Где демон выжигает небеса - Ирина Игоревна Голунцова

Перед Вэй Лу стоял Бай Шоу. В реальности, не явившийся в полной форме, он представлял собой невидимое колебание, которое несло за собой энергию своего хозяина. Вэй Лу протянул руку и погладил Бай Шоу по голове, заставив того дёрнуть ухом и недовольно фыркнуть, словно выражая упрямое недовольство. Ещё бы. Ведь это мог быть его последний бой.

– Понимаю, ты создан не для этого, на грани миров твой дух особо хрупок. – С трудом пересиливая давящее чувство в груди, словно там поселился голодный червь, пожирающий плоть, Вэй Лу продолжил: – Но я должен спасти того, кто мне дорог. Ведь только он способен помочь Вэй Учэнь… и остальным. А ты наконец станешь свободным, Бай Шоу. Ты обретёшь покой.

Бай Шоу упрямо мотнул головой, заставив Вэй Лу хохотнуть.

– Я постараюсь сохранить тебя во что бы то ни стало, – пообещал он. – А теперь приступим.

Передав духу-хранителю свою внутреннюю силу, чтобы контролировать его перемещение, Вэй Лу также наполнил кулон на груди пульсирующим теплом, давая Асуре узнать о готовящейся атаке. Нужно только выбить Милин из колеи, заставить замешкаться, поэтому, видя грань мира глазами Бай Шоу, Вэй Лу направил его в бой.

Требовалось вложить силы в единственный рывок, чтобы позволить Асуре нанести победоносный удар. Бай Шоу мчался вперёд, задевая потоки ци и пуская по ним рябь, словно круги по воде. Вэй Лу замедлил его темп, когда он выскочил на набережную, и, пока противники кружили в схватке, обмениваясь заклинаниями, белоснежный олень ожидал команды для нападения.

Два сияющих силуэта, опутанные бесконечными линиями энергии, сплелись в единый клубок. В глазах призрачного животного отражались их движения. Занеся переднюю лапу, Бай Шоу ждал, растягивая момент и стараясь предвидеть чужие перемещения по колебаниям в нитях силы. И, поняв, каким окажется следующий шаг Милин, он ударил копытом по земле, придавливая одну из нитей, по которой направился яркий импульс. Маленький огонёк резво пробежал по направляющей, словно искры по фитилю, после чего атаковал по женскому силуэту.

Вздрогнув, Милин покачнулась, и этого хватило, чтобы острый клинок Асуры нашёл свою цель, пройдясь снизу вверх по её животу. Ци заклинательницы исказилась от нахлынувшей боли и отдалась ударной волной по нитям силы, которые затронул Бай Шоу.

В невидимом пространстве между миром живых и мёртвых утробно взвыл Бай Шоу, запрокидывая голову. И эта агония передалась Вэй Лу, выбрасывая его из морока и награждая ужасным состоянием, от которого тело свело судорогами и скрутило пополам. Сплюнув кровь и завалившись на бок, Вэй Лу никак не мог сделать вдох, ему казалось, будто острый клинок, наполненный духовной энергией, вспорол именно его грудь. Фантомные боли оказались одним из худших ощущений, с которыми ему когда-либо приходилось сталкиваться. Но как только треснула маска из оленьего черепа, рассыпаясь мелкими осколками, Вэй Лу понял, что самое жуткое чувство ему только предстояло испытать.

Глава 56. Те, кто пришли за заклинателями. Акт третий

Бороться с врагом, который превосходил их по силе в несколько раз, оказалось очень и очень паршиво. Огонь феникса, представляющий грозное оружие для подавляющей части живых существ этого мира, будто ничего не значил для Куханя. Он защищался гуань дао, который в каждом взмахе издавал странный звук, словно отгоняющий тёмную ци. Поначалу Вэй Учэнь думала, что ей померещилось, но, сумев рассмотреть алебарду вблизи, она заметила на древке несколько отверстий, сквозь которые проходил воздух, образуя свист.

Оружие буквально пело, хотя мелодия и не предназначалась для сильных атак. Скорее, являлась помощью в рассеивании тёмной ци. Одного взмаха хватало, чтобы уничтожить маленького демона или призрака.

– Синь Юй! – громко крикнула Вэй Учэнь, что было для неё совсем несвойственно.

Синь Юй пытался помогать ей защитными заклинаниями, но сила Куханя уничтожала их, словно в огромной печи сжигали мелкие волоски[84]. В какой-то момент ему это надоело, и, защитившись формацией от тёмного пламени, он рванул к Синь Юю, замахиваясь гуань дао. Вэй Учэнь находилась слишком далеко, чтобы вовремя прийти на выручку, а Синь Юй оказался недостаточно ловким, чтобы уклониться.

Воздух показался обжигающе холодным, от резкого вздоха у Вэй Учэнь свело горло. Она уже думала наплевать на себя и призвать феникса, когда почувствовала близость мощного источника тёмной энергии, пульсирующего где-то под землёй. Он полз маленькой линией и через короткий миг вырвался перед Синь Юем крупной змеёй, отбившей Куханя прочь. Тот, сгруппировавшись, ловко приземлился на ноги, припав коленом к земле.

– Опытный целитель и поглотившая тьму Бездны заклинательница… Вы без меня, заклинателя с искажением ци, совсем, что ли, справиться не можете? – проворчал Хао, показавшись из-за полуразрушенной постройки.

– А сам-то где был? – не обрадовавшись его помощи, шикнул Синь Юй.

Судя по тому, сколь грозно глянул на него Хао, кроме ругательств, вряд ли что-то могло последовать. Но его потрёпанный вид говорил о том, что он пробился сюда с боем. Неожиданно для себя Вэй Учэнь испытала облегчение, смешанное с тревогой. Змей, отползший от Синь Юя к своему хозяину, увеличился в размерах и теперь прикрывал его полукольцом со спины. Вэй Учэнь поймала на себе взгляд Хао, такой же суровый и грозный, как и всегда, но что-то в нём неузнаваемо изменилось. Он смотрел на неё с немым вопросом, с напряжением и опасением. С беспокойством.

«Ну дела», – испытав замешательство и неловкость, подумала Вэй Учэнь. Чтобы Хао – да о ком-то беспокоился, кроме себя любимого и, может быть, Асуры?

От короткой передышки их отвлёк тяжёлый мужской смех. Наблюдая за тёмными заклинателями, Кухань искренне развеселился. Из его рта вырывались облачка пара, он крепко держал гуань дао одной рукой, уверенно расправив плечи.

– Твоё лицо так похоже на моё, отчего так и не терпится уничтожить это пятно позора. – Заговорив на своём родном языке, Кухань блеснул грозным взглядом, уставившись на Хао. – Как хорошо, что ты предал духовную школу Тайян. Не придётся даже искать оправдания, чтобы стереть такое уродство с лица земли, мелкий ублюдок.

Вэй Учэнь поняла лишь несколько слов, но и без того оказалось понятно, что Кухань далеко не лестно отзывался о Хао. Напряжённый миг развеял оглушительный грохот ломающихся построек и жуткого лисьего рёва. Вэй Учэнь рискнула оглянуться, заметив, как под давлением духовных пут завалилась девятихвостая лиса, чьи пушистые хвосты взметнулись в воздух. Поражённо наблюдая за происходящим, Вэй Учэнь не