава, он собирается тебя запереть во дворце и заставить рожать детей! А теперь я точно знаю, каково это — рожать. Нет, спасибо, я лучше встречу мужчину, который будет меня ценить и любить. И пусть он