Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 13 - Сергей Алексеевич Евтушенко

Не считая того, что как раз-таки отдых мне был сейчас не позволен.

Сосредоточиться. Собраться, вспомнить, как гласил хороший совет, кто я такой и что должен сделать. Ради Литы, Кулины, Луны и Терры, ради Хвои и Адель. Ради Анны и ради Кас. Ради Авы и Яна, ради всех моих друзей. Ради Полуночи. Ради самого себя и ради целой грёбаной вселенной. Поток силы оборван, как Адеррайсер мечтал всё это время. Ритуал сработал. Что дальше?

Словно в ответ на мой невысказанный вслух вопрос начали формироваться новые ощущения, позволяющие немного ориентироваться в происходящем.

Нащупать что-то настоящее, от чего можно было отталкиваться. Моё тело продолжало стоять в сердце Затмения, потрёпанное, но сравнительно невредимое. Душа тоже не разорвалась на части, когда приняла на себя невообразимую нагрузку из силового источника. Два пункта из трёх отмечены, а теперь пора браться за дело.

Моей волей, моей решимостью, моей справедливостью — сформировать новый поток. Не столь могучий и бурный, как тот, что питал сильнейший из вечных замков, но гибкий, настолько гибкий, что может быть подключен к моей душе из любой точки великой паутины. Я мог бы взять больше, гораздо больше, отправляя вместо себя материальную проекцию — и никто бы не заподозрил разницы. Но даже если впитать весь океан энергии за раз, Шар'Гот всё равно останется несопоставимо могущественней. К тому же, сила источника пригодится и для другого.

Нащупать в окружающем не-пространстве, в самой его глубине трепещущую душу, свернувшуюся в клубочек. Затмение потеряла связь с источником и впала в кому, куда как более глубокую, чем некогда Заря. Я не мог пробудить её, даже если бы очень захотел — одной силы здесь было мало. Требовался иной компонент, пока что ускользающий от моего понимания. Но оставить часть энергии для подпитки всё ещё живой души седьмого вечного замка удалось. В бездну мы всегда успеем, а пока попытаемся удержаться здесь.

Теперь — самое главное. Вернуться в тело и убедиться, что я всё ещё помню, как это — быть человеком.

Глава тридцать четвертая

— Илюх?

— А⁈

Заспанный детина резко обернулся, нашаривая лежащий рядом дробовик, но быстро разглядел в свете костра, кто это появился прямо за ним из темноты.

— Ниндзя, блин, — буркнул он, успокаиваясь. — Смог свалить из Затмения?

— Меня не очень сильно держали. Как обстановка?

— Драконы полетели на разведку, Мордред ушёл патрулировать. Асфар свалил, как только услышал про катящийся ад — я так понимаю, готовить Йхтилл к обороне. Меня формально оставили на карауле, но по факту дали передохнуть. Я после того собрания как выжатый лимон.

— Неудивительно.

Пребывание в пространстве, где сходятся вечные замки, здорово нагружало даже самих хозяев. После собрания прошло несколько часов, но всё равно, поразительно, с какой стойкостью Илюха это вытерпел. Более того, был способен на нормальный диалог.

— Ты сам-то как? — спросил мой друг, оглядывая меня критически. — Выглядишь до отвращения выспавшимся.

— И глаза не сомкнул.

— Серьёзно?

— Серьёзней некуда. А теперь, возможно, не сомкну никогда. Что ты последнее помнишь с собрания?

Он нахмурился и потёр лоб.

— Задаёшь ты вопросики… Все срались на тему, что делать с Пожирателем и его грёбаным перекати-адом. Потом Заря начала причитать мол, надежды нет — хотя я её ментально поддерживал. Потом… ты что-то спрашивал?

— Спрашивал, спрашивал. Ещё переспрошу. Дальше?

— Дальше не помню, хоть тресни. Меня уже пошатывало, когда Заре стало хреново, а потом вообще, как в тумане. Решение-то нашли?

— В каком-то смысле.

Я махнул рукой в сторону. Жест не требовался, он просто был удобен, чтобы Илюха посмотрел в нужном направлении. Целый участок стены взорвался наружу, оставляя за собой здоровенную дыру неровной формы. Если бы Бродор дыхнул на стену в полную силу, результат и то был бы менее впечатляющим.

Сквозь дыру открывался неплохой вид на чёрно-белый пейзаж. Сейчас снаружи было спокойно — то ли по приказу Затмения, то ли вследствие её судьбы.

— Круто, — сказал Илюха, помолчав пару секунд. — А с Пожирателем так сможешь?

— Проверю, если случай подвернётся. Илюх, кровь из носу нужен гайд по возрождению вечных замков. Если не подробный, то хоть намёками. Сроки — вчера.

— Скажи лучше — три тысячи лет назад, — хмыкнул он. — Ну, давай попробуем собрать в кучу то, что известно…

Одна из особенностей замков-близнецов проявлялась в их общей тяге к творчеству. И дело было не только в оживших портретах в роли ключевых стражей, не только в разнообразии их иллюзий и миражей. Почти все «законные» хозяева Зари и Рассвета были поэтами, музыкантами, художниками, скульпторами. Алоис фон Аурингер и Серафина фон Морганталь, возможно, не являлись сильнейшими учениками Мастера, зато оба приняли эстафету архитекторов. Говорят, что на пике славы замки-близнецы затмевали красотой любых своих братьев и сестёр. Жаль, что сейчас они лежали в руинах.

В библиотеках Зари и Рассвета лежало заметно меньше книг по военному делу, но это компенсировалось огромным количеством трудов по теории магии. Поскольку зачастую писали их те же поэты и музыканты, там разбирались мотивы «гармоничного звучания мироздания». И особое внимание уделялось вопросу того, что позже назовут музыкой высших сфер.

Я сталкивался с ней несколько раз — в совершенно разных обстоятельствах. Её дикая, безумная версия звучала на балу солнцестояния. Часть её мелодии, «истинной мелодии», если верить Альхирету, была заключена в шкатулке из красного дерева. Артефакт предназначался в дар Князю, но был украден и доставлен в Полночь, где затем сыграл ключевую роль в процессе её выздоровления. Скрипачка Шаэль Морторис, гостья и неофициальный придворный музыкант моего замка, пробуждала отголосок этой мелодии в своей музыке. Наконец, сам Мастер играл её на заре времён, когда создавал вечные замки.

Магия во многих своих проявлениях мало отличалась от науки — там также присутствовали эксперименты, формулы, систематический подход и критический анализ. Но одновременно с этим там властвовал фактор случайности, великого необъяснимого, чуда. И музыка высших сфер являлась одним из ярчайших его воплощений.

— Я не вник на сто процентов, — сказал Илюха с понятным сомнением в голосе. — В этой теме и нормальные маги голову сломят, не то, что недоучки вроде меня. Но эта музыка везде, где что-то чинят, лечат или создают с нуля, сечёшь?

— Сходится, — пробормотал я. — Всё сходится. И создание замков, и помощь Полуночи, и даже влияние на нежить. Только вот…

Я запнулся. Мой друг понимающе хмыкнул.

— Ага, «только вот». Для начала, в руки кому-то, кто не бог, эта музычка в полной мере