Руса. Покоритель Вавилона - Игорь Леонидович Гринчевский

Ну что же, «слонобои» у нас теперь есть. Просто одноразовые!

* * *

К статам с прошлой главы добавился пистолет и деревянная пушка.

Глава 26

«Победа куется в тылу»

— Кар-раул! Тр-ре-вога-а! Пир-ра-ты на гор-ризонте! — вдруг заорал Пират.

— Йохан, твоему попугаю, кажется, голову напекло! — весело заметил Боцман, предварительно осмотрев окружающее море. — Какие пираты? Вокруг только рыбаки, что они могут нам сделать? Да и зачем? Сам же видел, местные нас просто обожают!

Длинный тоже внимательно осмотрелся и не мог не признать правоту товарища. До самого горизонта можно было насчитать полторы-две дюжины рыбачьих лодок, причем в каждой находилось по два-три человека. Даже если они вдруг объединятся и нападут скопом, «Любимец Ранхи» мог бы отбиться даже в одиночку, причём не задействуя ни скорострелок, ни другого «особого» оружия.

Да и по второму вопросу… Кесеф мечтательно усмехнулся, вспомнив знойных красоток Окелиса[1], активно демонстрировавших свою симпатию не только ему, но и остальным морякам и торговцам.

Чтобы понять причины, достаточно было просто пройтись по городу. Три потрёпанных временем каменных здания, не видевших ремонта уже несколько поколений, семь зиккуратов[2] из необожжённого кирпича, выглядевших ещё более ветхими, несколько сотен кособоких саманных домишек да рыночная площадь — вот и всё «великолепие».

* * *

[1] Окелис — древний порт на Юго-западе Аравийского полуострова, рядом с Баб-Эль-Мандебским проливом, отделяющем Красное море от Индийского океана.

[2] Зиккурат (от аккадского слова sigguratu — «вершина», в том числе «вершина горы») — многослойное культовое сооружение в Древней Месопотамии и Эламе , типичное для шумерской, ассирийской, вавилонской и эламской архитектуры.

* * *

Даже самому невнимательному наблюдателю быстро становилось понятно, что город и порт знавали лучшие времена. И все, начиная от городского начальства и заканчивая последним портовым нищим надеялись, что теперь-то торговля оживёт, а значит, и город разбогатеет.

Тут Длинный усмехнулся, цинично подумав, что основные барыши получат вовсе не местные простофили. Как только порт начнёт приносить серьёзные деньги, здешний царь, наверняка, сменит его начальство на более хватких и приближенных людей. Появятся и новые купцы, богатые и расторопные, которые отхватят себе самые жирные куски. И даже местных проституток потеснят приезжие, привлечённые деньгами моряков и торговцев.

Впрочем, местным тоже достанется благ, но они, как это свойственно людям, будут сетовать на несправедливость жизни, а не благословлять богов за улучшение жизни.

— Дур-рак слеподыр-рый! — продолжала надрываться птица. — Гр-рабят! Пир-ра-аты!

До Йохана вдруг дошло, что лодки, пожалуй, великоваты для пары рыбаков. И почему это рыбаки вдруг свернули ловлю и уселись на вёсла? Рановато ещё для этого! И почему он не видел, как они вытаскивали сети?

— Командир, похоже, мой Пират прав! — громко доложил он.

Будто подслушав, люди, до того лежавшие на дне лодок, перестали прятаться и взялись за вёсла.

— Сигнал кораблям эскадры: меняем курс, держать по ветру! Всем перестроиться в оборонительный ордер! — скомандовал Волк.

Чтобы взять побольше груза, команды кораблей уменьшили. Причём, что удивительно, помимо дорогого индийского шёлка, благовоний и пряностей приказчик Клеомена постарался забить корабли местной пшеницей. Вкус у неё был получше привычной морякам полбы, но всё равно выбор товара не мог не удивлять.

На вёслах тяжелогружёные корабли не могли бы утомить преследователей долгой погоней, а вот под парусами на это можно было рассчитывать. Оборонительный ордер же подразумевал перестроение в две параллельных линии. Если пираты рискнут войтимежду ними — им достанется с двух сторон, поэтому оборону одного из бортов каждого корабля можно ослабить, соответственно усилив другой. Кроме того, корабли Волка, как обладающие наиболее боеспособными и полными командами, заняли места в начале и в конце каждой из линий.

* * *

— И стоило беспокоиться⁈ — как бы для себя пробормотал Боцман, но так, что его слышала вся команда. — Дюжины две лодок, людей и трёх сотен не наберётся, так что перевеса у них нет.

— И луки слабые, а доспехов вовсе нет! — поддержал его Гоплит. — Не понимаю, на что они рассчитывают?

— Если нападать скопом на один-два корабля за раз, перевес будет большой! — философски заметил Полуперс. — Потом можно повторить. И не раз… А про наши сюрпризы они не знают.

— Или имеют свои! — негромко заметил Волк, неслышно подошедший к ним. — Например — зажигательные снаряды. Поэтому я наш корабль и поставил одним из замыкающих. Хочу лично посмотреть. А вы пока скорострелку расчехлите и дробовики приготовьте.

При этих словах все трое оживились. Боцман обожал «скорострелку», а оставшиеся двое постоянно изыскивали поводы пострелять из «громыхалок».

— Пока не подойдут шагов на сорок, огонь не открывать! — распорядился Мгели. — Боцман, а ты обычные стрелы пока в сторону отложи, стрелять будешь «громовыми стрелами» и зажигательными, через одну. А обычными — только когда они все побегут.

Потянулись минуты ожидания. «Пора!» — сказал себе Гоплит и приподнялся над бортом. Глухо бахнул дробовик, и в передней лодке тут же раздались вопли. Крупная дробь успела прилично рассеяться и зацепила пятерых пиратов. Тут же бумкнул ещё один выстрел справа, затем другой — слева. Это уже сам Мгели присоединился.

Но Гоплит не отвлекался на это, отсчитывая про себя секунды и спрятавшись от вражеских лучников за бортом, он торопливо переломил ружьё, поддел донце гильзы специальным выступом на кольце и ловко вытащил. Затем вынул из подсумка[3] новый патрон, зарядил оружие и, приподнявшись над бортом, произвёл новый выстрел.

«Тринадцать секунд между выстрелами. Неплохо, втроём мы почти со скорострелкой сравняемся» — подумал он.

— Боцман, стреляй «громовыми»! — раздалась сзади команда Волка. — Я всё увидел, они «зажигалки» готовят!

* * *

[3] Подсумок потому, что Руса — не охотник, и не сообразил подсказать про патронташи.

* * *

Испытания «деревянных пушек», придуманных эребунской роднёй, оказались успешными. Широкие и толстые лучше всего применять для ближней картечи, средние — для дальней. А вот тонкие и длинные надо будет приспособить под метание артиллерийских гранат. Ещё бы добиться, чтобы запал у них поджигался выстрелом… Ничего, добьёмся, не так уж и сложна эта задача.

Смущал, правда, низкий ресурс изделий. Фактически они получались одноразовыми. С другой стороны — кто заставляет нас возить стволы отсюда? Шаблоны и станки для сверления стволов можно отправить и механикам при войске. Не сейчас, конечно, а когда сами