Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов

Эпоха Опустошения.

Четверо оберегов долго сидели в тишине. Возможно, слишком долго. С момента злополучной бойни это был второй раз, когда они сумели собраться именно в таком составе.

Темида сидела прямо, но пальцы её были сцеплены сильнее обычного. Тиамат задумчиво водила когтем по трещине на подлокотнике. Хеймдалль не отрывал взгляда от пустых престолов, а Фрея смотрела в пол, словно видела там не камень, а что-то… иное.

И на то имелась важная причина.

— Как продвигаются дела? — над сводами общего чертога раздался заметно хриплый голос Хеймдалля.

Его вопрос прозвучал буднично, почти мирно, однако в опустевшем чертоге подобная забота казалась непривычной. Особенно после тех склок, ссор и угроз, когда они собирались тут всем числом.

После опустошения Аронтира извечно ехидный, коварный и до жути циничный оберег стал другим. Совсем другим. Впрочем, изменился он не только внутренне, но и внешне. Грива золотых волос исчезла и превратилась в нечто крайне короткое. Лицо, горло и часть груди испещряли глубокие тёмные шрамы, а в правом глазу зияла… пустующая глазница. Наверное, из выживших оберегов бог Света переменился и пострадал сильнее прочих.

— Я слышал, что вы обе неплохо справляетесь? Образовали альянс, как-никак. Работаете сообща… — совсем тихо добавил он, обращаясь к чуть приободрившейся Темиде и Тиамат. — Помощь не требуется? Если что-то нужно, то обращайтесь. Чем смогу, тем и подсоблю.

Прежний Златозубый наверняка сопроводил бы предложение колкостью. Нынешний произнёс его без усмешки и отвёл взгляд, будто ещё не привык говорить искренне. Справедливая и Многоликая понимающе переглянулись, а после благодарно кивнули северянину.

— Спасибо за предложение, Хеймдалль, — благодушно отозвалась Тиамат. — Если что-то потребуется, то мы обязательно обратимся.

— Это правда, что на Иерихоне творится невесть что? — вопросила заинтересовано Темида, взглянув на северянина.

— Это мягко сказано, — поморщился нехотя мужчина. — Полнейшая анархия. Там стали водиться те, кто сами отныне именуют себя богами. Хоть главы великих сил и пытаются взять ситуацию под контроль, но выходит у них скверно. К сожалению, если всё пойдет по наихудшему сценарию, то нам четверым придётся вмешаться.

— Вмешаться, — негромко повторила Темида. — Только на этот раз прежде спросить себя, имеем ли мы право решать за целый мир.

Хеймдалль посмотрел на неё уцелевшим глазом и медленно кивнул.

— Какие же иерихонцы глупцы! — разочарованно покачала головой Многоликая. — У нас с Темидой нет никакого желания наводить порядок еще и там. Аронтир всё еще на этапе перестройки. Количество паствы уменьшается. Огромное количество разумных становятся отрекшимися. Многое и так идёт из рук вон плохо, а они вздумали баламутить и без того мутный океан.

— А что… иномирцы? И о каком посланнике вы говорили ранее?

Резко образовалась тишина. Бог Света озвучил тот самый вопрос, который и стоял на повестке дня.

— Бездействуют, — Темида заговорила после недолгой паузы. — Они не вмешиваются. Пространственная крепость закрыта. Сейчас проход на ту сторону есть лишь у горстки избранных. Я и Тиамат недавно снова пытались связаться с хранителями, но до сих пор толком ничего не было ясно. Однако сегодня к нам пришла весть, что прибудет некто, который многое объяснит.

— О каких именно избранных идёт речь? — вдруг насторожился Хеймдалль.

— Их немного. Да ты и сам их знаешь, — пробормотала задумчиво Многоликая. — Сиана Аванон и отрекшаяся Кайса Ксант. Новоявленная королева Фронтира Велеста и её советница Тэя. Те же Хаззаки и зачастую компанию им составляет молодая наместница Танебриса — Серинити.

— Как понимаю все те, кто так или иначе очень тесно связан… с ним. О нём, что-нибудь слышно? Его видели после Опустошения Аронтира? Ходили слухи, что он мёртв…

Впервые с момента появления в общем чертоге до сих пор помалкивающая Фрея вступила в разговор с оберегами, между делом поднимая непроницаемый взор на окружающих. Имя не прозвучало, но каждый понял, о ком идёт речь. По залу прошла едва ощутимая волна напряжения. Тиамат перестала касаться подлокотника, а пальцы Темиды дрогнули.

После прозвучавшего вопроса образовалось странное молчание. Однако оказалось оно необычайно кратким.

— Если молва не лжет, то да — Опустошитель Аронтира возвращался на Вечное Ристалище совсем недавно. И да, он жив, — тишину разрушила Справедливая. — Он побывал в доме Аванон и в доме Ксант. Заглянул в Танебрис, а после некоторые охотники видели его верхом на черном звере во Внешних Землях. Складывается впечатление, что парень… торопился или же не мог задержаться.

— Не хотел или не мог? — тихо уточнила Фрея.

— Этого мне неведомо, — ответила Темида. — Но никому из встреченных он не угрожал. Даже не говорил с ними.

— Почему он ушёл?

……

— Почему не добил нас?

……

— Почему сохранил нам жизни?

……

— Почему не взял под контроль всё Вечное Ристалище?

……

— Он же мог!

……

— Так почему он просто… исчез⁈ Почему просто… ушел⁈

Именно Хеймдалль был тем, кто озвучил те самые предательские мысли, которые уже целый год терзали выживших оберегов. С каждым вопросом голос Златозубого становился громче, но ярости в нём не было. Лишь изматывающее непонимание существа, который целый год ожидал кары и так и не сумел поверить в её отсутствие. Вот только ответов на столь мучительные вопросы никто, увы, не знал.

Да, уже больше года человек по имени Ранкар Безродный с пугающим прозвищем Опустошитель просто-напросто испарился. После бедствия, прозванного ОпустошениемАронтира, Демон Великий Сотни действительно исчез без каких-либо объяснений. А те, кто мог знать хоть что-то молчали.

И лишь самый отъявленный глупец посмел бы тронуть тех, кто был тесно связан с Последователем Проклятых. Потому как всё Вечное Ристалище своими глазами видело, как он собственноручно истреблял могущественных оберегов. Этого негласного запрета никто не устанавливал. Он родился сам собой — из страха, стыда и бедствии, поглотившем Аронтир.

Квартет оберегов еще на протяжении нескольких минут размышлял над словами Златозубого, но тихий гул, который превратился в нарастающий стук, заставил их одновременно взглянуть на пелену, которая расступилась перед пожаловавшей пятеркой.

Стук оказался шагами. Они звучали размеренно и отчётливо. По полу поползло мягкое серебристое свечение, и защитная пелена раскрылась, пропуская гостей.

Четверо из них были отныне единственными уцелевшими отмеченными после Опустошения Аронтира. Последняя из стана жриц Темиды — Кристальная Ведьма Вивиан. Предводительница теперь уже всех почивших небесных воительниц — Арнлейв. Гвиана Шагающая-по-Пеплу — оказалась той, кто несла