Неукротимый Бастард 5 - Сергей Измайлов

— Именно этого я и хотел, — сказал я с улыбкой. Естественно, я обрадовался такому подходу.

— Сразу уточню, — продолжил фон Штайнер. — Называть это полётом пока рано.

— А я уже размечтался, — усмехнулся я.

— Мечтать вам никто не запрещает. Но пока вы умеете лишь создавать управляемое зависание. Полётом это станет тогда, когда сможете осознанно менять высоту и направление движения, сохраняя при этом контроль над другими магическими воздействиями.

— Значит, есть к чему стремиться.

— Именно, — сказал Штайнер, теперь он стал совершенно серьёзным. — Начнём с того, что будем повторять подъём методично. Надо понять, что нельзя пытаться одним мощным потоком ударить себе под ноги, нагрузку следует распределять между несколькими регулируемыми потоками.

Я вспомнил, как пытался делать это раньше, и понял, что мастер прав. До сих пор я действительно поднимал себя одним-единственным потоком и затем пытался исправлять последствия.

— Действуем так, — продолжил фон Штайнер. — Один поток принимает на себя основную массу тела, второй стабилизирует положение, ещё два не дают вам завалиться вперёд или назад.

Я оглянулся на остальных адептов. Каждый выполнял своё упражнение, но при этом многие время от времени посматривали в мою сторону. Один наблюдал с откровенным любопытством, другой быстро отвернулся, едва я встретился с ним взглядом. Третий даже перестал выполнять собственное упражнение, за что тут же получил замечание ассистента. Избежать внимания мне явно не удастся.

Я сосредоточился, сложил пальцы привычным образом и направил ману на контакт со стихией Воздуха. Сложнее всего оказалось одновременно повторить всё, что только что объяснил мастер. Одним потоком я приподнял себя над землёй, вторым попытался стабилизировать положение, ещё несколько тонких потоков направил на удержание тела вертикально.

По ощущениям, оторвался от песка всего на пару дюймов. Опора исчезла, а ноги сами собой напряглись, словно собирались удержать меня на поверхности, которой под ними уже не было.

Почти сразу тело качнуло и потянуло вперёд. Я попытался усилить задний стабилизирующий поток, перестарался и начал отклоняться уже в противоположную сторону.

Да что же такое! Как я ни пытался вернуть тело в вертикальное положение, стало ясно: ещё немного — и шлёпнусь плашмя на песок. Пришлось убрать нижний поток и опуститься.

— Не понимаю, что с вами сегодня происходит, — Вольфганг фон Штайнер слегка вскинул бровь. — До этого вы прекрасно справлялись сразу с несколькими потоками, давали им разную силу и направление.

— Наверное, слишком волнуюсь, — попытался оправдаться я, изобразив виноватую улыбку. — Попробую ещё раз.

— Попытайтесь, — кивнул мастер, складывая руки на груди. — И забудьте о том, что я только что говорил.

Я недоумённо посмотрел на него. Увидев мой взгляд, наставник пояснил:

— Не пытайтесь воспроизвести мои слова буквально. Я объяснил вам общий принцип, а не выдал инструкцию по сборке новой модели астролябии. Почувствуйте, как именно вам самому удобнее распределять потоки.

Я невольно усмехнулся, если бы он знал, насколько удачный пример сейчас привёл, жаль не про шкаф.

Следующая попытка оказалась значительно лучше. Я снова создал основной поток, но теперь не стал заранее распределять остальные по придуманной схеме. Просто позволил себе почувствовать, куда начинает уходить тело, и сразу компенсировал движение.

Сапоги медленно оторвались от песка. Десять сантиметров, двадцать, потом примерно полметра. Внутренности неприятно сжались, будто я стоял на краю крыши небоскрёба.

Тело едва заметно качнулось, и я добавил короткий поток слева, почти сразу понадобилась поправка справа, потом немного вперёд.

Через несколько секунд мне удалось практически полностью стабилизироваться.

— Неплохо, — одобрительно заметил Штайнер, подходя ближе. — Вот теперь вы не боретесь со своими потоками.

— Есть немного, — пробормотал я, стараясь лишний раз не шевелиться.

— Теперь постарайтесь сохранять высоту и стабильность, одновременно удерживая перед собой воздушную линзу.

Вот замечательно! Похоже, мастер решил, что я должен расти не по дням, а по часам. Порой я и сам удивляюсь, на какие чудеса способен, но мои возможности тоже не безграничны.

Я постарался сохранить устойчивость своего пока ещё условного «полёта» и одновременно создал перед собой воздушную линзу. Сразу почувствовал, как внимание разделилось: линзу требовалось удерживать плотной, а положение тела — постоянно корректировать. Даже дыхание начало мешать сосредоточиться.

Почти сразу в защиту полетел вращающийся, шипящий сгусток воздуха. Линза выдержала удар, но заметно дрогнула, а меня самого чуть качнуло назад. Я поспешно добавил стабилизирующий поток и едва не переборщил.

— Не дёргайтесь, — спокойно сказал фон Штайнер. — Малое отклонение не требует большой компенсации.

Легко ему говорить. Я находился над ареной уже около минуты и с удивлением заметил, что потратил на всё не больше четверти запаса маны.

— Теперь движущаяся мишень, — сказал наставник и активировал артефакт.

Справа метнулась тень, фанерный заяц двигался примерно вдвое быстрее, чем в прошлый раз. Я проводил его взглядом, рассчитал упреждение и метнул воздушную сферу. Удар оказался сильнее, чем следовало, в итоге я не только свалил фанерную фигуру, но и разнёс её почти вдребезги. По арене прокатился смешок.

— Порча казённого имущества у нас не приветствуется, — усмехнулся фон Штайнер.

— Приношу извинения, я случайно, — ответил я, продолжая усиливать себя на весу.

— Разумеется, — невозмутимо произнёс Штайнер. — Следующая случайность будет вычтена из вашего довольствия.

Я решил не уточнять, шутит он или нет.

— А теперь, — продолжил тем временем Вольфганг, — не меняя положения, постарайтесь поднять над землёй вон те два диска.

Да чем дальше, тем любопытственнее, как говорила Алиса. С другой стороны. что мне мешает попробовать? Для усложнения задачи мастер положил на один из дисков пару камней и указал уровень, на котором оба должны находиться.

Я осторожно потянулся магией к первой цели. Диск начал подниматься, следом второй. Меня тут же слегка повело вправо, пришлось переключить часть внимания обратно на стабилизацию собственного положения.

Первый диск завис там, где нужно, второй, с камнями, начал проседать. Я добавил силы, но сразу почувствовал, что расход маны сразу вырос. Потом чуть просел первый, исправил его — снова качнуло меня.

Теперь я окончательно понял, почему упражнение кажется простым только со стороны. Одновременно приходилось удерживать себя в воздухе, стабилизировать положение и следить за двумя независимыми целями, одна из которых требовала заметно больше усилий.

Пот выступил на лбу, ноги уже начинали мелко подрагивать не столько от физической нагрузки, сколько от непривычного ощущения постоянного зависания без опоры. Диск с камнями снова пополз вниз. Я попытался удержать его и почувствовал, как запас маны начал уменьшаться намного быстрее.

— Достаточно, — спокойно сказал фон Штайнер.

Я и сам уже пришёл к такому выводу, ослабил потоки и плавно опустился на песок, колени на мгновение