"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

Елена замерла, забыв о документах. Рука сама потянулась к маленькому конверту, прикрепленному к стеблю одной из орхидей. Ее пальцы слегка дрожали, разрывая бумагу.

«Леонард Виллар надеется, что аромат этих цветов наполнит вашу гостиную и принесет вам хорошее настроение».

Просто. Галантно. Никаких излишеств. Просто… пожелание хорошего настроения.

Внутри Елены что-то сорвалось с цепи. Тихий, восторженный визг эхом отозвался в самой глубине ее существа, где пряталась Лия – девушка, безнадежно влюбленная в недосягаемого Лео. Это же невероятно, безупречно, идеально! Аромат ласкал обоняние, вызывая мурашки по коже. Сердце бешено колотилось, сжимаясь от чего-то похожего на чистую, неподдельную радость. Он старался. Он не лез с оправданиями, а просто… дарил красоту. Он. Леонард. Лео? Неважно. Он.

Искренняя, непроизвольная улыбка расцвела на ее губах, теплая и мягкая, какой не было давно. Она поднесла одну из орхидей к лицу, вдыхая холодную сладость, позволяя себе на мгновение утонуть в этом восхитительном ощущении. Пальцы сами потянулись к подписи на записке. "Л. В." Тот самый инициал. В эту секунду ей хотелось верить. Хотелось крикнуть «Да!» этому опасному, неотразимому магниту, звавшему ее из глубин души и памяти.

Но улыбка медленно сошла с ее лица, словно лепестки увядающего цветка, сменившись привычной маской сдержанности и внутренней боли. Холодный разум, как стальной щит, опустился перед волной чувств. Нет. Нет! Красота – это оружие таких, как он. Очарование – их доспехи. Этот букет, эта записка – всего лишь первый, изысканный шаг в изощренной игре охотника, в которой она была назначена трофеем. Он сделает ей больно. Он не умеет иначе. Ее Лео из прошлой жизни сделал больно одной ночью и оставил вечную пустоту. Этот Леонард, циничный светский лев, сделает больно так же осознанно и, возможно, с еще большим удовольствием. Она знала это. В костях, в крови, в разбитом когда-то сердце Лии. Радость сменилась леденящим страхом, а восторг – горечью предательства самой себя. «Как я могла? Как я могла даже на миг поддаться?»

«Бернар», – ее голос прозвучал ровно, холоднее январского ветра, хотя внутри все еще дрожало от только что пережитого восторга и ужаса. – «Отправьте букет обратно. Графу де Виллару. И передайте это». – Она быстро набросала на листе бумаги знакомые, отточенные слова, загоняя дрожь воли в каждую букву:

«Мсье Виллар,

В моей гостиной достаточно цветов, чтобы поддерживать настроение. Ваши же излишества в них не нуждаются.

Е. д.В.»

Бернар, лицо которого осталось непроницаемо вежливым, лишь склонил голову. Он бережно взял записку для отправки Леонарду и вышел, унося с собой роскошное, ароматное искушение, оставив в кабинете лишь призрачный шлейф холодной сладости орхидей. Записку от него Елена оставила у себя.

Елена осталась одна. Запах все еще витал в воздухе, смешиваясь с запахом чернил, напоминая о мимолетном безумии. Она взяла записку Леонардо. Теплая бумага обжигала пальцы. Простые слова. «Хорошее настроение». Она провела пальцем по подписи. «Л. В.» В глубине души что-то снова пискнуло – жалобно, тоскливо, по утраченной возможности.

Она хотела быть с ним. Сильнее, чем хотела признаться даже себе. Это влечение было физическим, почти болезненным. Как жажда в пустыне после глотка воды, который лишь усилил муки. Но страх был сильнее. Страх повторения боли, страх быть использованной, выброшенной, разбитой вновь. Страх, что он – не Лео, а лишь его темное, искаженное отражение в этом жестоком мире, или, что еще страшнее – точно такой же, каким был ее Лео.

«Нельзя», – прошептала она в наступающую тишину кабинета, сжимая записку в руке так, что бумага смялась, пытаясь раздавить в себе слабость и тоску. – «Никогда нельзя. Никогда больше».

Глава 43

Глава 43: Приглашение из Неизвестности

Сон о слиянии образов, где Лео из прошлого переплетался с Леонардом из настоящего преследовал ее, оставляя после себя неясный осадок, как дым после пожара. Елена проснулась не отдохнувшей, а измотанной этим внутренним противостоянием. Утро выдалось серым, влажное, точно отражая ее состояние. Она выполняла привычные ритуалы: умывание, выбор платья (на этот раз темно-синее, строгое, почти защитное), спуск в столовую – все на автомате. Тело двигалось, разум блуждал где-то далеко, в лабиринте сомнений и навязчивых мыслей.

Марфа, как всегда, сотворила кулинарное чудо. На столе дымились нежные сырники с малиновым соусом, хрустели свежие круассаны, пахло кофе с кардамоном. Елена села, взяла вилку, зная, что это должно быть восхитительно. Но вкус... вкус был как вата. Она прожевала кусочек сырника, ощущая лишь его текстуру. Даже ароматный кофе казался просто горячей жидкостью. Он. Всегда он. Мысль крутилась, как заезженная пластинка. Леонард де Виллар. Красивый, опасный, неотступный. И этот безумный сон... Был ли это знак? Или просто отчаянная попытка ее подсознания оправдать необъяснимое влечение к человеку, от которого следовало бежать?

Бернар вошел с серебряным подносом, на котором лежал изысканный конверт с гербовой печатью незнакомого вида. Елена машинально протянула руку.

«Для вас, мадам», – почтительно произнес Бернар.

Елена вскрыла конверт. Бумага была плотной, дорогой, почерк – безупречно каллиграфическим, но с властным нажимом. Она прочла:

«Графиня де Вальтер,

Позвольте выразить надежду, что это письмо застанет Вас в добром здравии. Париж полон слухов, но так скуден на истинное знакомство. Будучи Вашей соседкой, я считаю долгом исправить это упущение.

Я была бы глубоко польщена и искренне обрадована, если бы Вы сочли возможным уделить мне день в моем парижском особняке. Мы могли бы разделить обед, побеседовать по душам, позволив мне поглубже узнать столь загадочную и, как говорят, столь очаровательную новую соседку.

Жду Вашего любезного ответа и надеюсь на скорую встречу.

С искренним уважением,

Элиза д’Эгринья.»

Елена перечитала письмо. Формально – безупречно вежливо. По сути – ощущался приказ, завуалированный под приглашение. «Соседка», «долг», «поглубже узнать»... Но кто эта Элиза д’Эгринья? Имя ничего не говорило ей. Она подняла вопросительный взгляд на Бернара, все еще стоявшего рядом.

«Бернар, вы что-нибудь знаете о маркизе д’Эгринья?» – спросила она, вращая конверт в руках.

Управляющий слегка выпрямился, его лицо приняло выражение предельной осведомленности. «Маркиза Элиза д’Эгринья, мадам. Одна из самых… негласно влиятельных дам Парижа. Вдовствующая маркиза, родная тетка графа Леонарда де Виллара по материнской линии. Она воспитывала графа с детства после смерти сестры и считается хранительницей традиций рода Вилларов по завещанию. Слывет женщиной железной воли, безупречных манер и исключительно острого ума. Её по праву называют серой кардинальшей не только рода, но и всего высшего света.

Её истинная сила –