Потерянное эхо - Фарха Таннба

подальше от этих стен, оков и судей, но осеклась, увидев, что на правую ногу Эрсин не опирается вовсе. Пригляделась к потокам эфира, более плотным и насыщенным в области колена и голени — явный признак повреждения.

Плохо… Что ещё с тобой сделали?

— Ут-Кызы, помогите мне, пожалуйста, — попросила свою лисентирин, скрывая дрожь в голосе. Закинул напряжённую руку Эрсина себе на плечо — жаль, что они с Эри и Ут-Кызы настолько разного роста, это тяжело и неудобно, — вместе с Тидесбалой повела едва переставляющего здоровую ногу авиара к выходу.

Демоновы пороги, демоновы лестницы! Друга пришлось тянуть по ним, тот как будто не особо стремился помочь, и, наверное, проще было попробовать взять его на руки, благо авиар был миниатюрнее и легче её самой, но далеко ли Рубидия смогла бы его унести? Уронила бы, не справившись с первой же проклятой лестницей…

Чудом удалось спуститься без новых неприятностей и выйти на улицу, сгрузить на лавочку Эрсина, и поймать такси, чтобы усадить туда авиара и сесть самим. Почти всю дорогу Эрсин молчал, вжимался в дверь и холодное стекло, отодвинувшись от магесс настолько, насколько это вообще было возможно, а когда Рубидия хотела мягко погладить его по плечу, дёрнулся точно от удара и отстранился. Даже через перчатки, даже через ткань Эрсин не слишком-то любил внезапные прикосновения, а Рубидия ухитрилась об этом забыть из-за своих тревог и волнений. Пришлось загнать обиду поглубже и принять происходящее, и лишь в самом конце пути, когда машина уже добралась до нужной улицы, Эрсин обернулся к Рубидии и хрипло пробормотал:

— Спасибо…

Она поймала его долгий взгляд — на этот раз Эри явно решил в качестве извинений ещё раз превозмочь собственное неудобство, — и осторожно потянулась к его руке, но за пару милиметров до прикосновения спросила:

— Можно?

Вместо ответа он стянул с руки перчатку и сам сжал её кисть.

— Прости меня за случившееся, — прошептал он.

Рубидия тихо вздохнула — это он про суд? Или про то, что оттолкнул её? Или?.. Впрочем, сейчас неважно.

— Всё хорошо, — примирительно ответила она, убеждая скорее не друга, а саму себя, — Всё обязательно будет хорошо.

— Майстерин, всё в порядке? — встревоженно звякнула подвесками в косичках Тидесбала, обернувшись к ним с переднего сидения. Лисентирин не могла не заметить реакцию Эрсина, но сделала вид, что ничего не увидела. — Вам же ещё понадобится моя помощь? Ну, если адмирал Илаи не будет против.

— Не буду, — откликнулся он, — спасибо вам, госпожа…

— Тидесбала, — невесомо шепнула Рубидия.

— …Тидесбала, — почти без паузы закончил авиар, — хоть мы с вами и незнакомы.

— Вам стоит благодарить минем остазым… то есть, мою майстерин за дружбу и преданность, господин Илаи, — неожиданно учтиво ответила юлчы и тут же посмотрела на наставницу: — Что? Это же правда! Не всем судьба посылает таких подруг.

— Ут-Кызы, спасибо вам за помощь и от меня… — начала было Рубидия, но Тидесбала только фыркнула.

— Потом поблагодарите, нам ещё тащить вашего друга до дома.

И в этом лисентирин была права. Рубидия выгребла остатки денег, запрятанных во внутренний карман пиджака, чтобы расплатиться с таксистом, а потом они с Тидесбалой повели адмирала к дому, с трудом поднялись на нужный этаж. Ключей с собой, разумеется, ни у Эрсина, ни у Рубидии не было, и Тидесбала, по-лисьи фыркнув, уже собиралась взламывать замок, но алая майстерин её опередила. Приложив одну руку к металлу замка, второй она осторожно тянула эфир, один за другим отодвигая еле заметные за эфирными наводками штифты в замке, чтобы затем мягко провернуть его и не повредить. Да, подобный фокус оставляет множество характерных следов, но ведь причина их появления и так кристально ясна.

— Не в обиду, майстерин, но я бы справилась быстрее, — отметила Тидесбала, когда они наконец переступили порог аккуратной и чистой квартиры Эрсина.

— Здесь как будто никто не живёт и никогда не жил, — пробурчала лисентирин, имея в виду и идеально убранные вещи, и расставленные корешок к корешку по алфавиту книги на полках, и полное отсутствие пыли в жилище.

— Я очень не люблю беспорядок, и моей экономке остается лишь заниматься бельём и иногда смахивать пыль, — спокойно ответил ей Эрсин, заставив её вновь хмыкнуть, но теперь, как показалось Рубидии, с некоторой толикой уважения.

Когда они осторожно опустили авиара на застеленную кровать, он вновь отстранился от Рубидии.

— Руби, я не умираю и способен переодеться самостоятельно, если ты вытащишь что-нибудь из одежды, — объяснил Эрсин, и по его лицу как всегда ничего невозможно было понять.

— Хорошо, — майстерин Гаусс кивнула, заставив себя не думать о тёплом личном обращении, и подошла к шкафу, в котором нашла домашнюю одежду, выглаженную и пахнущую лавандой.

— Надеюсь, я не ошиблась, — вздохнула она и протянула другу вещи.

— Не ошиблась, всё в порядке, — заверил её Эрсин, — но выйди, пожалуйста, ненадолго.

Рубидия кивнула и вышла, поманив за собой лисентирин. Лишь только дверь закрылась, юлчы фыркнула, точно недовольная лисичка.

— Майстерин, вы не обидетесь, если я вас покину? А то я чувствую себя так, будто подглядываю за супружеской парой.

Её оценка почему-то смутила Рубидию, которая всё же нашла в себе силы удержать невозмутимый вид.

— Да, Ут-Кызы, разумеется. Спасибо вам огромное за всё, что вы сделали. Я перед вами в долгу, — поблагодарила её майстерин Гаусс и подалась было вперёд, чтобы обнять, но в последний момент спохватилась. И всё же её порыв не укрылся от юлчы, которая усмехнулась, на этот раз уже без тени ехидства, и сама обняла свою наставницу.

— Ах, майстерин, вам иногда нужно не думать, а делать то, что вы сами хотите и считаете правильным, — хихикнула Тидесбала под звон колокольчиков в своих косичках, а затем разорвала объятия и поспешила к двери. — До свидания, остаз, это было славное приключение! Если же вы решите повторить его, вы всегда знаете, где меня найти.

Проводив Ут-Кызы, Рубидия наконец вызвала врача и вернулась к уже переодевшемуся Эрсину. Скользнула взглядом по его любимому домашнему свитеру, который скрывал обожжённую шею, а затем и ниже. Друг правильно оценил направление её взгляда и тут же накрыл ноги пледом, скрадывая очертания распухшего колена, заметного даже под свободными домашними брюками.

— Не стоит волноваться, Рубидия, я вызову врача, — тщетно попытался её успокоить.

— Я уже вызвала, — нахмурилась Рубидия, но заставила себя выдохнуть. Она же знает, что Эрсин умирать от боли будет, но не признается и сделает вид, что с ним всё в порядке. Тут остаётся только действовать как Лотар, что она и делает. Тихо присела на край