Ло. Подарок для принцессы - Лолита Моро

— Рассказывай, — мы сказали это одновременно и засмеялись.

Пару лет назад, когда мы вместе учились в Летной школе «Имперские соколы», тогдашние события свели нас с Ваней крепко, наградив побратимством и искренней дружбой. Я вылетела оттуда летчиком четвертого класса, а он выдержал экзамен на первый офицерский чин.

— За любимую сестренку мою! — улыбнулся Иван, протягивая рюмку к моей.

— Со свиданьицем! Мой любимый брат и кэп, — я чокнулась хрусталем о хрусталь по старой традиции.

Ледяная водка обожгла гортань. Я закашлялась. Ваня засмеялся и постучал дружески меня по спине немаленькой ладошкой.

— Можешь, Ло, теперь писать мне письма. Застава Прощальная, корвет «Буйный», капитану Преображенскому в собственные руки, — побратим бросал в рот тарталетки с красной икрой, как семечки.

— Никогда не писала писем, — я мечтательно завела глаза к белым плитам потолка.

— Вот и начинай, — наставительно заявил Иван, переходя от икры к маринованной селедке с луком. Водку лил в стопки уверенно. — Только очень длинные не пиши. Я читать не люблю. Ты почему до сих пор сидишь в четвертом классе? Непорядок!

— Да мне как-то без надобности, — я пожала плечами. Решила не посвящать сурового капитана в свои мелкие испытательные промахи.

— Не работаешь над собой, сестра. Не растешь, — укорил капитан. Добавил начальственных нот в голос. — врешь, к примеру, глупо и неубедительно! Завалила экзамен, так и говори!

Я опешила. Неужели треск, с которым я провалилась на испытаниях был слышен даже на заставе Прощальная? Я застыла с вилкой в руке.

— Ладно, отомри, — усмехнулся Иван, — я утром в сети видал: дочь командора Петрова вылетает пулей из комиссии…

Я потеряла дар речи. Не может быть! в Сети! Мой позор! На все Содружество! Макс узнает! И Август…

— Все-все-все, детка, — Ваня плеснул мне водки, — я пошутил!

Он гладил меня по плечу как когда-то и счастливо хохотал. Тыкал под нос гадко воняющую рюмку.

— Все шутка. Ло! Шутка. Ты совсем не изменилась, сестренка! Вечно изо всякой ерунды заводишься.

Я выдохнула

— Ты откуда узнал

— Да есть один источник, — хохотнул Иван, заговорил в своем любимом стиле размеренно и рассудительно, — успокойся, малышка. Пересдашь, и все встанет на свои места. Ты же умница у меня. Все будет отлично. Как Кей позволил тебе лезть в это дело без надежной подготовки? Куда он смотрит, хотел бы я понимать?

— Не знаю, — я пожала плечами.

Я понятия не имею, куда смотрит мой бывший парень и жених. Теперь, судя по всему, это старая история, и я не хочу в нее лезть. И вспоминать тут нечего.

— Так что там с рахат-лукумом? — мстительно ухмыльнулась я. — я бы про это послушала, Вань.

Он похлопал расстроенно рыжими ресницами. Завздыхал.

— История такая. Посчастливилось этой осенью мне сопровождать халифатский бриг. Вот. Вернее, не так. Случилось в ночь под понедельник на тринадцатое число Буйному засечь в патруле шхуну Есаула. Слышала про такого?

Я слышала. Даже видела разок. Кивнула. Роман Романов по прозвищу Есаул. Про его пиратскую ватагу канонерок не слыхал только мертвый.

Ну так вот, обрадовался я, везет тебе, паря. Знаменитый «Заяц» двигается красивыми галсами, штандарт «Кейзер на борту» вывесил, ётм! Сам Есаул пилит в руки и без охраны. Он парнишка понтовитый. Выделывается постоянно, не хуже Ста принцев, особенно, когда его банда рядом. А тут один, как перст. Заметил нас и в бега. Мой корвет свое имя не даром носит, повис у пиратского корыта на хвосте. Я ему, мол, тормози, стреляю без предупреждения. А он в ответ у меня на борту халифатская принцесса, подстрелишь и сам без башки останешься.

— Ух ты! — восхитилась я, мигом забыв страдать. Не слыхала про такую оперетту.

— Ты слушай дальше, сестренка, — Иван провел рукой над столом, словно время отодвигал. Глядел в пространство перед собой. — Так вот. Я говорю Ромке Есаулу, он ведь из наших, из Усть-Медведицких, донской казак чертов, мол, хорош по ушам ездить. Предъяви принцессу и на прикол вставай! Или открываю огонь и распускаю тебя вместе с принцессой и шхуной на вимпы.

— А он

— А он мне картинку кидает. Селфится, гад. Сам платок черный на морду нацепил, типа, прячется. Хотя зачем, непонятно, его харя во всех ориентировках первая всегда. А рядом, мать честная! Стоит тонюсенькая барышня в шальварах и кофточке с золотыми полосочками. Личико спрятано под занавеской, само собой, только глаза сияют. Но какие! Огромные, иссиня-черные, как небо в новолунье. Я не поверил, не может быть! Откуда у него такая красотища? Если умыкнул из Халифата, то почему я не знаю? Ведь все на ушах стоять должны, Вселенную по винтику перетряхивать. Может быть, врет? Кто их, принцесс этих, видал-считал? Только тамошние Сто Принцев, да и они разве всех девчат упомнят? Или она добровольно с ним сбежала, всякие встречаются женщины на свете, — кэп глянул на меня и подмигнул, — но вариант торпедной атаки «Зайца» отпал сам собой.

— И как

— Да так. Есаул сразу усек, что я наглядеться на красавицу не могу. Ухмыляется так похабненько и говорит, мол, меняемся, Ванек, я тебе принцессу, а ты мне свободу. И не сомневайся, служивый, принцесса она самая настоящая, без подделки. Тебе за нее такую премищу в Халифате выдадут, год гулять будешь в своем родном Зажопинске и на Столицу еще хватит. Я засомневался. Этот джентльмен удачи врет, как колеса мажет. Половину Большого Космоса надул, от того и жив по сей день. Тут барышня глаза подняла от пола. Плачет. Прошептала так тихонько на нашем языке, я едва услышал «Я хочу домой». И все. В смысле, я на все согласился.

Ваня разлил остатки водки, звонко стукнулся рюмкой:

— Вот такие пироги, малышка. Я, разумеется, выдал волшебный пендель Есаулу на прощанье. Скорости придал его знаменитому «Зайцу» маааленькой магнитной торпедкой. Не покалечил судно, ни боже мой, уговор есть уговор. Но в Сети своим награбленным хрусталем он больше не хвалится. Да и фарфором тоже.

Я грызла кожу на мизинце и жалела, и завидовала. Побратим звал меня летом к себе послужить на Прощальную, а я не захотела. Думала, скучно там и темно, дыра захолустная. А у них…

— А принцесса? — я ждала продолжения.

Преображенский вздохнул

— Да не видел я ее больше. Не успел катер с девушкой толком к моим тралам прицепиться, как приперся халифатский консульский бриг. Видела, поди, какие они все расфуфыренные, все в сверкающих огнях и дорогущих оберегах. Шапито! Эта клоунская шнява выкинула штандарт «Территория Ста принцев», перечикеровала разбойничий ялик к своему борту и велела сопровождать себя