Освобождённый меч - Гарет Ханрахан

покачала головой. "О, Альф. Альф. Альф. Какого черта я вообще ставила против вас с Блейзом? Вы совершенно бесполезны, когда речь идет об обычных делах, но стоит дать вам невыполнимое задание, и... вы просто делаете его". Берис закрыла лицо руками, ее плечи тряслись от смеха. "Ты хоть представляешь, как ты разочаровываешь? Ты, непутевый, чудесный великан! Я потратила пятнадцать лет на то, чтобы наладить связи, вылавливала шпионов Эрлкинга, пряталась от Заступников, контрабандой вывозила магию из Некрада, чтобы у нас были хоть малейшие шансы. А ты просто идешь сюда, неся это с собой". Она посмотрела на Разрушитель Чар и захихикала, задрыгав ногами в воздухе, переполненная волнением.

"Ты должна знать еще кое-что. Дервин вернулся не один. Он... он Пейр, я думаю. В нем есть что-то от Пейра. Оно запрятано глубоко, но есть. Этот свет".

"О!" Она закрыла рот руками. Впервые за долгое время Альф увидел, как Берис по-настоящему удивлена - и обрадована. С ее лица исчезли тяжелые годы забот, но даже когда они были молоды, он никогда не видел, чтобы она так улыбалась. "Клянусь всем святым, Альф, правда? Пейр вернулся?" Она вскочила и достала из сундука еще одну бутылку – на этот раз отличного вина из Эвесленда. Затем плеснула его в чашку Альфа, а сама отхлебнула из бутылки.

"Может быть, - сказал Альф.

Берис нахмурилась. "Что не так?"

"Ничего". Альф запихнул Разрушитель Чар под стул. "Это хорошо, конечно. Но это значит, что моя семья оказалась втянута во все это. Ольва была в безопасности в Эрсфеле, но теперь она в Некраде, готовится к осаде, и они никогда не смогут вернуться домой".

"Когда-то у меня была семья", - вздохнула Берис. "Они считают меня мертвой. Я понимаю желание пощадить их, Альф. Нам невероятно повезло, нам девятерым, нас благословила судьба. Мы все похоронили друзей в пути. Мы все видели, чего стоит этот поход". Она села обратно и взяла Альфа за руку. "Знаешь, я, пожалуй, знаю Ольву лучше тебя. Мои шпионы следят за ней уже много лет. Она крутая, Альф. Черт возьми, я подумывала завербовать ее в дело, но решила не делать этого. Все наши прорицания говорили нам, что в Эрсфеле есть Заступник". Берис изучала лицо Альфа. "Но это не то. Что еще?"

"Я убил Пейра". Слова вырвались сами собой.

"Ты... о, ты имеешь в виду двадцать лет назад? Альф, ты спас нас всех. Ты убил лорда Боуна. Пейр - он знал, что делал, когда сказал нам бежать. Он удерживал Боуна на расстоянии, чтобы мы могли сбежать, а ты - разбить сосуд. Он знал, Альф".

"Он не говорил нам бежать", - сказал Альф. "Он кричал на меня. Я не мог расслышать его как следует - из-за всех этих эльфов-колдунов, кричащих на нас, и демонов, и всего остального. Я подумал, что он сказал нам бежать, и побежал. И вы все последовали за мной".

"Конечно. Мы доверяли тебе", - пробормотала Берис.

"А потом Блейз велел мне проткнуть сосуд Разрушителем Чар. Я не понимал, что это даст". Его желудок скрутило. "Во всех песнях говорится, что я спас мир этим ударом, а я даже не обратил внимания. Блейз сказал мне нанести удар, и я его нанес". Он поднял глаза на Берис. "Мне всегда было интересно, что на самом деле кричал Пейр. Раньше мне снились кошмары, что он призывает нас сражаться, сделать еще один рывок. Потом я убедил себя, что это не имеет значения, что так и должно было быть. Но теперь..."

"Теперь он снова жив. Ты спрашивал его?"

"Не знаю, насколько Дервин помнит о Пейре - может быть, это просто какая-то часть его души. Талис - дочь Турна - я видел, как она металась между собой и Смертью. В один момент она рассказывала о событиях, произошедших тысячи лет назад, а в другой - была просто ребенком".

"Если бы это был кто-то другой, кроме Пейра, Альф, я бы забеспокоилась. Но это Пейр". Она отпила еще. "Знаешь, я рассказала ему. В последнюю ночь перед тем, как мы сразились с Боуном, я призналась".

"Что ты имеешь в виду?"

"Я рассказала Пейру все. Что я была бунтарем, поклялась уничтожить лордов Саммерсвелла и свергнуть Эрлкинга. Я сказала ему, что все, что он знал с детства, было ложью, и что Лесные эльфы манипулируют всем, и что я не думаю, что наша сторона намного лучше, чем лорд Боун. Я рассказала ему все секреты, которые скрывала от всех вас". Берис, казалось, была поражена собственной смелостью. "Он был сыном лорда Бессимера - и я рассказала ему, что его семья - кровавые марионетки эльфов. Он был паладином, и я сказала ему, что все в его вере - обман. Я думала, он отвернется от меня или, по крайней мере, отправится к Лаэрлин с моими обвинениями в адрес ее отца. Но он этого не сделал".

"И что же он сказал?"

"Он сказал, что не может мне поверить, но что доверяет мне и сохранит мой секрет. И что если это правда, и Эрлкинг - тайный тиран, то он повернется и сразится с Эвервудом, как только мы победим Некрад". Таким был Пейр. Мы столкнулись с безнадежными трудностями, а он был готов взвалить на себя еще одну гору обязанностей, потому что так будет правильно". Она подняла бутылку в знак приветствия. "И ты говоришь, что он вернулся".

"В Некраде его называют Некоронованным Королем. Он послал меня найти тебя".

Берис погладила ножны Разрушителя Чар. "И он прислал нам это".

Дверь древнего храма распахнулась, и в комнату вошел огромный человек. Он был облачен в тяжелые доспехи, а лицо скрывал устрашающий шлем. На плаще был изображен знак черной птицы на белом поле, а в руке он держал черный меч.

Он был похож на Ламмергейра больше, чем Альф когда-либо в своей жизни.

Великан сорвал с себя шлем. При других обстоятельствах его можно было бы назвать красивым мужчиной с аккуратно подстриженной бородой и благородными чертами лица, но из пореза на лбу обильно текла кровь, а на губе красовался ужасный синяк.

"Армек, - поприветствовала Берис, - садись с нами. Мне не терпелось познакомить вас двоих".

"Четыре мертвеца, Берис!" - выплюнул Армек. В его акценте было что-то от жителя Западных Маршей. "В городе переполох. Они напали на убежище на Свечной улице и на таверну на Веймит. И во всем виноват этот болван!"

Армек в ярости пересек