Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

Этельберт заколебался, задумавшись над вопросом. Эсквин собирался возразить что-то резкое, но замолчал, остановленный взмахом руки. Бернар делал вид, будто его этот разговор не касается, но все-таки, как поняла Линетта, как бы невзначай прислушивался.

Вот только палача никто не останавливал. Поняв, что король не успеет принять решение, Ингвар обернулся и крикнул:

— Остановите казнь!

Но было уже поздно. Весело затрещал, занимаясь ярким пламенем, сухой хворост, и Бранд закричал от нестерпимой боли. Пламя разгоралось стремительно, и пока палач метался, не зная, подчиняться ему кесеру или королю, огонь охватил белый балахон казнимого.

Взвыла от восторга разгоряченная толпа, жадно внимая крикам умирающего рыцаря.

— Видишь? — спросил Эсквин, — Порох оборвет его страдания. Скажи, племянник, разве Зверь в тебе не наслаждается ими?

Ингвар покосился на него и готов был что-то сказать.

Но в этот раз его перебила Линетта.

— Что это?!

Вокруг пылающего столба разгорался свет. Странный свет, не имевший ничего общего с пламенем. Яркое золотистое сияние, казавшееся каким-то неуловимо-чистым.

И постепенно собиравшееся вокруг Бранда.

Глава 2. О том, как много значит цвет

«Что происходит?»

«Как такое возможно?»

«Почему?»

Все это вопросы, которыми лучше задаваться в тишине и покое. Усесться у камина, налеть себе хорошего вина и задумчиво размышлять в тиши кабинета.

В тот же момент, когда волшебное, мистическое сияние превращается во взвесь золотых искр, когда эта взвесь сжимается, подобно змее перед броском, а затем обрушивается на все вокруг ударной волной, — в этот момент место размышления должно занимать действие.

В мгновение ока в руках Ингвара зазмеилось черное лезвие демонического клинка. Сделал он шаг вперед, заслоняя собой брата и жену, — и быстрым взмахом рассек воздух перед собой.

Сила столкнулась с силой, когда взвесь золотых искр обрушилась на окутывавшее лезвие синее пламя. И несмотря на столь разный облик, казалась ему эта сила схожей, чувствовал он резонанс.

Как будто сейчас отражал он атаку могущественного демона.

Рассеялись искры, позволяя вновь видеть происходящее. Тут и там лежали отброшенные волной стражники: кто-то стонал, а кто-то и пугающе молчал. Баюкал поврежденную руку дядя Эсквин.

А золотистое сияние сформировалось в образ длинного копья с широким наконечником из сверкающего белого металла. Оно повисло прямо в воздухе, острием вверх, и как раз в этот момент к нему протягивал руку освободившийся Бранд. Остатки белого балахона-санбенито уже догорали, но на теле рыцаря не осталось ни единого ожога, как будто колдовская сила исцелила его на месте.

И в тот момент, когда пальцы сомкнулись на древке, трубный голос разнесся над площадью:

— Эормун избрал тебя!

Дожидаться реакции толпы Ингвар не стал. В тот момент самым важным было перехватить инициативу.

— Преступник освободился! Защищайте короля!

Крикнув это, кесер резко бросился вперед, на ходу отдавая команду демону-мечу. Десять призрачных клинков возникли над его головой, устремившись в атаку вперед него.

И Бранд отбил их все.

Вертелось в его руках магическое копье, и в воздухе перед ним формировался золотистый купол щита. Достигая его, призрачные лезвия рассеивались во вспышке синего пламени. Мгновение, и Ингвар преодолел незримую границу.

И показалось ему, что он вдруг оказался в Бездне.

Меч и копье столкнулись, высекая искры, — синие искры демонских чар и золотые — той странной энергии, что использовал Бранд. Ингвар наседал, обрушивая удары со всех сторон, но постоянно отступая, Бранд удерживал его на расстоянии. Пользуясь преимуществом длины копья, он пресекал любые попытки кесера приблизиться.

В скором времени Ингвар был вынужден остановить натиск, чтобы немного отдышаться. Секунды вынужденной передышки он употребил на то, чтобы оглядеться и оценить обстановку.

Линетта и Этельберт были целы и невредимы, — это хорошая новость. Увы, на этом хорошие новости заканчивались. Деморализованные услышанным и увиденным, многие стражники не спешили что-то предпринимать. Среди тех немногих, кто остался боеспособен, половина выполняли приказ защищать короля самым очевидным и буквальным способом — выстроившись между ним и источником угрозы, выставив щиты и уперев копья в землю. Другие силились навести порядок в толпе горожан.

Что, пожалуй, было необходимо, поскольку толпа бесновалась все больше.

А между тем, передышка закончилась. Припав на секунду к земле, Бранд сделал далекий выпад копьем, и теперь уже Ингвар вынужден был отступать, парируя как сам удар, так и сопровождавшую его вспышку колдовской энергии. Сила сталкивалась с силой, но не успел пока демонской клинок накопить её достаточно после схватки с демоном-нетопырем.

Раскручиваясь в руках рыцаря, копье походило на длинный столп сияющего золотого света. Силу его, казалось, мог ощутить даже простой человек, наблюдавший за схваткой.

Но едва ли простой человек мог понять, что это была за сила.

Синее пламя демонских чар лишь едва уловимо оттенило золотой свет колдовского копья, но этого хватило, чтобы рассеять ударную волну и сохранить жизнь и здоровье. Отброшенный назад, Ингвар почувствовал, как ноги его скользят по мостовой. Дистанция вновь разорвалась, и самое время было менять тактику.

— Волк!

Проклятая тень покинула кристалл в его четках, незримо скользнув вправо. Одновременно с этим Ингвар начал неторопливо двигаться вокруг противника, обходя его слева. Постепенно стражники начинали приходить в себя, и скоро к нему должно было подойти подкрепление…

Если раньше на него не кинется толпа.

Сгустилась проклятая тень, воплощаясь в форме черного волка с синими глазами. Глухо зарычав, демон бросился на Бранда, и тот сделал ровно то, что сделал бы любой опытный охотник на его месте: упер копье в землю, давая зверю самому насадить себя на острие за счет инерции движения.

В то же самое мгновение Ингвар атаковал. Пока копье Бранда было сковано телом Волка, кесер сократил дистанцию. Одним прыжком перемахнув через древко, он обрушил на противника удар меча…

И в этот момент пространство вокруг как будто подернулось рябью.

Ингвар не в первый раз падал в Бездну и хорошо знал это ощущение, когда будто тысячи мельчайших иголок впиваются в каждую клеточку тела. Однако вот уже пятнадцать лет не бывало с ним такого, чтобы он оказался здесь ненамеренно. Изучавший тайны колдовства, крупицы знания, накопленные различными народами, он мог смело претендовать если и не на то, чтобы тягаться с колдунами времен Правления Зверя, то по крайней мере на то, чтобы не бродить вслепую по лабиринтам Тьмы.

Однако сейчас он провалился туда именно ненамеренно. В тот момент, когда демонской клинок должен был вонзиться в тело Бранда, пространство скрутилось спиралью.