Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

*****

...Офирский сенат — не знаю, как лучше описать, парящий в небесах циклопических размеров дворцовый комплекс. Вот слышали, наверное, про Запретный город в Китае или, может быть, бывали там? Тут мы столкнулись с чем-то подобным, а Валера, тот вообще, как только мы выбрались из летающего аппарата, начал намекать вслух о сказке «Джек и бобовый стебель». Где, мол, великаны? Где золотая арфа или гусыня, несущая золотые яйца? И вообще, где гигантские бобы? А учителя только хихикали. Они почему-то решили, что он бабами интересовался, и не поняли его юмора. Нет, мне кажется, тут была доля правды. Если сопоставить дома местных жителей, построенные на высоченных столбах, с Офирским сенатом, то вот тебе тот самый бобовый стебель от земли и до неба. Если снизу смотреть, то, конечно, так и покажется, а уж как сверкали на солнце стены и крыши, нам даже специальные очки выдавали в полёте, сказали — с непривычки можно остаться без глаз. Но, кстати, именно благодаря своим отражающим особенностям данный дворцовый комплекс совершенно не затеняет небо. Мне так местные и сказали — помогает, мол, с урожаями и днём и ночью. А ночи у них тут сплошь белые. Как летом в Питере. Прикольно, одним словом, и есть на что посмотреть. Хотя они иностранцев, прямо скажу, не любят. В Офире повальная ксенофобия. Тут не спасает ни знатность, ни заслуги, и какой бы ты ни был богатый, а всё равно — если не гражданин, то ты грязь. А грязь можно и со столба сбросить при случае.

Правда, нужно отметить, что документы помогают. Стража, особенно в сенате, обожает их проверять. Офирские стражники ходят в готических доспехах синего и голубого цвета, которые защищают их не только от стрел или пуль, но и от различных заклинаний, коими тут владеют многие. Скажу больше, в Офире не подохнуть от всяких колдунов, ведьм и шаманов, но все ведут себя смирненько, поскольку если стражник почует зловредное колдовство, его доспех станет красного цвета и мгновенно сигнализирует своим товарищам о нарушителе. Синие доспехи не случайны. Офирцы несколько иначе воспринимают цвета, и хоть почти все они выглядят как люди, но кожа у них голубого цвета, а иногда и сиреневого. А ещё тут есть архонты. Они выглядят почти как люди, бывают светлокожие, бывают синие, но у них вытянутые мочки ушей. У некоторых они ниже уровня плеч, и такое встречается как у мужчин, так и у женщин. Учитель Шэнь Су-си поведал мне, что народ архонтов — это такая продвинутая особь человека. Они считаются отдельной расой, но рождаются из людей и офирцев и обитают в другом мире, известном у нас как Шамбала. Но обо всём рассказывать, наверное, никакого смысла, и пусть мне хотелось бы расписать про сенат побольше, но скажу честно, мы не так уж и долго там были. Приехали, походили с раскрытыми ртами, любуясь на колонны и анфилады всякие, полюбовались на скульптуры, коих тут во множестве и некоторые посвящены греческим богам, потолкались среди таких же зевак, а дальше нас встретил архонт и повёл нас к особому лифту в зал, где разбиралось дело нашего собрата Медведя.

Лифты в сенате не хуже наших — современных, я имею в виду. Они представляют собой прозрачные трубы и управляются голосом. Открывается дверь, заходишь в трубу, а пола под ногами нет, вместо пола там некое плотное белёсое облачко. Сопровождающий говорит, куда надо, и в-жух, облачко поднимает тебя на нужный этаж. К сожалению, лифт слушается только слуг и сотрудников, без них в лифт зайти можно, но если чего потребуешь, облачко под ногами растает, и полетишь ты по трубе вниз, пока о землю не расшибёшься. Нас об этом сопровождающий предупредил, на что Валера сразу ответил, что мы не дикари какие-нибудь и сами ничего делать не будем, но когда архонт отвернулся, изловчился и дёрнул его за мочку правого уха. И после этого архонт спиною к нам больше не поворачивался.

Зал, в который нас привели, был, как и прочие, украшен колоннами, на которых возвышались статуи греческих богов, отлитые из чистого золота. В центре зала находился бассейн, а в нём мы увидели здоровенную бутылку, сделанную из кусочков стекла и каких-то драгоценных камней. Из горлышка бутылки непрерывно текла вода. Архонт сказал нашим учителям, что сие есть судья и оракул, от которого не спрячешь дурных намерений. Максимильян Костромской услышал, подошёл к фонтану поближе и предложил судье откуп, при этом он показывал на нас с Валерой рукой, намекая на ценности, которые мы всю дорогу несли на своих плечах.

Мы ничего не понимали — как можно договариваться с бутылкой? Однако же, как выяснилось, это была не простая хреновина. Выслушав предложение Барсука, бутылка перестала испускать воду, а потом из недр раздался рокот и звук, похожий на свист. Вслед за свистом мы услышали громкое — «Бульк-Чпоньк»! И вот вода полилась снова. Я и Валера переглянулись. Мы ничего не понимали. Нам показалось, что происходящее напоминает фарс, однако наш сопровождающий оживился, куда-то убежал и вернулся с увесистой книгой в кожаном переплёте. Он положил книгу прямо на пол, открыл и начал водить пальцем по её страницам. Тут мой учитель Шэнь Су-си придвинулся ко мне поближе и шепнул на ухо, что архонт ищет соответствующее толкование. И как решит судья, так и будет. Ничему не удивляйся. У них тут порядки такие, а судья местный настолько стар, что живёт внутри бутылки и ему постоянно требуется находиться в воде.

Некоторое время архонт искал, бормотал чего-то, а потом его лицо озарилось радостью. Он показал нашим учителям нужную страницу и во всеуслышание заявил, что слова «Бульк-Чпоньк» окончательные и обжалованию не подлежат. Суд соглашается на откуп и забирает всё. А всё — это не только ценности, но и я с Валерой. Мы, двое, должны перейти в собственность Офира и своей кровью искупить вину преступника Медведя в качестве гладиаторов. Услышав эти слова, мой несдержанный на язык товарищ выразил справедливое возмущение и пообещал архонту погром и террор. Где это, мол, видано, чтобы одного на двоих меняли? И вообще, это не суд, а какая-то подстава. Он собирался сказать и больше, а может, и сделать, но тут в зал ворвались стражники, чьи доспехи сменили синий цвет на красный, и я инстинктивно приготовился к бою. Однако же наши учителя драться не стали, они вели себя очень спокойно и попросили у архонта