Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

скомандовала дриада, останавливаясь у кромки воды. — Воду из озера можно пить, можно в ней плавать, можно просто полежать у берега. От ран не исцелит, но расслабляющим эффектом обладает.

Она выдала эту инструкцию заученным тоном, словно гид, проводящий экскурсию для группы надоедливых туристов.

— Мы не на курорте, — спокойно, но твердо ответил я. — Нам всего лишь нужно забрать скрижаль, и мы свалим отсюда так же быстро, как пришли.

Она резко обернулась. Мышцы шеи напряглись.

— Да что ж ты за упертый человек такой! — зашипела дриада, обнажив клыки. — Мало того, что мы вас впустили в свою обитель, куда даже остроухих никогда просто так не пускаем и вообще прирезать могли, если бы они попытались сюда проникнуть, так ты еще и дерзить мне смеешь. Если бы не ваша помощь и боевые заслуги…

— То ты бы нас прикончила еще у входа, это понятно, — внезапно вклинился в разговор Сундраил.

Эльф шагнул вперед, отодвинув меня в сторону.

— Мы крайне благодарны за ваше гостеприимство и с радостью примем возможность здесь отдохнуть, — добавил радикал учтивым тоном.

Я искоса посмотрел на Сундраила. Смена его поведения была разительной. Предводитель лесных фанатиков, который еще пару часов назад кричал о том, что дриады их перережут как скот, сейчас демонстрировал чудеса дипломатии и покорности.

Зеленокожая воительница смерила эльфа оценивающим взглядом, затем перевела глаза на меня.

— Бери пример со своего остроухого провожатого, — коротко кивнула дриада.

Она развернулась и стремительным шагом направилась к зарослям кустарника на противоположной стороне поляны, явно собираясь нас покинуть.

Я поднял руки в ее сторону, делая шаг следом. Жест означал предельно понятное «Э… ты куда пошла? Мы не договорили», но останавливать ее было уже поздно. Дриада шагнула прямо в куст, зашуршала листвой и растворилась в нем, не проронив ни звука.

Я опустил руки и медленно повернулся к Сундраилу.

— И что это значит? — спросил я, требуя объяснений.

Эльф стянул респиратор с лица, повесил его на шею и тяжело посмотрел на меня.

— Это значит, что после такого боя никому из нас не повредит немного отдохнуть, Виктор, — ответил он ровно. — Как командир, ты должен это трезво осознавать.

Я нахмурился, заставив себя осмотреть группу.

Критический анализ ситуации оказался не в мою пользу. Солдаты СБРИ стояли, тяжело опираясь на стволы винтовок или привалившись спинами к деревьям. Форма насквозь пропиталась потом и гарью. Командир расстегнул тяжелый бронежилет, пытаясь восстановить дыхание. Даграль вообще рухнул на один из плетеных травяных мешков, бросив секиру рядом, и массировал покалеченную ногу. Шая выглядела смертельно бледной после того, как я вытянул из нее солидную долю энергии.

Да и сам я, если оценивать объективно, находился на грани. Мышцы дрожали от перенапряжения, резерв психеи болтался на нулевой отметке. Состояние отряда больше напоминало последствия того, если бы нас привязали тросом к бамперу автомобиля и проволокли по асфальту на скорости около ста километров в час. Ну, или как минимум просто спихнули с пологой горы, и мы катились по камням до самого ее основания.

В таком положении оставалось только развести руками и согласиться с тем, что коротким приключением этот поход тоже не станет. Как там было? Вошли и вышли? Увы, но придется сделать привал и ждать, пока местное руководство в лице неизвестной Лесной Матери соизволит с нами поговорить.

Уходить без скрижали бессмысленно, раз мы уже здесь.

— Привал, — скомандовал капитан, не дожидаясь моих указаний.

Бойцы с облегченным выдохом начали стягивать тяжелую экипировку. На траву полетели бронежилеты, разгрузочные системы, шлемы и респираторы. Оружие аккуратно складывали рядом с вещами, держа под рукой.

— В воду лезем по очереди, — добавил офицер. — Трое в дозоре, остальные отдыхают. Потом меняемся. Граф, вас это не касается, можете идти первыми.

— Да хрен с ним, сомневаюсь, что тут нужен дозор, ныряйте все, — отмахнулся я.

Бойцы глянули на своего командира, тот в свою очередь пожал плечами, но затем махнул руками, мол, ну раз сказали, то ладно, поступайте, как знаете.

А ведь действительно, если задуматься, то какая тут нам могла грозить напасть? Дриады накинуться? Так даже если будет дозор, то здоровые зеленокожие амазонки при желании смогут нас порешить быстрее, чем мы скажем «ау».

Стянув с себя пропахшую потом и кровью мутантов одежду, я остался в белье и подошел к кромке озера, в котором вода действительно манила своей кристальной чистотой.

Не раздумывая долго, я шагнул в озерцо.

Температура оказалась идеальной. Не обжигающе горячая, как в правительственном джакузи, и не ледяная, как в горных источниках. Она обволакивала тело приятным теплом. И стоило мне погрузиться по грудь, как по мышцам пробежала волна расслабления. Спазмы в спине и плечах начали отпускать, молочная кислота словно вымывалась из тканей.

Рядом раздался всплеск. Шая зашла в воду, блаженно прикрыв глаза, и погрузилась по самую шею. Следом с кряхтением плюхнулся Даграль, не снимая поддоспешника. Спецназовцы тоже стали заходить, а тот здоровенный, который вынес двери в подземелье дварфов, снова сумел выделиться.

После напряженного боя он, словно маленький ребенок, которого явно берег в душе, разогнался со всех сил и с криком «бомба-а-а-а», сиганул в озеро, поджав ноги в коленях и обхватив их руками, приобретя форму несуразного булыжника.

Но, будем честны, как много суразных булыжников вы вообще видали в своей жизни?

Волна и брызги от падения бойца накрыли каждого из нас и поляну залило не только водой, но и искренним смехом.

Мы, как это было модно говорить в моем мире незадолго до смерти, чиллили в воде минут пятнадцать в полном безмолвии. Физическое восстановление шло удивительно быстро. Я закрыл глаза, запрокинув голову и старался просто ни о чем не думать, наслаждаясь моментом.

— Как вы себя чувствуете?

Голос раздался совершенно внезапно. Мягкий, мелодичный, с легкими грудными нотками, он прозвучал совсем рядом, у самой кромки воды. Ни хруста веток, ни звука шагов перед этим не последовало.

Я резко открыл глаза, рефлекторно напрягая мышцы, и повернул голову.

На берегу стояла женщина.

Она кардинально отличалась от тех воительниц, что мы видели на опушке. Ее кожа имела светло-зеленый оттенок, почти человеческий, но с явным растительным пигментом. Черты лица были невероятно тонкими, аристократичными и безупречно правильными. Крайне красивая, женственная и утонченная фигура лишена гипертрофированной мышечной массы. На голове покоился аккуратный венок из живых белых цветов.

Ох уж эти дриады, черт бы их побрал. И откуда