Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

"Это было необходимо, чтобы вырвать парня из лап врага".

"Да, так сказала Берис. Где она?"

Армек сделал паузу. "Ты заметен, Ламмергейр. Отличен. Для глаз Заступников большинство смертных трудно различимы - говорят, мы для них как мелкая рыбешка в быстром потоке. Но тебя они знают, и если найдут, то вцепятся и будут использовать как точку опоры в мире смертных. Ты несешь опасность всем вокруг. Как и Берис - ты даже не представляешь, сколько ей приходится делать, чтобы сбить их со следа". Армек содрогнулся. "Я испытал это на себе, когда был тобой".

"И сколько раз ты притворялся мной?"

"Достаточно часто, за последние два года. Твой уход из Некрада стал для нас благом - Ламмергейр тайно посетил многих дворян, убеждая их поддержать наше дело". Армек обнажил свой меч - копию Разрушителя Чар. "Многие из них колебались, но завуалированной угрозы или похвалы с твоей стороны было достаточно, чтобы их переубедить. Я играю Ламмергейра лучше, чем ты".

"Я никогда не просил этого дурацкого имени".

"Оставь оружие в грязи, и кто-нибудь его подберет".

"Правда?" - сказал Альф. Он достал "Разрушитель Чар и протянул его Армеку. Мужчина попытался взять его, но меч оказался непомерно тяжелым. Он вывернулся из его хватки и упал на землю. "Тогда подними его".

Армек положил рядом свой меч, сравнивая. Они реально отличались один от другого несмотря на то, что были физически идентичны – настоящий Разрушитель Чар поглощал свет, падавший на него.

Армек поднял копию. "Неважно", - сказал он. "Время для обмана почти прошло. Я еще раз сыграю тебя, а потом стану самим собой. Она выполнила свой платеж, Ламмергейр: сегодня ночью наши войска возьмут город. Это будет жестокая битва, но мы захватим Арден и Ущелье. Безопасность Некрада обеспечена. Ни одна армия не двинется на север, когда наступит оттепель".

"Хорошо." Альф вздохнул с облегчением.

"Берис пришлось ехать в Илавентур. Она хочет, чтобы ты немедленно присоединился к ней. Она просила передать, что все еще обдумывает твое послание".

Альф позволил отвести себя обратно в подземный храм. Там он наблюдал, как Армек готовит их маскировку. Мужчина взял одежду Альфа - рубашку Джозефа, дварфскую кольчугу, дорожный плащ, даже потрепанные ножны Разрушителя Чар - и смешал их со своим снаряжением, устрашающим шлемом и темными доспехами. Для Альфа он приготовил монашескую рясу, дополненную чашей грааля. "Конечно, подделка, - заверил его Армек. Он наполнил чашу горячей водой и взял в руки бритву. "Я побрею тебе голову".

Закончив, Армек отступил назад. Он вытер полотенцем со лба Альфа несколько волосков и небольшое пятнышко грязи.

"Я молюсь, чтобы, когда эльфы будут повержены и мы вернем себе власть над своими судьбами, то снова встретимся живыми людьми. Но Путь долог, и может статься, что мы встретимся лишь в Серых землях, куда ходят только умершие. В любом случае, сэр Альфрик, я увижу тебя снова там, где больше нет лжи и обмана, и мы сможем наконец быть честными". Его рука на мгновение задержалась над рукоятью Разрушителя Чар, но затем он взял свой собственный меч. Затем отсалютовал Альфу и вышел из храма.

Альф сел на кровать и стал ждать.

"Я мог бы стать монахом", - пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе.

"Две ночи назад ты пытался зарезать ангела".

"Настоящего монаха. Одного из Просветленных. Как Ян".

"Ты познаешь мир только в бою", - сказал меч. Через несколько минут он снова заговорил. "Я завидую своей тени. Гражданская война в Ардене. Резня на улицах. Такой пир!"

"Возможно, до этого не дойдет. И даже если это произойдет, это даст Некраду время подготовить свою оборону.”

"Так и будет. Я вижу твое нежелание, Владетель. Я чувствую твое облегчение". Он передразнил интонации Альфа. "Хорошо, что мне не придется убивать эту армию за стенами или вытирать сапоги о кишки лорда. За меня это сделает кто-то другой, и я смогу сказать себе, что если не моя рука на мече, то это не считается убийством. И, может быть, эльфы позволят мне войти в Эвервуд и убить Эрлкинга, и его дочь не будет мне противостоять. Я - герой". Глаз меча сверкнул. "Так и будет. Берис знает. Все дела смертных заканчиваются смертью, владетель. А меня создал смертный".

Мальчик вернулся со свечой. Он провел Альфа через подвалы. В коридорах клубился зеленоватый туман, исходящий от бочки, которую он видел раньше. Восковая печать была сломана, и теперь некромиазм скрыл ее от посторонних глаз.

"Прикройте рот, - сказал он, - эта гадость скрывает нас от более серьезной опасности. Они запечатают его, когда мы покинем город - Госпожа говорит, что мы должны беречь то немногое, что у нас осталось от миазма, ибо он драгоценен".

Он повел Альфа обратно по улицам Ардена, выйдя через боковую дверь таверны. Были сумерки; ночь уходила, возвращалась и снова ушла, пока он прятался, а теперь снова наползала на восточные холмы. Солнце уже зашло за западный край Ущелья, но огни, горевшие в Арденнском дворце, освещали сердце города.

Проводник Альфа потянул его за руку, направляя к восточным воротам. "Сюда, святой человек". Он вложил ему в руку старый потрепанный кожаный мешочек. Внутри лежало старое письмо от архонта Западных Маршей, в котором говорилось, что его носитель является аккредитованным священником и может свободно перемещаться между провинциями. С этим письмом он сможет без проблем пройти через восточные ворота.

Они миновали небольшую церковь. Двери были открыты, а скамьи заполнены людьми. Свечи горели вокруг бокового алтаря, на котором священники установили две иконы. Обеим иконам было несколько столетий. На одной был изображен принц Маэдос, щит рассвета, и она была окутана черной траурной тканью. С другой на Альфа смотрело лицо Лаэрлин, окруженное розами. Молодой послушник, увидев одеяния Альфа, приветствовал его.

"Да пребудет с вами благословение, отец! Дочь Эрлкинга проходила по этой самой улице всего несколько часов назад. Она созывает лордов вместе, чтобы благословить их общую цель - отомстить... отец? Отец?"

Но Альф уже бежал, и мальчишка-повстанец, и священник смотрели ему вслед, пока он мчался ко дворцу.

Нужно ли мне вообще что-то говорить?

"Лаэ может остановить все это. Она дочь Эрлкинга и одна из Девяти. К ней все прислушаются. Между Лаэ, старым лордом Бессимером и Дервином мы сможем поговорить". Альф пробивался сквозь толпу, окружавшую дворец. Вдалеке слышалась музыка из большого театра.

Посмотри на себя. Мечешься туда-сюда, пытаясь удержать мир от разрыва. Тебе нужна штопальная игла, а не меч.

"Заткнись, - прорычал