Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Пораженные рабочие отлетели назад, сметенные невидимым прессом. Они рухнули на песок, схватились за животы и закричали, корчась на земле.

— Работаем! — гаркнул командир.

За моей спиной захлопали выстрелы. Резиновые пули били по телам тех, кто пытался обойти нас с флангов. Зараженные спотыкались, падали, но снова пытались подняться.

Шая двигалась рядом. Эльфийка короткими пассами рук создавала плотные воздушные толчки, сбивая с ног самых прытких. Даграль орудовал секирой, как огромной кувалдой. Дварф с кряканьем обрушивал обух на грудные клетки зараженных, впечатывая их в песок, не давая шанса подняться. Я понимал, что хоть мы и старались работать без летального исхода, но после того, как в грудь врезается обух такого топора, обойтись парой сломанных ребер точно не удастся.

Я делал шаг за шагом, чувствуя, как руки дрожат от напряжения. Жар раскаленного воздуха смешивался с жаром магии в венах.

Еще одна группа рабочих кинулась на перерез. Я стиснул зубы, собирая волю в кулак и выдал новую широкую волну психеи. Энергетический шквал разорвал воздух. Паразиты внутри людей вспыхнули и толпа с воплями повалилась на землю, катаясь по песку и хватаясь за головы.

Мы продвигались вперед, оставляя за собой корчащихся, но живых людей.

До черного проема гробницы оставалось десять метров.

Толпа зараженных редела.

Я вытер мокрый лоб тыльной стороной ладони.

— Прикрывайте! — крикнул я, ускоряя шаг.

Мы подошли вплотную к стене. Перед нами зияла расщелина, из которой медленно сочился остаточный черный туман.

Вблизи проем оказался массивной каменной плитой, лишь слегка сдвинутой с места египетскими гидравлическими клиньями. Зазор составлял не больше ладони.

Я протиснулся к самой щели. Воздух оттуда тянул могильным холодом и тысячелетней сыростью, резко контрастируя с жаром пустыни.

— Навалились! — приказал Даграль.

Дварф уперся плечом в каменную плиту. Двое самых крупных бойцов СБРИ встали рядом, упираясь берцами в грунт.

— Давай! — рявкнул командир.

Мышцы затрещали от натуги. Солдаты захрипели, толкая многотонный камень.

Камень дрогнул. Раздался громкий скрежет, от которого заложило уши. Плита медленно поползла в сторону, освобождая проход шириной в плечи взрослого мужчины.

В лицо ударил плотный запах пыли и стоячего воздуха, а внизу клубилась абсолютная тьма, проглатывающая свет солнца.

— Заходим, — бросил я, выхватывая тактический фонарь.

Я шагнул в черный зев гробницы, и мрак древнего подземелья поглотил нас целиком.

Глава 13

Подошвы ботинок ударились о твердую поверхность.

Едва мы оказались внизу, как вокруг ног тут же взметнулись клубы черного тумана. Он стелился по самому низу, обтекая ботинки и медленно закручиваясь в воронки при каждом нашем шаге. Субстанция казалась маслянистой, но не издавала ни звука и не имела запаха. Просто молчаливое, вязкое море тьмы высотой по щиколотку.

Дышать здесь было тяжело. Воздух спертый и тяжелый, тысячелетиями законсервированный под землей и лишенный какой-либо циркуляции. Словно зашел в наглухо запертый склеп. Я сглотнул, чувствуя, как пересохшее горло царапнула сухая пыль.

— Периметр! — вполголоса скомандовал командир группы СБРИ.

Отряд мгновенно выстроился в оборонительный порядок, перекрывая сектора обстрела.

Вспыхнули лучи фонарей и конусы белого света ударили в пространство перед нами, пытаясь рассеять мрак.

Но свет в этом месте вел себя странно. Он словно вяз в воздухе, отказываясь пробивать темноту дальше, чем на пару десятков метров. Лучи скользили по грубой кладке стен, выхватывая неровности камня, но коридор впереди оставался поглощенным тенью. Обычная человеческая техника справлялась с местной атмосферой откровенно скверно. Никакой прямой опасности в освещенном секторе не наблюдалось.

— Шая, — позвал я негромко. — Свет.

Эльфийка выступила на шаг вперед, подняла левую руку на уровень груди и плавно развернула ладонь вверх. На кончиках пальцев вспыхнула яркая, но не слепящая искра.

Секунда, и искра разрослась в шар золотистого света. Шая мягко толкнула сферу вверх. Сгусток эльфийской магии беззвучно взмыл под самый потолок, зависнув над нашими головами метрах в двух от пола.

И только теперь мрак неохотно отступил, обнажая масштабы строения.

Что ж, перед нами открылся туннель. Широкий, с не очень высокими сводами. Мы стояли в самом начале этого прохода, и он уходил вперед ровной линией, насколько хватало глаз. Стены были выложены из грубо отесанных прямоугольных блоков. Никаких изысков, никакой лепнины или украшений.

А под ногами все так же бесшумно перекатывался океан черного тумана.

— Двинулись, — сказал я, делая первый шаг во тьму.

Мы пошли по коридору, сохраняя плотный строй. Шар света послушно плыл над нами, синхронизируясь со скоростью Шаи и раздвигая границы видимости.

Я шел и внимательно осматривал то, что выхватывал свет. И чем дальше мы продвигались, тем сильнее меня настораживало то, что я видел. Вернее то, чего я здесь в упор не видел ни обычным зрением, ни в магическом спектре.

Я шел ровным шагом, водил стволом пистолета из стороны в сторону и внимательно осматривал то, что выхватывал свет магической сферы. Мой мозг, за годы работы привыкший цепляться за малейшие детали на месте происшествия, сейчас работал в режиме усиленного анализа. И чем дальше мы продвигались по этому бесконечному туннелю, тем сильнее меня настораживало то, что я видел.

Вернее, то, чего я здесь в упор не видел.

Туннель был абсолютно пуст.

Если исходить из простой логики, то в любом древнем подземном комплексе такого масштаба обязательно должны быть следы присутствия. И дело тут не в мистике, а в банальной биологии и физике.

Если это место веками служило убежищем для каких-нибудь подземных тварей, пол должен быть усеян органическими остатками. Обглоданные кости, засохшие куски хитиновых панцирей насекомых, высохший помет, следы когтей на камне, въевшиеся темные пятна от крови. Жизнь, даже самая искаженная и мерзкая, оставляет после себя мусор. Да хоть бы трухлявые скелеты!

Здесь же не было ни единой косточки. Пол под черным туманом оставался чистым насколько это возможно.

А если предположить, что это коридор с ловушками, подобно тем, что мы проходили в Торне? Тогда где отверстия в стенах, откуда должны вылезать дротики? Где истлевшие скелеты или остатки снаряжения тех неудачников, кто попытался сунуться сюда до нас и остались здесь на веки вечные?

Ничего.

Даже стыки между массивными каменными блоками стен не поросли не паутиной, не то плесенью.

Именно эта неестественная стерильность напрягала меня сейчас куда больше, чем если бы на нас из-за угла с ревом вывалилась орда зараженных. В хаосе боя все просто и понятно: вот угроза, вот мишень,