Джозефина вычисляет вероятности - Нова Макби

– Хочу послушать, как ты считаешь до десяти, милая. В память о старых добрых временах.

– Один… два… – Я считаю медленно, и с каждым числом молюсь, чтобы моя смерть была не напрасна: что файл отправлен, вычисления сойдутся, полиция поймает Селию и положит конец торговле людьми.

– Восемь… девять… десять. – Когда я останавливаюсь, ничего не происходит. Никто не спускает курок. Тринадцать… четырнадцать…

Через 15 секунд я открываю глаза и оборачиваюсь. Селия исчезла без следа!

На 36-й секунде полиция вламывается в комнату. Меня находят в углу, где я бормочу одно и то же: «Она меня отпустила».

Третий час хожу кругами по гостиной у себя дома в ожидании новостей и размышляю над тем, что произошло. Откуда Селия узнала, что мы на выставке? Почему она меня отпустила? Чем дольше длится ожидание, тем глубже въедаются в меня слова Селии: «Я всегда на шаг впереди».

Когда полицейские нашли меня, то проводили через шесть кварталов, в радиусе которых все было перекрыто. Все правоохранительные органы Шанхая ищут Мадам.

Раздается стук в дверь. Кай спрыгивает с дивана. Входят агент Бай и братья Сан. Их удрученные лица заранее говорят мне то, что я не хочу услышать.

– Мадам сбежала.

– Как вы могли ее упустить?

Мое сердце сжимается. Меня начинает тошнить. Я злюсь. Все молчат. Я бью кулаком по столу.

– Феникс, там все было оцеплено. Она никак не могла сбежать, – говорит мастер Сан.

– И тем не менее сбежала!

Снова начинаю ходить кругами. Я чувствую себя загнанной в клетку, запертой в ящике без кислорода. С каждой секундой ящик становится все меньше и все теснее.

Разве я не знала, что они будут здесь? Что ты будешь здесь?

– Если мы упустим Мадам, то я потеряю все, ради чего старалась!

– У тебя есть доступ ко всем ее счетам.

– Да кому сдались ее деньги? Она изменит внешность и документы и начнет все сначала!

– Феникс, нам нужны твои способности, чтобы найти Мадам, – говорит агент Бай. – Отследи ее местонахождение. Если мы выявим источник, который она использует, то сумеем вывести ее на чистую воду и поймать.

Мысленно перебираю 98 имен и направлений. И выдаю список.

– Не торопись! – прерывает меня агент Бай. – Детектив Хансен – мастер по отслеживанию чего угодно.

– А мы что можем сделать, Феникс? – спрашивает мастер Сан.

Все ждут, чтобы я отсеяла маловероятные переменные и нашла логичную начальную точку. В конце концов, именно я лучше всех знакома с Мадам. Именно у меня есть дар.

Но когда я начинаю вычислять новый план, с числами случается заминка. Уравнения, предсказывающие, куда направится Мадам и что она будет делать, постепенно исчезают, и в конце концов мой ум словно чистый лист.

Волны ужаса набегают на совершенно неизведанные берега. Есть только одно убедительное объяснение для внезапной остановки вычислений – и этого не может быть. Никогда.

Кай считывает выражение моего лица и отвлекает остальных от меня:

– А гостиницы?

– Интерпол прочесал все гостиницы в Шанхае. Без толку, – отвечает агент Бай. – Мое агентство тоже ничего не нашло. Интерпол хочет, чтобы Феникс указала нам нужное направление.

Вжимаю большие пальцы в пульсирующие виски.

Ну же, Феникс, думай! Они на тебя рассчитывают. Что ты про нее знаешь?

Но перед глазами все равно пустота! Пустота! Пустота!

Мастер Сан звонит по телефону. Двери открываются и закрываются. Машины заводятся и уезжают. Все слышу, но без определяющих вероятности событий чисел не могу сделать никаких выводов.

Позволяя Селии скрыться, я предаю всех.

Ну почему это случилось именно сейчас? Почему это вообще случается? Я не верила, что такое может быть. А вот оно. Я это чувствую.

Мой дар. Я его теряю.

Ничего никому не говорю, просто обещаю позвонить, когда у меня будет информация. К счастью, все торопятся и потому соглашаются.

Кай говорит агенту Баю, что свяжется с ним. Как только дверь закрывается, я забываю обо всем: о девушках, облигациях, суде над Королем. Даже то, что Селия меня отпустила, а сама сбежала, вылетает у меня из головы. Я оцепенела, поглощенная тем, что угрожает всему моему существу, всей моей личности.

Мой дар.

Что, если он никогда не вернется? От этой мысли меня затапливает горе. Судя по часам, прошел уже целый час – дольше, чем когда-либо раньше! – и я не могу заставить числа вернуться. С тем же успехом можно попытаться летать, как чайка. В чем причина? Стресс? Травма? По щекам текут слезы.

Кай обхватывает ладонями мое лицо:

– Что случилось?

– Кай, плохо дело…

В моем голосе звучит такое отчаяние, которого Кай никогда не слышал, и он в шоке.

– Ты можешь поделиться со мной.

– Мой дар. Числа. Они пропали.

Он качает головой:

– Ты уверена?

Киваю.

Руки трясутся. Кай очень медленно, словно в замедленной съемке, протягивает руки ко мне. Теперь мне приходится гадать. Он снова возьмет меня за подбородок? За руки? Ни то ни другое. Он притягивает меня к себе. Числа не предсказали его движение. Когда-то я думала, что мне это понравится, – мечтала об этом. Но теперь я не уверена, что способна жить без вычислений. Они были частью меня так долго, что я не знаю, кто я без них.

– Пожалуйста, я не могу потерять свой дар сейчас, – шепчу я.

Мои уникальные способности требуются, чтобы обработать гору заявлений, лежащих на столе, – не говоря уж про то, что Мадам осталась на свободе.

– Как мы найдем Мадам без моего дара? Или приумножим наши деньги для облигаций?

– Ты ведь говорила, что для облигаций все уже готово, – пытается утешить меня Кай. – Нужно только вложить в них средства.

– Кай… денег Мадам недостаточно. Я могла бы приумножить их, но теперь…

– Все будет хорошо, – заверяет меня Кай. – Не знаю, как именно, но я обещаю. Мы найдем способ.

За словами Кая эхом звучит голос Реда: «Судьба – это не то, что ты делаешь, это то, кто ты есть. Все остальное следует из этого». Но как я могу быть собой без своего дара?

– Извини, мне нужно идти. Детектив Хансен ждет. – На прощание Кай целует меня в щеку. – Я дам тебе знать, как только мы что-то выясним.

Глава 39. Настоящее: Феникс

ФРАНЦУЗСКИЙ КВАРТАЛ, ШАНХАЙ, КИТАЙ

Весь день сижу дома, просматривая заявки на облигации. Этим я могу заниматься. К счастью, я заранее написала требования к облигациям. Уже стемнело, когда я беру телефон и проверяю, как дела у команды.

Агент Бай: «Мадам пока