Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

В тот день Ариэна и ещё три ученицы младшей группы дежурили в Большом Храме. Они должны были следить за тем, чтобы в помещении горели все светильники. Если какой-то гас, его следовало тут же зажечь снова, добавив в маленькую медную чашечку-подставку арома­тизированного масла. Светильники стояли вдоль стен. Узкий проход между стенами и барьером, огораживающим площадку для посетителей, позволял ученицам обходить зал, не тревожа тех, кто пришёл послу­шать проповедь.

Народу на этот раз было много. На улице шёл дождь. Испарения от мокрых одежд и влажный ветер, который врывался в постоянно от­крывающиеся двери, то и дело гасили светильники, так что работы у девушек хватало. Ариэну тошнило от сладковатого запаха масла и раздражало длинное ритуальное одеяние. Она вообще не любила длинные платья, а эта серая складчатая туника с изображением чёрного паука на груди казалась ей особенно неудобной. Тяжёлый серебряный обруч сжимал голову, которая и так разболелась от духоты.

– Правда, он красивый? – шёпотом спросила у Ариэна Силмита.

Эта девушка относилась к ней если и не дружелю6но, то, по край­ней мере, без враждебности.

– Я уже видела Галиана, – продолжала она, не дождавшись ответа. – Но речь его слышу первый раз. Он действительно лучший проповедник. И вообще… Он необыкновенный! Так молод, а уже входит в Высший Совет!

Голос Силмиты дрожал от восторга. Ариэну неприятно поразил странный, лихорадочный блеск её глаз. В ней было что-то одержимое. И не только в ней. Другие две девушки – Аста и Ремела – двигались вдоль стен, как сомнамбулы. Они словно спали с открытыми глазами, и выражение их глаз не на шутку пугало Ариэну. Она испугалась ещё больше, когда заметила, что у многих посетителей точно такие же глаза – горящие, исполненные какого-то безумного восторга. Все взоры были прикованы к Галиану – тонкой чёрной фигуре, которая то сливалась с изображением чёрной паучихи на алтарной стене, то отделялась от него, словно живая тень, явившаяся сюда из этой окру­жённой шестью трещинами пробоины во вселенскую тьму. Он очень эф­фектно смотрелся в своей чёрной, расшитой золотыми нитями тунике. Узкое бледное лицо в обрамлении иссиня-чёрных волос было исполне­но вдохновения. Каждый его жест, казалось, придавал речи ещё боль­ше убедительности. Когда он простирал к толпе правую руку, перс­тень на его пальце, отражая пламя светильников, вспыхивал то баг­ровым, то оранжевым, то зловеще-лиловым. А голос… Мягкий, бархатистый и в то же время звучный, он проникал в самую душу. Ближе к концу проповеди Ариэна почувствовала, что тёплые волны этого го­лоса обволакивают её и, плавно покачивая, несут куда-то вверх, на­встречу сияющей хрустальной звезде… И человек, которому принад­лежал этот чудный голос, вдруг показался ей самым прекрасным на свете. Наверное, она пошла бы за ним куда угодно, даже в огонь… Огонь… Главное – чтобы не погас огонь… Стряхнув оцепенение, Ариэна подлила масла в чашечку светильника, пламя которого уже тревожно трепыхалось, готовое погаснуть. Узкий стеклянный флакон дрожал у неё в руке, голова кружилась от резкого приторного запа­ха. Сладкий, завораживающий голос в сочетании с этим запахом почти одурманил её, едва не лишив воли. Ариэна поставила флакон с маслом на пол и принялась массировать виски, стараясь привести мысли в порядок.

«Да уж, дорогуша, не позволяй светильнику погаснуть, – подумала она. – Тому светильнику, что зовётся разумом. Не поддавайся этому безумию. Лучший проповедник Ур-Маттара умеет воздействовать на толпу, но я ему не поддамся! Я сегодня просто устала…»

Аранхит Галиан догнал её, когда она, едва ли не шатаясь от све­жего воздуха, брела по аллее, ведущей к Мастерским. Дождь только что кончился. На голых, почерневших от влаги кустах ариты дрожали прозрачные капли.

– Ты не слишком легко одета?

Ариэна вздрогнула и обернулась. Этот человек двигался бесшумней зверя. Поверх ритуального одеяния он накинул тёплый шерстяной плащ, подбитый мехом. На Ариэне тоже был шерстяной плащ, только более тонкий и 6ез меха.

– Ты бы хоть капюшон накинула.

– Не люблю, когда у меня что-то на голове, – сказала Ариэна. Выйдя из храма, она тут же сняла серебряный обруч и теперь нес­ла его в руке. – И мне совсем не холодно. Зима здесь теплей, чем осень у меня на родине.

– Да, 3имогорье – самый холодный край, но твоя землячка Зия не кажется такой закалённой, как ты. Не удивляйся, Ариэна, мы всегда хорошо осведомлены обо всех учениках и ученицах Святилища. А уж такой, как ты, воо6ще трудно затеряться в толпе. Ты же здесь един­ственная полукровка. Наверное, это создаёт проблемы?

– Абсолютно никаких, господин.

– Те6я не обижают?

– Нет. Этого я никому не позволю.

– Да, пожалуй, мой вопрос неуместен, – рассмеялся Галиан. – Тебе здесь нравится?

– Здесь интересно.

– Но ты всё равно скучаешь по дому.

– Да, господин. И даже по снегу.

– Через несколько дней северный ветер принесёт снегопад…

Галиан посмотрел на небо. Его красивое тонкое лицо стало задум­чивым и мечтательным. Сейчас он походил не на страстного проповед­ника, а на поэта, сочиняющего любовное послание. У этого человека было много лиц. Разумеется, среди них было и подлинное, и Ариэна вдруг поймала себя на том, что вовсе не горит желанием его увидеть.

– Снег выпадет, – задумчиво произнёс Галиан, – но увы, он и су­ток не пролежит. Скоро праздник Зимнего Солнцестояния. Двадцать третьего я жду тебя в Доме Собраний. Обещаю – будет весело.

– Но я всего лишь младшая ученица…

– Я тебя приглашаю, – Галиан говорил мягко, едва ли не просительно, и всё же чувствовалось, что это говорит человек, привык­ший повелевать. – Надеюсь, ты не обидишь меня отказом?

«А я надеюсь, что ты не очень обидчив», – подумала Ариэна, ког­да аранхит, простившись с ней, свернул на другую аллею.

Она поплотнее запахнула плащ и поспешила к белеющему среди мок­рых деревьев зданию Мастерских. Ей вдруг почему-то стало холодно.

На следующий день Ариэна всё же осуществила свой план. Причём без особого труда. Хорус действительно не заметил, что одно из окон третьего этажа не закрыто на задвижку. А у охранника, который дремал у главного входа библиотеки, даже в мыслях не было, что кто-то может прямо с улицы попасть на самый верхний этаж.

Проскользнув в окно, Ариэна тут же закрыла его и поплотней задёрнула шторы. В библиотеке царила темнота, но девушка захватила с собой охотничий фонарик и огниво – что6ы зажечь лампу в хранилище рукописей. Оно находилось