Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов

Однако я не позволил слезам окропить гальку под нашими ногами. Слёз сегодня пролилось чересчур много.

— Нет. Не надо… — с улыбкой в тоне прошептал я, крепче прижимая к себе девушек и невольно вдыхая запах их волос. — То было в прошлом… В далёком прошлом.

— Х-А-А-Р-РР-Р-Р-Р-Р-ЗЯ-Я-Я-Н…

Вой Грации внезапно оглушил округу.

Ни я, ни Фьётра, ни Искрида просто не успели что-либо сделать.

— Х-А-А-Р-РР-Р-Р-Р-Р-ЗЯ-Я-Я-Н… Ж-И-И-И-И-В-В-В… Х-А-А-Р-РР-Р-Р-Р-Р-ЗЯ-Я-Я-Н… Н-Н-Н-Н-Е-Е-Е-Е-ЕЕЕ… У-У-У-У-Р-Р-Р-ШЕЕЕ-Л-Л-Л…

Не прошло мгновения, как наша троица, под тихий смех Истры, Зеантара и Бездны очутилась на земле, а голова оцелоты то и дело стала мягко, но необычайно быстро ударяться о мою грудь.

— Х-А-А-Р-РР-Р-Р-Р-Р-ЗЯ-Я-Я-Н… Ж-И-И-И-И-В-В-В… Ж-И-И-И-И-В-В-В… Ж-И-И-И-И-В-В-В…

— Хватит! Слезь с него, блохастая! — Руна беззлобно прикрикнула на хищницу и всячески попыталась оттянуть ту за ухо в сторону. — Ещё пара таких выходок и живым он быть перестанет. Не хватало, чтобы ты его добила. Кыш от него! Кыш-кыш!

— БРАТ…

— ПЛЕМЯШ…

— РАНКАР…

— ВЛАД…

— БРАТ…

— РАНКАР…

— ПЛЕМЯННИК…

Крики прозвучали друг за другом, но почти одновременно. Я вновь не сумел что-либо сделать. Даже не успел встать с земли. Остатки сил испарились после радости Грации. Потому я не придумал ничего лучше, как попросту лежать там, где и упал.

Не успел я опомниться, как перед глазами замаячили лица. Много лиц. Очень много лиц. Кто-то навис надо мной. Кто-то стоял в стороне и не мог поверить в увиденное, а кто-то счастливо улыбался. Кто-то даже захотел поднять меня. В какой-то момент я перестал противиться происходящему и просто поплыл по течению.

Аллейда, Пал, Зеантар, Бездна, Мелисандра, Валери, Морриган, Имания и Дэймон отчего-то стояли в паре-тройке шагов и не сводили с меня встревоженных глаз, периодически фонтанируя эмоциями.

Матвей, Тар и Фларас были теми, кто попытался мне помочь встать. Ас-Ннай же носился вокруг, как курица-наседка над драгоценным и единственным высиженным цыплёнком.

— Аккуратней! — прикрикнул он на парней. — Это же мой горячолюбимый племянник. Это же ваш брат. Аккуратнее, я сказал! Вы разве не слышите меня, а⁈ Расступитесь! Пропустите Валери и Тэю. Пусть они его осмотрят!

— Не надо… — пробормотал невнятно я, отказавшись от магии исцеления. — Я цел… просто… просто жутко устал…

— Он устал! — вновь закудахтал неугомонно Зиул, продолжая носиться по округе. — Воздух! Ему нужно больше воздуха! ДА РАССТУПИТЕСЬ ЖЕ ВЫ!

Вслушиваясь в оголтелые вопли архидемона Жестокости, на губах вдруг заиграла весёлая усмешка. Не знаю, почему, но в груди образовалось доселе неизвестное тепло к тем, кто сейчас окружал меня.

Тэйн, Рамас, Илай и Эйсон находились совсем рядом и в любой момент готовились сменить Матвея, Флараса и Тара на посту так называемых «помогаторов». Чтобы стереть тревогу и потрясение с их лиц, пришлось подмигнуть всей их компашке разом.

