Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Клаву старая женщина разбудила на рассвете и вложила в руки ещё не проснувшуюся малютку. Потрепав за носик и добившись того, что девочка скривилась и открыла ротик, для предъявления претензий матери, попаданка быстро сориентировалась и всунула сосок в рот малышки. Та, почувствовав запах молока, крепко вцепилась в грудь. Вчера состояние девочки вызывало тревогу из-за её слабости. Сегодня были заметны явные улучшения.

— Мне кажется, или она стала сильнее, чем была вчера. Но такого не может быть⁈ — Клава удивленно посмотрела на нянечку.

— Не забывай, что Ирая даже не имея второй ипостаси в сравнение с человеком выигрывает. У нее и регенерация быстрее и приспособляемость к окружающей среде лучше.

Клава уже покормила ребенка и успела переодеться в длинную тёплую юбку и тонкую шерстяную кофту, когда распахнулась дверь и на пороге появился светловолосый синеглазый мужчина двухметрового роста. На нем были кожаные брюки, белая рубашка и меховой жилет. Несмотря на то, что она была в домашних тапочках, как и старушка, мужчина, не снимая грязных сапог, прошёл в центр комнаты.

Молча оглядев молодую вдову, он усмехнулся.

— Думал увидеть твой хладный труп, Кларенция, но ты меня удивила. Я принял решение, раз ты выжила, отправлю тебя домой с ребенком, а, чтобы не кричали во всех углах, что я выкинул тебя ни с чем, тем более твой отец дал за тебя хорошее приданое, верну часть. Кроме этого, подарю лошадь с телегой, чтобы без приключений доехали домой.

Он замолчал, видимо ожидая чего-то, но Клавдия молчала, старуха тоже притихла в своём закутке.

— Что же ты молчишь? –нахмурился мужчина.

— А я что-то должна сказать?— удивленно подняла брови Клавдия.

— Для приличия хотя бы поблагодарила за заботу, —зло усмехнулся он.

— Спасибо! — спокойно произнесла Ивановна.

У нее в голове крутилась лишь одна мысль: «Поскорей убраться отсюда с ребенком, пока её отпускают.» И в какой—то момент почувствовала, что непонятная сила стала пригибать голову и тело к земле.

«Фиг вам! —подумала женщина. — И не из таких передряг выходили»! Стараясь не склонить перед свёкром голову, она схватилась за край кровати и держалась из последних сил, пока не услышала болезненный крик ребенка.

— Если вам хочется попрактиковаться в использовании своих сил, то делайте это, но только без нас. А мы покинем «гостеприимный дом» и отправимся домой! — произнесла попаданка, беря в руки расплакавшегося ребёнка.

Сарказма в словах снохи Хара Валейло не почувствовал, а может сделал вид, но свое воздействие на женщину ослабил.

— Слишком вызывающе и смело ты ведешь себя, Кларенция, и это странно. Словно ты, это не ты вовсе, но запах тот же…. Идите в гостиную, я прикажу подготовить вещи к дальней дороге.

— Глава, можно мы побудем здесь, а после того, как все будет готово, просто выйдем и уедем? -попросила няня, при этом стараясь лишний раз не раздражать хозяина.

— Хорошо, ждите здесь! -словно выплюнул из себя Валейло.

Резко развернувшись, он вышел из комнаты.

— Давай быстро, Клава, садись и поешь, в дороге времени не будет. Да и добираться нам до твоих земель три круговорота солнца. Ночевать придется в лесу.

Через полчаса в комнату вошла высокая, стройная женщина. На ней были брюки и кардиган с вырезами по бокам.

— Это вам еда в дорогу, господин Валейло прислал, —сообщила она с долей ехидства. Поставив корзину на стол, и, ухмыльнувшись, посмотрела молодой вдове в глаза.

Взгляд незнакомки был не просто пронизывающим, он проникал в самую глубину сознания, словно хотел вывести все мысли наружу. Учитывая то, что один глаз у неё был синий, а другой — карий, и смотрели они злобно и недобро, Клава почувствовала неприязнь к этой особе.

«Одни неадекваты окружают нас. Бежать как можно дальше и быстрее!» –подумала она. В сердце женщины с каждой минутой нарастала необъяснимая тревога, хотя она была не из трусливых и могла постоять за себя.

— Ууу, злыдня, — пробормотала старушка. — Так и норовит укусить побольнее, словно ты виновата в смерти мужа.

— А кто это? –поинтересовалась попаданка и взглянула на няньку.

— Несостоявшаяся невеста твоего погибшего мужа Вулпи. Они должны были пожениться, а тут тебя сосватали за него. Теперь оборотница считает тебя виновной в его смерти! А ведь надеялась стать второй женой! –хмыкнула старушка.

— Подожди, Ниби! Здесь что, практикуют многоженство? — Зацепилась пришлая за последние слова няни.

— Если жена другой расы, то оборотень может взять ещё одну жену, но только оборотницу. Это практикуется у всех двуликих, кроме, наверное, драконов…. Хватит трепать языком, нужно выходить. Одень сапожки. Весна нынче запаздывает, снег не до конца растаял, а тебе после родов нужно беречься. Позже поговорим! –буркнула она и стала быстро собираться в дорогу.

Клавдия послушно взяла сапожки и натянула на ноги, вспоминая, как после родов вышла с ребенком гулять и попала под сильный дождь. Долго ей пришлось привыкать к изменчивой погоде Владивостока. Ниби же перепеленала малышку и взяла её на руки, корзину подхватила попаданка.

Они вышли из комнаты и, пройдя через богато обставленную гостиную, вышли в холл, а потом на улицу.

— А почему? –успела спросить Клавдия, когда заметила, как старушка отрицательно покачала головой и тихо прошептала.

— Всё потом! Слух оборотней острый, они все слышат.

Из-за угла дома показался юноша лет семнадцати. Угловатый подросток имел густые, слегка взъерошенные белые волосы, поблёскивающие под лучами весеннего солнца, васильковые глаза, в глубине которых затаилась боль и грусть. Увидев во дворе двух женщин, он остановился, переводя взгляд с одной на другую.

— Кларенция, пожалуйста, можно тебя на пару слов⁈ –попросил юноша.

Клава бросила украдкой взгляд на старуху и, получив кивок, отошла в сторонку с юношей. Он повернулся к Ниби спиной и ухватив ладошки молодой вдовы в свои, стал неистово целовать их.

— Клари, прошу тебя, не уезжай! Я поговорю с отцом, он даст добро на наш брак. Мне осталось чуть меньше двух лет, когда я стану совершеннолетним и смогу увезти вас туда, куда пожелаешь.

— Бесполезно! Он не даст жить моему ребенку, — холодно произнесла женщина, пытаясь вырвать руки из крепкого захвата.

Она знала эту юношескую влюбленность, когда в подростковом возрасте мальчики теряют головы от женщин постарше. В свое время такая история произошла с её сыном Володькой, влюбившегося в молоденькую учительницу по истории. Клава не знала, что тогда помогло, но сын перерос эту влюбленность.

— Так оставь