Фьётра, Искрида, Кайса, Сиана и Серинити сопровождали меня почти на всём пути до врат. Мой взгляд то и дело встречался с ними. Сейчас они были безмолвными. Однако в том безмолвии крылось много чего. Слишком много невысказанного.

Однако скоро… скоро всё изменится. Очень скоро.

Волнение окружающих сменялось радостью.

Тревога перевоплощалась в облегчение.

Крики сменялись робким смехом.

Счастье оказалось хрупким. И каждый присутствующий боялся его спугнуть.

Сейчас никто до конца не понимал, что со мной случилось и чем именно всё закончилось. Впрочем, я и сам не осознавал, каким именно будет моё будущее. И лишь самое явное умозаключение отныне витало в мыслях, когда я смотрел на тех, кто пребывал рядом: как прежде уже не будет.

В одно из таких мгновений я встретился взглядом с Руной, которая шла рядом с Грацией. Я увидел её умиротворённую улыбку. Увидел радость. Увидел спокойствие. А она увидела то, что таилось в моей душе, и с теплотой в тоне озвучила те самые мысли.

«Твой путь до родной гавани окончен…»

* * *

Альбарра.

На руинах Края Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Общий чертог.

Год спустя…

Над искалеченным Краем Соприкосновения уже давно не клубился огонь. Однако даже год спустя воздух здесь сохранял едва уловимый запах гари, смрад палённой плоти и несмываемую вонь протухшей крови. Общий чертог был неестественно тих. Совсем недавно тут собирались двенадцать могущественных оберегов. Двенадцать существ, которые правили необъятным мирозданием. Личности, которые считали себя бессмертными и сильнейшими под имеющимися Небесами. По щелчку пальцев они уничтожали любых врагов и недругов.

Под сводами гуляло непривычное эхо. Прежде чертог давил величием. Теперь же его громадные размеры лишь подчёркивали, как мало осталось тех, для кого он был построен. Они убивали и благословляли. Они правили и манипулировали. Однако одна несгибаемая сущность, судьба-злодейка и кровопролитная бойня всё расставили по закономерным местам.

Четыре пантеона.

Двенадцать божеств.

Двенадцать престолов.

Бесчисленное количество паствы.

Когда-то все троны излучали катастрофическую мощь. Они фонтанировали силой. Сейчас же большая часть из них превратилась в безжизненный и потрескавшийся скульптурный камень. Из двенадцати престолов мерным, но тусклым светом сияли лишь четыре атрибута власти.

Из двенадцати оберегов уцелели только четверо — Темида Справедливая, Фрея-Ванадис Дарующая, ХеймдалльЗлатозубый и ТиаматМноголикая. Вот только выжить им удалось лишь благодаря чуду и огромным жертвам. Даже уцелевшие места больше не выглядели символами абсолютной власти. Их свет дрожал, временами почти угасая, и отражался в выбоинах на полу тусклыми ломаными бликами.

Танатос пал в бою с Демоном Великой Сотни.

Две предательницы в лице Бастет и Иштар по заявлениям свидетелей были убиты им же.

Ареса и Видара прикончил Аббадон.

Гор умер под ударами яростных молний хранителя Земли.

Нергала развоплотил Убийца Богов.

Анубис же не сумел сдержать натиск Аллейды Благословенной.

Каждый из оберегов в необъятной степени предал друг друга. Каждый был повинен в случившемся. Каждый обязан был нести ответственность за произошедшее. И они несли. По крайней мере… теперь.

Слова о вине здесь давно перестали быть пустым признанием. Погибшие престолы окружали оставшихся безмолвным напоминанием о цене их решений. Уцелевший квартет до сих пор залечивал раны. Никто из них не пришел в норму после краткой, но катастрофической резни. И придут они в себя еще не скоро. Вера многих разумных в них пошатнулась. Теперь на Альбарре формировался новый порядок. На обломках старого мира образовывалась следующая эпоха. Многотысячелетняя Эпоха Оберегов сменилась Эпохой Опустошения.

Такое название ей дали те, кто уцелел. Такое название ей дали свидетели той страшной бойни, в которой сгинули миллионы разумных. На развалинах старого мира и столицы четырёх пантеонов образовалась Пустошь. С того